Великий поход - Евгений Гаркушев

Значит, мне нужно привлечь внимание наблюдателей к долине Янцзы. Дать знать о себе – чтобы Диомид был в курсе событий. Спутниковая разведка России следит за территорией Китая – как без этого? И большой взрыв они должны заметить. А аналитический отдел Собора быстро вычислит, что здесь взорвалось и почему. И будет действовать по обстоятельствам. Главное в современных конфликтах – владеть информацией. Кто владеет информацией, тот правит миром.

Замедление в запале гранаты, подаренной Милой, как-то выставляется… Но кто помнит, как? И есть ли время работать с длиной запала?

Я вышвырнул из рюкзака лэптоп. Прямо за борт гондолы. Может быть, кто-то из китайских магистров попытается поймать его, полагая, что в компьютере содержится какая-то ценная информация? Что ж, пусть попробуют. После падения на камни с трехкилометровой высоты в нем наверняка не останется вообще никакой информации. Даже фирму-производителя установить можно будет с трудом…

Лишний груз ни к чему. Я выбросил из рюкзака запасную рубашку, бутерброд. Оставил только аптечку, титановый контейнер с посланием, портативный блок связи. Алмаз лежал в куртке.

Вырвав из гранаты кольцо, я бросил ее прямо на бак с водородом. И выпрыгнул из корзины сам. Налету огляделся.

Ноутбук летел красиво. Милу он, пожалуй, не заденет – далеко. Парашют девушки еще не раскрылся. Волосы рассыпались на ветру, собрались сзади в струящийся светлый пучок. Противники пока не успели ничего предпринять.

Вверху взорвалась граната. Громыхнул бак с водородом, второй. Вспыхнул баллон аэростата. Пропал дирижабль Элиночки, пропал мотоцикл Джучена… Он нам так и не пригодился.

Волна жара догнала меня, швырнула вниз. Все нормально. Только бы не загорелась одежда, а она не должна загореться. Я уже далеко. А вверху распускался огромный огненный цветок. Его хорошо видно издалека. Отовсюду. С гор вокруг, из селений в радиусе пятидесяти километров, с орбиты…

Вспух белым облачком купол парашюта Милы. Вертолет резко изменил курс. Противники заметили купол и решили, что это я спрыгнул с дирижабля? Нет, зря надеетесь… Меня взять будет не так легко. Но то, что они захватят Милу – не слишком хорошо.

Проще всего сейчас сдаться. В этом случае ничего не грозит ни мне, ни Миле. Я представлюсь, меня встретят с уважением, отвезут в какую-нибудь пекинскую резиденцию, окружат вниманием и заботой… И посмеются над незадачливым посланцем Собора России. Миссия полностью провалена. Потому что до отлета «Великого похода» к Сириусу меня и близко не подпустят к господину Фукуро, знаменитому президенту суперкорпорации «Чижапко». Имеют на это полное право – ведь я практически частное лицо.

Официально Собор России никогда не станет просить аудиенции для своих представителей у этого гордого и самовлюбленного человека. На карту поставлена честь организации. Если я найду возможность встретиться с Фукуро, обойдя его охрану, станет ясно, что Собор силен и его предложения подтверждаются делами. Если нет – значит, силы мы собой не представляем. А послание… Послание легко отправить по Интернету. Только что это даст? Нам нужна личная встреча с Фукуро. Возможность повлиять на него.

Эх, если бы не Мила – я ушел бы от погони без проблем! Не было бы никакой погони… Я не «наследил» бы в Афганистане и дальше, в Тибете… Не иначе девушка все же не случайно оказалась на моем пути. Неужели из-за нее я проиграю?

Нет, и еще раз нет! Китайцы ее не убьют – смысла никакого и рискованно. Ничего плохого сделать ей они тоже не посмеют. Мы пойдем дальше своими путями. И встретимся в следующем году в Иерусалиме! Точнее, во Владимире…

Я успокаивал себя, но без толку. Сам себе я не верил. Милу задержат, посадят в тюрьму по любому надуманному обвинению – и никуда я не денусь, пойду на переговоры… Но все же лучше идти на переговоры с противником на равных, нежели попасть к нему в когти со всеми потрохами, с бесценным алмазом, контейнером с посланием, девушкой, которая тебе дорога…

Хватит падать! Скорость уже приличная, земля близко. Я собрался, сосредоточился, ощутил свое тело – и плавно заскользил над землей. На север. К Пекину. Посмотрим, быстро ли летают китайские магистры.

Весьма быстро. Две висевшие в воздухе точки резко ускорились и понеслись мне наперерез. Вертолет они пока к погоне не привлекали. Считали, что справятся своими силами.

Пожалуй, что и так. Один магистр не может быть значительно сильнее другого. А два почти всегда сильнее одного.

От горы оторвалась еще одна точка. Третий магистр! Желтолицые друзья основательно подготовились к встрече! Аналитический отдел китайского Магистрата – в Поднебесной организация, сходная с нашей, называлась так – тоже работал совсем неплохо… Или они использовали скоростные средства доставки.

Прибор специальной связи я из рюкзака не доставал. Позволить себя идентифицировать и вступить в бой – значит, вызвать серьезный дипломатический конфликт. Китайцы прекрасно знали, кто я и зачем здесь. Но доказать ничего не могли. Ведь у меня нет имплантов, личность мою невозможно определить сканированием электронных чипов. А нет документов – нет человека! Я не собирался помогать противникам в своей идентификации. Хотя сейчас, пользуясь тем, что личность моя не определена, они с чистой душой могли меня уничтожить. Только они надеялись на лучший результат. Пленный магистр – гораздо более серьезный удар по репутации его конторы, чем мертвый магистр. Смерть – это то, что случается с каждым. В плен попадают не все.

Мысленный голос раздался в голове неожиданно: – Даниил, не испытывайте нашего терпения. Немедленно приземляйтесь. Мы не причиним вам вреда. Да кто бы сомневался? Воевать с Россией Китаю не с руки, да и китайскому Магистрату связываться с российским Собором – себе дороже. Если я открыто назову себя, никто и пальцем меня не тронет. Только называть себя у меня не было никакого желания. Это противоречило моему заданию и нашим целям.

Следовать командам магистра, в совершенстве владевшего мысленной речью, я не собирался. Будем считать, что я его просто не услышал. Те магистры, что шли мне наперерез, мешая приблизиться к хребту Пандитаак, явно не успевали. Третий, в принципе, был Дальше и мог успеть набрать высоту, чтобы перехватить меня. Но один на один у меня имелись неплохие шансы…

Интересно, который из троих обращался ко мне? Организм человека или магистра даже после модификации имеет какую-то специализацию. Возможности мозга и тела велики, но не безграничны. Если ты уме. ешь летать, за это приходится платить – скажем, большей уязвимостью или меньшей способностью влиять на предметы, не таким четким предвидением, плохой передачей мысли… А если ты умеешь обращаться к другим мысленно – это лишает тебя каких-то других умений.

В рукопашной схватке я бы с большим удовольствием встретился с болтуном, пытавшимся меня в чем-то убедить. А вот с предсказателем вероятностей, если он имеется в противостоящей мне команде, битвы лучше избежать. Хотя прочие способности магистра-провидца ограничены еще сильнее, чем у других. Это очень узкая специализация. Но что толку от кожи-брони или умения левитировать, когда противник предугадает твой ход и ударит в слабое и незащищенное место?