Безумный Макс. Поручик Империи - Михаил Ланцов

Николай Александрович сидел в кресле вполоборота к двери и смотрел в окно. Казалось, что он погружен в свои мысли и ему нет ни до чего дела. Александра Федоровна же расположилась «в оппозицию» и встретила парня жестким взглядом. Глаза в глаза.

Но Максим не стушевался. Не пряча взора, щелкнул каблуками и, вытянувшись по стойке «смирно», гаркнул:

– Ваше Императорское Величество, лейб-гвардии ротмистр Меншиков по вашему приказанию прибыл.

Громко. Слишком громко для этой небольшой комнатки. Аж стекла в окнах завибрировали. Императрица усмехнулась и тихо произнесла:

– Присаживайтесь.

Парень скосился на Императора. Но тот все так же смотрел на небо и, казалось, прикидывался баклажаном на грядке. По идее, он был старшим в помещении, и без его подтверждения приказа Императрицы выполнять не должно. Но нет так нет. Пожав плечами, Максим сел в кресло, предварительно его подвинув так, чтобы ему было удобно. Проскрипев ножками по полу.

– Ничего не хотите нам сказать?

– Виноват и готов понести любое наказание.

– Вот так просто? Даже оправдываться не будете?

– Никак нет. Не буду. Но готов объяснить. С первых наших встреч в госпитале я сказал Татьяне Николаевне, что меня интересует только она. Позже я стал догадываться, каково ее положение, но мы не касались этой темы. Я видел, что Таню этот вопрос тяготил, и не спешил его разрешать. Мне казалось, что это сделает ей больно.

– Больно? – удивленно выгнув бровь, поинтересовалась Александра Федоровна.

– Да. Больно.

– А где же была ваша щепетильность, когда вы лезли к ней под юбку в подсобке?!

– Виноват, – серьезно произнес Максим. – Это был порыв страсти. Мы… я не смог устоять.

– Действительно… – хмыкнув и чуть покачав головой, произнесла Императрица, вспоминая слова дочери. – Вы знаете, что она непраздна?

– Непраздна? – переспросил Максим.

– Она ждет ребенка, – глухо произнес Николай Александрович, впервые подав признаки жизни.

Максим правой рукой потер лицо с каким-то ошарашенным видом. Он не думал, что с первого выстрела попадет в яблочко.

– Вы не рады? – ехидно осведомилась Императрица, нарушая короткую паузу.

– А? Что? – переспросил Максим. – У нас будет ребенок?

– Да, представьте себе, дети именно так и делаются, – едко заметила Императрица.

– Я рад! – с трудом пряча улыбку, произнес Максим. – Но масштаб того, что мы… что я натворил, он, конечно, невероятен… Ох, что я несу… Я просто ошарашен… Мысли путаются…

Он мог бы сейчас пуститься в дебри сложных объяснений, но прекрасно понял бессмысленность такого поступка. Прямо сейчас перед ним сидели не Император и Императрица, пекущиеся о благе Империи. Нет. Прямо сейчас на Империю им было наплевать. Перед ним находились отец и мать девушки, которую «обрюхатил» «красавец-мужчина». Он им сам был «до малины». «С глаз долой, из сердца вон…» И желательно тихо, быстро и далеко. Но вот дочка по нему сохнет. А дочка – это святое.

Николай Александрович был плохим Императором, но хорошим семьянином. У него интересы близких всегда находились в приоритете. А эта ситуация? В какой-то мере она ему была даже близка, так как он и сам женился по любви, пойдя ради этого на прямой конфликт с родителями. Вон до сих пор его мама, Вдовствующая Императрица Мария Федоровна, не может простить ему той выходки. Поэтому Максим решил придерживаться единственно верной линии поведения. То есть не только продемонстрировал смущенную радость от беременности Татьяны, но и постарался далее показывать, что будет хорошим мужем и отцом.

– И что прикажете с вами делать? – поинтересовался Император, наконец обернувшись.

– Ваше Императорское Величество, – вскочил Максим по стойке «смирно». – Я прошу руки вашей дочери!

Наступило долгое молчание.

– Ох и скандал будет… – тихо, на пределе слышимости, пробормотал Император.

– Ваше Императорское Величество, – рявкнул стоящий навытяжку Максим. – Доверьте скандалистов мне.

Сказал и улыбнулся, да настолько кровожадно, что Николай Александрович вздрогнул. Император только сейчас окончательно осознал, почему этому человеку генералы пачками сдавались в плен. Да и Александра Федоровна тоже оценила всю печальную участь скандалистов, которым этот бравый головорез станет затыкать глотки их же зубами.

– Для сохранения приличия мне придется открыть тайну вашего рождения, – вкрадчиво произнес Николай Александрович, внимательно наблюдая за реакцией парня. Императрица же, услышав это, вздрогнула и скосилась на мужа с немалым удивлением во взгляде. – Дочь Императора не может выйти замуж за безродного мужчину, усыновленного из милосердия светлейшим князем Меншиковым.

– Если это нужно – действуйте.

– Вы понимаете, чем вам это грозит?

– Конечно. Это было бы недурно держать в тайне. Но раз так сошлись звезды, то я готов.

– Вы так сильно любите Татьяну? – после небольшой паузы спросил Император.

– Да, – с ходу ответил Максим.

Ну а что он еще мог сейчас сказать? Ситуация ведь сложилась как в старом фильме: или он ведет ее в ЗАГС, или она его к прокурору. Поэтому он, конечно же, ее любит. Истово. От всего сердца. И полюбил, не зная, кто она такая, за ум, живость, выразительный взгляд и улыбку. Да и, если честно, не сильно погрешил против правды. Девушка его действительно зацепила…

– Позовите ее, – устало вздохнув, произнесла Александра Федоровна. Когда же парень попытался улизнуть, пропуская Таню в помещение, добавила: – А вас, Максим Иванович, я бы попросила остаться. Мы еще не закончили. Присаживайтесь…