Контрзащита - Александр Курзанцев

– Мама! – тихо вскрикнула Мэйв.

А следующая кинетическая волна Калисы, а здесь больше некому выдать биотический импульс такой мощи, подхватывает меня, словно пушинку, и сносит, по дороге пару раз чувствительно приложив головой.

Спасибо силовому щиту брони, он предотвратил воздействие волны на внутренние органы. Чувствуя на языке солёный привкус, я приподнялся, машинально проверяя показатели заряда, которые, мигая красным, показывали только жалкие десять процентов. Н-да, не выдержи щит, и составлял бы я сейчас компанию Кравицу.

– Влад?! – срывающийся голос Сары, а я хриплю в ответ:

– Живой я, живой.

Только в голове шумит, и страсть как не хочется подниматься.

– Мама, нет!

И я вижу, как на пути следующей волны, которая для меня будет гарантированно последней, встаёт тоненькая фигурка. Вспыхивает псионический щит, от удара сминаются окружающие предметы, корёжит даже металлические балки под ногами. В руке Мэйв закручивается голубоватый вихрь, а она сама словно начинает светиться, приподнимаясь над полом почти на метр.

Смотрю во все глаза, проверяя, пишет ли камера на шлеме бой псиоников такого уровня, а у нашей скромницы дар тоже, как оказалось, на запредельном для человека уровне. Иметь запись, а уж тем более видеть такой бой вряд ли кому приходилось.

Стихает даже бой вокруг, и десант катри, и моя группа – все мы становимся невольными зрителями выплёскиваемой мощи, от которой хочется куда-нибудь вжаться, а ещё лучше подальше сбежать.

Голубые всполохи мечутся между раскинувшими руки катри. Воздух трещит, будто под напряжением, а вокруг псиоников в радиусе пяти метров нет ни одной целой конструкции, тяжеленные балки скручивает и сминает, как пластилин, металл рвётся, словно бумага.

Сила против силы, голая энергия выплёскивается огромным потоком. Протяжный крик, и сердце непроизвольно сжимается, но Мэйв, бессильно опустив руки, продолжает стоять на дне рукотворной воронки, живая, пусть и опустошённая, а Калиса, откинутая последним ударом, бесформенным кулем лежит подле опустившихся на колени десантников.

Вколотые мне стимуляторы сняли боль, добавив сил и бодрости, поэтому, перескочив через вал перемолотого металла, я почти скатился к нашей катри, тревожась за её состояние. Тряхнул безвольно стоящее тело, заглянул в забрало.

– Как же так, Комаров?! Мама… – шептала она, а по щекам пролегли две мокрые дорожки.

Я молча обнял её за плечи. Сааринен, командуя группой, уже разоружила прекративших сопротивление катри, деморализованных смертью своего лидера, поэтому можно было не опасаться нового нападения.

– Влад! – Крик Сары привлёк моё внимание. Старлей склонилась над телом Калисы, – Она ещё жива!

– Мама! – Кану вырвалась из моих рук, бросаясь к матери, упала на колени, отталкивая Сааринен, но тут же снова залилась слезами.

Подойдя, я понял почему. У Калисы не было брони, которая могла бы хоть частично смягчить удар. Человек от таких повреждений был бы мёртв мгновенно, но катри ещё жила, хоть и было видно, что ей осталось немного, пять-десять минут, может, чуть больше.

– Дочь, – тихий свистящий шёпот, почти не двигая губами.

– Мама, мы тебя спасём, потерпи, мама!

– Нет. – Матриарх устало прикрыла глаза, но почти сразу открыла. – Сейчас мой разум свободен, Мэйв, знай: я, Фрайс, мы просто пешки, которыми управляют, даже моей силы не хватило сопротивляться.

– Что он ищет? – вмешался я.

Пусть это и жестоко по отношению к Мэйв, но нам сейчас важнее последние минуты матриарха использовать для получения информации, слишком многое на кону.

– Планету предтеч, – хрипло ответила она.

– Зачем?

– Там ключ.

– Какой?

– Не знаю, только Фрайс в курсе.

– Но как? Как нам её найти! – хоть и со слезами на глазах Мэйв, собравшись, включилась в диалог.

– Есть способ, – устало ответила Калиса. – Загляни в мой разум, там данные по всем найденным нами «…» – произнесла она незнакомый мне термин, – включая последний, тот, который я нашла перед тем, как прилететь сюда, на Райчи.

– Вы передали эту информацию Фрайсу? – перебил я её.

– Как? Это словами не опишешь. Мы должны были встретиться после того, как я проверю лаборатории. – Калиса закашлялась, прошептала: – Мэйв, времени мало, проникни в мой разум, я передам тебе всё, что знаю.

– Да, мама!

Катри сняла шлем, наклоняясь, а я отвернулся, слишком уж это интимный процесс. Устало вздохнув, отошёл к неизвестно как уцелевшему стулу, сел, откидываясь. Тот жалобно заскрипел, грозя развалиться, но выдержал. Всё-таки мы опередили Фрайса. Уже хорошо. А вот что из этого получится дальше, стоит тщательно обдумать, особенно относительно планеты предтеч.

За тяжкими думами я почти пропустил лёгкие шаги за спиной. На плечо легла узкая ладонь. Сухой безжизненный голос Кану произнёс:

– Комаров, нам надо поговорить.

Интерлюдия 9

Нулевой Мир. Зал Совета

Напряжение почти чувствовалось в воздухе, на круглом столе, вокруг которого располагались три кресла представителей самых могущественных рас Галактики, яблоком раздора лежал небрежно брошенный катри планшет.

По лицу Бресс, советницы-катри, почти ничего нельзя прочитать, но взгляд, бросаемый на внешне безобидный носитель информации, словно на ядовитую змею, был полон опаски и отвращения.

– Что здесь? – коротко спросил майлар, наклоняясь и беря в руки устройство.

– А вот это вы мне и объясните, уважаемый советник Лау! – Эмоции прорывались даже через монолитную маску обычно крайне осторожной представительницы Республики катри. – Фрайс, по вашей указке, вступает в контакт с необронами, находит где-то мощнейший линкор и готовит самое настоящее вторжение! Ваши генералы там, на Миерисе, совсем, что ли, с ума посходили?!

Майлар хищно оскалился:

– Но-но. Не забывайте, что ваш матриарх тоже во всём этом завяз по самую маковку!

Бресс покачала головой, с презрением глядя на майлара:

– Мы лишь пытались хоть как-то держать ситуацию под контролем. Не делай этого, из-за вас Галактика уже недосчиталась бы десятка видов разумных. И не наша вина, что воздействие на Калису было слишком сильным.

Лау, щёлкнув в раздражении языком, ничуть не смущаясь брошенных обвинений, усмехнулся, буравя катри взглядом:

– Вот-вот, вы не ожидали. Смею уверить, наши цели тоже не были столь глобальными. Эти необроны… Мы сами догадались, что дело нечисто, когда Фрайс уже вышел из-под контроля.

– Это изначально была авантюра! – Бресс не собиралась сдаваться, продолжая обвинять Империю майларов в лице Лау в непродуманных действиях.