Антибункер. Погружение - Вадим Денисов

Так я в Подтёсово и попал. Теплоход встал у дебаркадера, по соседству с белым красавцем «Метеором», пришедшим из Енисейска.

Интересный городишко, уютный, спокойный и по-своему красивый. Подплываешь к Подтёсово – и корабли, корабли, корабли… Стоят длинными рядами, тесно прижавшись бортами друг к другу, как балтийские кильки в банке. Баржи и сухогрузы, буксиры и вспомогательные суда. Сплошная романтика.

Однако однозначно позитивному восприятию очень, помню, мешало ржавое железо… Ёлки, сколько же его там накопилось! Списанные суда стояли на берегах – часть поднята для ремонта, и на воде, у простых дощатых причалов и дебаркадеров. Что там дед говорил про утилизацию? Да там десять лет надо заниматься исключительно утилизацией и ничем больше! Тогда меня это раздражало.

А теперь обрадует!

Здесь мы точно сможем собрать работоспособную флотилию. Да и много ли надо? Хороший буксир и баржа поновей, самоходка тоже пойдёт.

Перед входом в затон находится зона стоянок моторных лодок.

– «Самоед», от берега только что отошла «Сарепта», точно говорю, это сам Храмцов спешит.

Я тоже её вижу. «Сарепта» – катер отличный, одна только жёсткая сдвижная рубка чего стоит. Корпус сварной из АМГ5. Может треснуть при хорошем ударе, но и варится нормально, для любого спеца – не проблема. Зато он очень вместительный и устойчивый, поскольку это тримаран. По воде идет ровно, как влитой. На глиссирование выходит практически с места даже с пятью пассажирами. На встречной короткой волне есть расколбас, жестковато идёт, зато на попутной – просто блаженство. Я бы от такой лодочки точно не отказался. Одна беда, выпускали их очень давно, и найти «Сарепту» в хорошем состоянии трудно.

Показались береговые постройки.

Да… Это тебе не какой-нибудь типический Усть-Задрищенск; чувствуется, что в посёлке не так давно работало серьёзное производство, а здешний народ жил трудовой зарплатой, а не собирательством и рыбной ловлей. В Подтёсово неплохая инфраструктура. Во время прошлой стоянки я полтора часа бродил по улочкам, рассматривал, фотографировал всё подряд и умилялся. Сделал массу полезных дел. В одном из магазинов купил дешёвого пива, а на местном рынке набрал помидорчиков с огурчиками, домашнего творога и сметаны и спелых лесных ягод.

Наибольшее впечатление оставили два момента. Первый – трое мальчишек лет шести, босоногих, весёлых, с открытыми глазами. У них я, сам не знаю, зачем, купил ведро белых грибов, которые они только что натягали из тайги. Пришлось потом на судне платить коку, чтобы тот пожарил все сразу – куда их было девать, вот и угощал всех желающих.

Сто рублей!

Второй момент – стоящая на постаменте «Ракета М-01». Вокруг бетон, изумрудная травка, нормальный такой парчок. Давно отбегавшись по реке, старушка продолжала служить людям верой и правдой, внутри скоростного судна сделали кафе.

Согласитесь, такой открытке вся эта ржавчина на берегу была противопоказана, она меня раздражала. Но сейчас… Это же просто клад!

Тем временем «Сарепта» подошла с кормы к «Провокатору», и два старых друга сразу затанцевали, выкрикивая восторги вперемешку с добродушными матерками. А уж когда на палубе появилась Элеонора в парадно-венчальном платье и туфлях, я с опаской подумал, что этот самый Храмцов от счастья вывалится из лодки в Енисей. Нечего сказать, мужик видный, по его повадкам сразу видно – лидер. Возраст – примерно такой же, что у Петлякова, рослый, вполне ещё в силе. Обветренное лицо украшают огромные пшеничные усы, солидное пузо нависает над ремнём с ножнами, самоуверенные глаза смотрят на собеседника насмешливо, мол, могу себе такой багаж позволить, положено по сроку службы. Оранжевый спасательный жилет надет поверх синей тельняшки с длинными рукавами.

Получив пару изучающих взглядов, я в чужой разговор не вникал, понимая, что сейчас нашему деду не стоит мешать, сделает всё в лучшем виде. Уж Фёдорович постарается его убедить, что у вновь прибывших хорошая репутация, мол, люди проверенные, надёжные.

В Подтёсово, как я понял, всё спокойно, народ дружный, синяков вычистили, нехватки продуктов и прочих ресурсов нет.

Но я ошибался.

Пш-ш…

– Лёша, подходим к дебаркадеру, я встаю слева, ты справа.

Ближе к центру поселка на пологий берег вытащены три больших речных буксира. Таких монстров можно использовать только весной, в самую большую воду. А на другой стороне стоит целый ряд старых речных барж. Подтёсовский дебаркадер установлен не так, как в других посёлках. Не параллельно берегу, а уткнувшись в него. Кстати, местные называют этот причал речным вокзалом, в таких случаях лучше соглашаться, чтобы никого не обидеть.

Ух ты, машины! Три «Хантера» и синяя пассажирская «Газель».

Караван встречало, похоже, всё население посёлка – тридцать восемь человек. Как мы стосковались по людям, так и они – по теплоходам. Дети разглядывали прибывших с широко открытыми от удивления глазами, подпрыгивали и кричали. Женщины, некоторые с малышами на руках, мяли платки и перешёптывались. Мужики стояли степенно, гладили бороды, сейчас на реке мало кто будет бриться. Все в годах, лишь один парень лет восемнадцати разбивал компанию… Ясно, его сверстники либо удрали в город, либо не смогли вернуться домой из армии. В Разбойном, кстати, была такая же раскладка: на момент катастрофы юношей в посёлке не наблюдалось.

Сбоку осторожно гавкали три небольшие собачки квартирных пород, самоедов здесь не держали…

Ощущение толпы выводило из равновесия! После ленивой робинзонады в глуши такое скопление народу выглядело круче, чем ранее на стадионах. Петляковых узнали многие, супругам встречающие явно были рады. Всем урок: люди показали себя хорошо в общежитии, оставили о себе добрую память, а это несгораемый капитал, и он всегда засчитывается. В тайге репутация ценится особо.

Комаров и мошки на берегу мало, зато присутствовали наглые оводы, эти твари достают всех, никакой репеллент не спасает.

Только мы пришвартовались, как из толпы кто-то крикнул тонким голосом:

– Мужики, а вы водку-то пьёте?

– Хм! А то! – ответил за всех дед.

Солнце палило нестерпимо, мне сразу захотелось забраться под сень прибрежной берёзовой рощи, раскинувшейся с правой стороны от речвокзала.

Навстречу вышел невысокого роста коренастый мужчина с короткой стрижкой «ёжиком», с виду моложе Петлякова на червонец, представившийся Казанцевым Фёдором Михайловичем.

– Добро пожаловать в столицу енисейских речников!

– Михалыч… Помощник Храмцова, – шепнул мне дед.

Дядька поздоровался со всеми за руку, мы по очереди представились. Несмотря на годы, седины в волосах у старосты почти не наблюдалось. Рукопожатие у Михалыча оказалось крепким и надёжным, а узловатые пальцы рук выдавали мастерового. Позже я узнал, что он специалист по электромеханике, таёжник с огромным стажем и вообще интересный человек, даже пожарным работал в лесоохране.