Маги без времени - Сергей Лукьяненко

Сект вытер вспотевший лоб.

– Видите, как всё просто? – сказал я. – А вы нервничали.

– Возвращайтесь к домашним делам, – посоветовала Мира. – Не смеем больше задерживать.

Сект кивнул.

Мы вышли в столовый зал – жены и ребёнка Секта на кухне уже не наблюдалось. Им хватило ума не дожидаться ни няни с творожком, ни профессора с переговоров.

– Мне не понравились слова про эскорт, – тихо сказала Мира.

– Ага, – согласился я. – Но, кажется, я понял в чём мы ошибались. И если я прав, то всё не так страшно.

Мы двинулись к выходу – и тут нас окликнул Сект.

– Грисар… одну минуту.

Мы остановились, пока Сект, переступая через ступеньки, унёсся наверх, стукнули двери, что-то зашумело, зазвенело бьющееся стекло. Я пожал плечами. Хотелось верить, что натурфилософ не наделает глупостей.

Сект вернулся, сжимая в руке маленький флакон мутно-зелёного стекла.

– Это то, что я когда-то обещал, – пояснил он, показывая флакон. – Очень сложный процесс, пока он не отлажен должным образом, лишь концепт, но… Помните ту первую изменённую девочку? Сеннеру?

– Помним, – мрачно сказала Мира.

– Я обещал ей и я работаю над процессом разъединения, – сказал Сект. – Как я понимаю, она в личной охране повелителя. Если в процессе ваших… переговоров… удастся облегчить и её судьбу – я буду рад. Скажите, что надежда есть. Она никогда не хотела быть изменённой. Не понимаю – ведь возможности, которые она обрела, уникальны, и…

– Так это работает? – уточнил я, потянувшись к склянке.

– И да, и нет. С одной стороны, раствор работает, но с другой – он смертелен для всех частей изменённого. Но это ведь серьёзный шаг вперёд!

– Балбес вы всё-таки, профессор Сект, – сказал я и ушёл, оставив его со склянкой в руках.

Снаружи было тихо. Два неподвижных тела, с которых уже натекли лужи крови, по-прежнему висели на стене особняка, пришпиленные к нему осколками.

– Ау! – сказала Мира. – Где же наш эскорт?

Мы вышли в тупик Семи Радостей, огляделись.

Никого.

Тишина.

– Мне не нравится, – сказал я. – Если что…

– Я твой щит, – сказала Мира.

– И моё время, – добавил я с нежностью.

– Сколько тебе будет нужно? – спросила Мира.

– Всё, до чего дотянешься, – сказал я и зажёг на своей единственной руке руну.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга. Мира покачала головой.

– Грис. Мы собираемся сделать страшную вещь.

– Да, – кивнул я.

Мы пошли по гладко уложенному булыжнику, мимо мёртвых уже век казарм и нарядных, но притихших домиков.

– Героев было шестеро, – сказал я. – Они могли импровизировать. У нас большого выбора нет.

– Не надо уговаривать, – ответила Мира. – Во мне нет веры, что ты прав, значит, я доверюсь тебе.

Мы вышли из тупика на перекрёсток и сразу увидели наш «эскорт». Трудно не заметить толпу, в которой не меньше нескольких сотен человек и изменённых. Они заполняли весь проспект, ведущий к горам.

Нас ждали на том же самом месте, где мы когда-то сразились с регулятором Эмиром. Случайно? Или Тёмный Властелин увидел в этом какой-то символизм? Дать бой и победить там, где он не справился десять лет назад?

– Не могли они так быстро собраться, – сказал я.

– Всё-таки нас узнали в клубе, – предположила Мира.

– Или на улице.

– На улице.

«Эскорт» явно был собран второпях. Тут были и военные, и полицейские, и маги, и изменённые. И регуляторы, конечно же. Один стоял впереди – тот самый, кого мы встретили по дороге к Секту.

– Вот надо же было тебе оказаться таким внимательным, – пробормотал я.

Регулятор вышел вперёд.

– Повелитель ждёт вас, Грисар и Мира, – сказал он вежливо.

– Мы дойдём сами. Право же, не стоит отвлекать занятых людей, – откликнулась Мира.

– Увы, но просто так пройти к повелителю нельзя, – сообщил регулятор. – Есть обязательная процедура…

Из толпы вышла немолодая женщина, на которой можно было повесить табличку «натурфилософ». А можно было и не вешать, и без того было понятно, кто она. В руках у женщины была сумка из плотной ткани, из которой она бережно достала прозрачный сосуд.

Отросток лозы Жохар-до-Лакши извивался в стеклянном плену.

– Да вы с ума сошли, – сказал я. – Нет.

– Мы вынуждены настаивать, – сказал регулятор твёрдо.

– Можно подумать минутку? – спросил я. – Спасибо. Нет. Простите.

И руна Соулу в моей единственной руке вспыхнула тысячью солнц.

Руна двадцать четвёртая, Одал

Даже в горах пахло гарью.

Я никогда не был у замка Тёмного Властелина. За небольшую плату к замку возили экскурсии, людей водили по части внутренних залов и устраивали перед замком костюмированные представления – обычно о Великой войне. Детям раздавали флажки и фигурки Героев, взрослых угощали крепким тёмным элем. Повелитель всегда понимал, что любовь работает лучше, чем страх.

Но до этого дня я к замку так и не выбрался. Вблизи оказалось, что сверкающие белые стены ещё и поблёскивают разноцветными искорками – их сложили из драгоценного северного мрамора. Очень красиво.

Город внизу тоже выглядел роскошно – горстью драгоценностей, брошенных на берег моря. Крыши высоких зданий у нас крыли железом и стеклянной черепицей, они сверкали на полуденном солнце, будто приветствуя замок повелителя.

Вот только чёрная выжженная полоса, идущая из центра города вверх, к горам, впечатление портила. Соулу – это не только свет. Это ещё и жар. Нестерпимый жар, если у тебя достаточно времени.

Вначале мы поднимались по дороге пешком, утопая в жирном чёрном пепле. Потом увидели в переулке брошенный экипаж – поводья зацепились, и лошади не смогли убежать. Мы успокоили животных руной и поехали вверх на маленькой двуколке, мимо разбегающихся горожан, всё дальше и дальше от выжженного проспекта.

Нас больше не пытались остановить. Думаю, повелитель успел бы призвать и десять, и двадцать тысяч солдат и магов. Но когда ты можешь забрать всё время противника, число ничего не значит.

– Надеюсь, теперь Танри готов к переговорам, – сказала Мира.

Я промолчал. Мы прошли через открытые ворота во внутренний двор, стали подниматься по широкой лестнице к дворцу. Лестница тоже была из мрамора, каким образом она оставалась белоснежной десятилетиями, ума не приложу.