Острие ужаса - Григорий Шаргородский

– И что вы сделаете, – не сдержал я раздражения, – если даже дышать боитесь в сторону магов?

– Да, – не особо смущаясь, признал мою правоту законник, – десяток магистров при желании могут раскатать не только всех надзирающих, но и гарнизон стражи вкупе с военным воздушным флотом города. Но как только они испепелят хоть одного золотошкурого, за широкой спиной нашего примара встанут все наследники основателей. Особенно маги опасаются гнева Высоких Родов. Ты даже не представляешь, на что способны таули, если их взнуздают ушастые хозяева. Так что если в руках примара и приора окажутся хоть какие-то доказательства, они сотрут мага в мелкий порошок. Никто не хочет повторения ситуации с ширазами, а если примар увидит подтверждение твоей истории с этим замученным призраком, его зеленая шкура точно покроется крупными пупырышкам. Поверь, это страшное зрелище. В общем, делай, что должен, а мне пора на собрание. И еще совет. Найди себе запасную лежку, лучше всего в грязном квартале, Лакис знает, что это.

Свой неожиданно длинный монолог Мак заканчивал уже на ходу. Он решительно выпихнул меня из кабинета и, заперев дверь, рванул по коридору. Да так, что полы его плаща разлетелись, словно крылья ворона. Мне почему-то показалось, что он не спешил навстречу с приором, а убегал от собственной совести и желания не дать мне наделать глупостей.

Вот и поговорили. Ладно, нечего здесь торчать, пора домой.

Благодаря паромобилю уже через двадцать минут я загонял свой транспорт в гараж. Гном не спустился меня встречать, значит, он еще не вернулся. Перейдя из гаража в свое жилище, я постучался в подвал Лакиса и не получил ответа. Осталось только подняться по лестнице и заглянуть в комнату напарницы.

По второму этажу я крался на цыпочках, поэтому отчетливо слышал голос Несты, который доносился из-за чуть приоткрытой двери. Судя по тональности, все было хорошо.

С ума сойти! Орчанка читала Этне детскую сказку.

Осторожно заглянув в щель, я увидел по-прежнему связанную девушку, с восторженным лицом внимающую чтице.

Ну а что я хотел? Она ведь по большому счету ребенок. Ребенок, которому сломали не только детство, но и всю жизнь.

От подобных мыслей у меня свело скулы. Если еще и были сомнения в том, лезть ли в логово мага, то теперь они исчезли окончательно. Что же касается страха… а что страх? Я превращу его в ярость и…

Кровожадные мысли оборвал шум из прихожей. Я бесшумно отошел назад и быстро спустился вниз. Это был Лакис. Поманив орка за собой, я перешел в столовую.

– Ну, что удалось выяснить?

– С какой новости начинать?

– С плохой, конечно, – раздраженно ответил я.

– Взломщик хочет пять тысяч гульдов и не пойдет дальше внешнего периметра.

– Сколько? – Названная сумма вогнала меня в ступор, ведь придется отдать все, что заплатил заказчик, чью жизнь мне не удалось сохранить, и плюс к этому часть того, что осталось от гонорара ушедшего к Уруле клиента.

– Обычно его работа стоит не больше тысячи, но пришлось сказать, что вскрывать будем замок магистра. – Заметив мой укоряющий взгляд, орк добавил: – Или ты хотел, чтобы он драпанул, увидев, куда именно вы пойдете? После дела взломщик собрался бежать в другой город. Ром, или так, или забудь об этой идее. Судя по твоему описанию, там защита высшего уровня.

– Мне нужно подумать.

– Думай, – спокойно кивнул орк, полностью перекладывая тяжесть решения на мои плечи. – Я могу помочь еще чем-то?

– Да. Мак посоветовал найти временное убежище в грязном квартале. Ты знаешь, что он имел в виду?

– Знаю, и ты тоже. Помнишь, я рассказывал, как рвет магические потоки переход в твой мир?

– Да.

– Так вот, в радиусе трехсот метров от точки прокола сорок лет идет такое бурление драконьей магии, что магам там лучше не гулять.

– А таули?

– Что – таули? – пожал плечами орк. – Они лишь ослабляют напряжение вселенского огня, но при этом не влияют на направление и скорость потоков.

– Понятно, – кивнул я. – Так что, сможешь найти мне убежище в таком месте?

– Без проблем, займусь прямо сейчас.

Угу, а я тоже займусь полезным делом, потому что не спать сутки – это совсем нехорошо. Голова уже плохо соображала, а от ее работоспособности зависело слишком многое. Так же на цыпочках я добрался до своей комнаты и, сняв только верхнюю одежду, рухнул на постель.

Сознание выключилось, как перегоревшая лампочка.