Легенда о бабочке - Ольга Юнязова

И тогда, не имея иной возможности реализовать свое возмущение, Соня выплеснула его на Алексея. Заразившись состоянием подруги, он тоже решил выяснить отношения с Йосиф Якичем. У себя на столе он нашел визитку, которую тот вручил ему при первой встрече возле здания суда. На обычном белом листе, неровно разрезанном на прямоугольнички, было написано: «Проектно-строительная фирма „Мастер“. Абрамов Иосиф Яковлевич. Специалист по организации социальных проектов. Тел. (такой-то)». И был изображен логотип в виде кирпичной кладки и треугольного мастерка.

Алексей набрал номер телефона и, дождавшись ответа, спросил:

– Это фирма «Мастер»?

– Да... – настороженно ответила девушка.

– Могу я услышать Иосифа Яковлевича?

– Э-э-э... а-а-а простите, кто его спрашивает?

– Алексей Лисицын. Он знает...

– Э-э-э... понимаете, дело в том... э-э-э...

– Что?

– Это не его офис! И я не понимаю, почему вы ищете его именно здесь!

– То есть, как это «не его»?

– Он здесь бывает... иногда. Но он здесь клиент... заказчик. Понимаете?

– Странно! А может быть, вы подскажете мне его телефончик? У вас ведь, наверное, должен быть...

– Да, секундочку...

И девушка продиктовала несколько цифр, которые Алексей аккуратно записал на бумажке. Поблагодарив, он отключился и сразу же начал набирать номер, и только тут осознал, что это телефон его собственного офиса.

– Прямо живой Остап Бендер! – подвела итог Оксана, утирая слезы смеха. – Но с тем жуликом хоть понятно, чего он хотел, а здесь... денег-то он не брал. Не понимаю...

– Но ведь в результате все закончилось хорошо!

– Не знаю, – пожала плечами Оксана. – Мне кажется, что оно еще не закончилось.

Накануне освобождения Йосиф Якич пришел к Оксане в камеру какой-то необычно серьезный и чем-то озадаченный.

– Завтга с утга ваше дело отпгавят на пегесмотыг и вас выпустят. Так что поздгавляю с освобождением! А я должен сгочно уехать, поэтому пгишел попгощаться и пожелать вам удачи.

– Рано поздравлять, – сказала Оксана. – Ведь если оправдательного приговора нет, то все может начаться сначала!

– Не пегеживайте! Повегьте мне: всплытие этого дела обвинительной стогоне так же не выгодно тепегь, как и вам.

– Но...

– Повегьте мне! – настойчиво повторил Йосиф Якич. – И спокойно пгодолжайте заниматься своими делами. Хотя...

– Что?

– Было бы надежнее, если бы вы все-таки угегулиовали ваши отношения ... ну сами знаете с кем.

– С кем? – изобразила наивно-непонимающий взгляд Оксана.

– С дядей Во-о-вой! – протянул Йосиф Якич, чуть присев, и подушечкой указательного пальца легонько постукав Оксану по носу.

Оксана так и осталась сидеть с открытым ртом, пытаясь сохранить вид, что ничего не понимает, но кровь непроизвольно прихлынула к щекам, выдав смущение, удивление и еще целый букет различных эмоций, которые поставили дыбом волосы на голове и мурашками разбежались по телу.

Йосиф Якич отвернулся к зарешеченному окну, как бы любуясь закатом, чтобы «как бы не заметить» покрасневшего лица Оксаны.

– Откуда вы знаете? – ужаснулась Оксана.

Йосиф Якич резко развернулся и просверлил ее хитрым смеющимся взглядом.

– Что вы имеете в виду? – как бы удивленно спросил он. – Разве не вы сами сказали, что подозгеваете бывшего пагтнеа вашего папеньки?

Да, было дело. Оксана поделилась с Йосиф Якичем бездоказательной версией Алексея о том, что все это заказал бывший друг и компаньон ее отца. Еще при жизни Василия Сергеевича у них начались конфликты на финансовой почве, но отец старался как-то выравнивать пошатнувшуюся дружбу. Оксана же оказалась не столь лояльной и после смерти отца предложила дяде Вове разделить совместно нажитое имущество, согласно прописанным в учредительных документах долям.

И вот, по версии Алексея, дорвавшись до власти, обиженный изгнанник наконец-то решил отомстить.

Но Оксана ничего не рассказывала ни Алексею, ни тем более Йосиф Якичу о том, что в детстве звала Владимира Львовича дядей Вовой, каталась у него на шее как на лошадке, и что он именно так всегда щелкал ее по носу. Не ногтем, как обычно, а подушечкой и быстро-быстро три раза, чуть-чуть приседая, чтобы оказаться с ней вровень.

Но даже если предположить, что Йосиф Якич действительно вхож в те слои общества, где сейчас вращается Владимир Львович, и что он разговаривал с ним, и что тот рассказал, что когдато был для Ксюши дядей Вовой... абсурд, конечно... важный министр откровенничает с каким-то полубомжеватым чудаковатым человечком. Но жест этот! Этот щелчок по носу... это надо было видеть, чтобы так точно скопировать! Ну, а какие могут быть еще предположения? Просто случайность?

Непонимание в голове у Оксаны зациклилось, мысль замкнулась, потом какой-то щелчок... и она почувствовала, что ей в общем-то совсем и неинтересно, откуда Йосиф Якич об этом знает... и вообще, случайность... а о чем это я сейчас думала? Ах да... Якич предложил сходить и извиниться перед Львовичем...

Вот еще!