Каракал - Владимир Матвеев

– Спасифо, – поблагодарила она с набитым ртом еще через мгновение, вызвав добрые улыбки у окружающих.

– Уважаемая, – потрепав по вихрам девочку, Каракал обратился к фурии в дверях. – Контора не подскажете где?

– Да вот она, – скрестив на груди руки и привалившись к косяку, указала она подбородком на ближайшее двухэтажное здание, фасад которого выходил на небольшую площадь. – Отряд регистрировать?

– Да, – улыбнулся парень. – Что, так видно?

– Ну, не пекарню же вы будете открывать? – заливисто рассмеялась фурия, а потом кивнула в сторону Утеса. – Что-то не похож этот здоровяк на тестомеса.

– Это точно, – хмыкнул Матвей. – Спасибо, – он кивнул фурии, а потом опустил взгляд вниз и, вздернув носик девчонки, добавил: – Пока, козявка. Может, и встретимся еще.

– Конечно, встретимся, – совершенно серьезно и с абсолютной уверенностью, произнесла она. – Я сижу здесь каждое дежурство сестры, мимо точно не пройдете. И меня здесь все знают, если понадоблюсь, только кликните Джоффру.

Лица воинов еще долго расплывались в добрых улыбках, вспоминая чистого и непосредственного ребенка.

– В банк сначала или Контору? – спросил Каракал у своих, когда они оказались на площади.

– Командир, давай в банк, – умоляюще посмотрел на него огр и тряхнул плечами сидр. – Такая ответственность на спине.

– Хорошо, – улыбнулся Матвей.

Более четко, чем это сделал Рохос, выразиться было трудно. Ответственность на его плечи была возложена действительно огромная – половина походного мешка была забита монетами и драгоценными камнями. Почти треть от всего, что было в сундуках Ресидоса. Да еще гарпии добавили, сказав, что в горах им деньги особо не нужны. На новом месте, которое им любезно предоставил Каракал, были большие запасы продовольствия, сделанные еще Рохосом. Потом конечно, нужно будет их пополнять, закупая на Трехзубом, как делали и раньше, но для этого хватит и медных ноготков с серебряными чешуйками. До перевала им добираться будет дальше, но зато в пещерах Каракала, как их переименовали, безопаснее. А перелеты только к пользе – лишняя тренировка.

Примерно так говорила Альяда, а Матвей с ней и не спорил – пернатые в горах жили не первое столетие.

Над входной дверью банка мелодично звякнул колокольчик, и небольшой отряд вошел в большой холл. Второй «треньк» полностью изолировал их от внешнего мира, в котором были толпы крикливого народа, жара, пыль и суета.

В этот час местное отделение Центрального Банка Полойского Торгового Союза, который для краткости все называли просто Полойским, в том числе и сами торгаши, похвастаться большим количеством клиентов не могло. Их вообще не было. Поэтому, мазнув по вошедшим скучающим взглядом, местный банковский клерк-человек, предварительно зевнув, безразлично проинформировал:

– Если получить деньги на руки, то не больше десяти золотых драконов. Все отделения нашего банка в Матриархате Вальтар переводятся на осадное положение по причине пиратского набега мадгаров, и запасы наличных денежных средств для оборота строго ограничены.

«Хреновый сервис, – скривился про себя Матвей. – И клерк из тебя хреновый, – брезгливо посмотрел он на служку. – На земле тебе уже дали бы пинок под зад».

Но, все же подавив в себе раздражение этим неприятным типом, вслух сказал:

– А если наоборот?

– Уважаемый… – тут же встрепенулся служащий, не хуже собаки почуяв запах денег.

– Каракал Хант, – помог ему парень.

– Чем могу быть полезен, уважаемый Каракал Хант?

– Открыть счет и продать, оставить для продажи или под залог драгоценные камни.

Матвей решил не задерживаться здесь и все сделать по-быстрому. Несмотря на то, что кроме работника банка и их троицы больше никого в холле не было, своим «взором» он видел, что за ними наблюдают как минимум еще семь человек: по трое находились справа и слева, скрываясь за фальшпанелями, и еще один в глубине зала, за спиной ставшего учтивым банковского работника.

– Какая сумма?

– Утес? – не поворачиваясь, произнес парень.

Огр кивнул и грохнул мешок на пол. А потом начал размеренно по одному выкладывать на стойку аккуратные одинаковые мешочки.

– Это драконы, – пояснил Матвей, когда свое место на стойке занял последний, тридцатый, кошель.

– Серебряные? – осторожно спросил клерк, глаза которого превратились в два блюдца.

– Нет, – решил добить его Матвей. – Забирали самое тяжелое. Здесь золото.

Едва прозвучало слово «золото», за спиной банковского работника открылась дверь, и из нее вышел как минимум, управляющий этого отделения Полойского Банка. Одет он был в строгий темный сюртук со стоячим воротником и такого же цвета брюки, заправленные в высокие, по колено, замшевые сапоги. Он щелкнул пальцем, жестом провожая в ту дверь, из которой только что вышел, своего работника, и учтивым голосом, но с фальшивой улыбкой представился:

– Рифт Бишот, управляющий этим отделением, – кивнул он, подтверждая догадки Матвея. – Я буду лично обслуживать вас, уважаемый Каракал Хант.

– Здорово, – не менее фальшиво обрадовался парень.

– Сколько здесь драконов? – осторожно прикоснулся к первому мешку Рифт.

– Сортировали по сто, но могло всякое случиться. Надо считать. Но это еще не все, есть еще и камни.

– Очень любопытно, – алчность, уже начавшаяся разгораться в глазах банкира, вспыхнула еще ярче. – Можно взглянуть?

Матвей не знал, что с ним случилось. Вспоминая и пытаясь разобраться со своим дальнейшим поведением в банке в тот день, он сделал самый безумный вывод – он не первый, кто оказался на Абидалии с Земли. До него сюда как-то смог проникнуть и впоследствии породниться с приамами рода Эмелда житель Земли Обетованной, и тогда в банке частичка его крови наконец-то проснулась в Мат’Эвэе. Именно в нем, потому что сам Матвей повторить такое точно не смог бы. Он был в этом уверен.

Самая большая скидка, что смог выторговать парень в своей прошлой жизни на Земле – это сто рублей, которые продавец-китаец скинул ему за пуховик. И то это произошло только потому, что эта верхняя одежда, подвергавшаяся частой примерке, была изрядно изгваздана и продавалась среди уцененных товаров. Впрочем, и это было приятно, а для того чтобы бродить по тайге, пуховик подходил в самый раз.

Но возле стойки, при виде этого холеного мужика с цифрами в глазах, а в сердце с желанием обмануть ближнего своего, он словно преобразился, превратившись в мелочного, готового удавиться за гнутый медный ноготок скупердяя – брата-близнеца банковского управляющего.

– Ну, ты даешь, командир! – восхищенно воскликнул огр, когда через два часа они снова стояли на площади и радовались лучам местного светила.

«Не так уж здесь и жарко, – вздохнув, подумал Матвей, но потом слегка посмурнел. – После торгов с этой сволочью я чувствую себя так, словно в нужник нырнул с головой».