Брат императоров - Юрий Иванович

Но в любом случае смена внешнего облика сказалась на друзьях великолепно. На площадь они вышли уже совсем иными существами, прилично одетыми и выделяющимися из толпы в лучшую сторону. Снятую одежду они прихватили с собой, отказавшись продать ее настойчивым братьям, а потом забросили ее в свои номера. Как и большую часть оружия.

Обедать можно было и в гостинице. Но им хотелось оценить изыски иных местных поваров. А так как в средствах стеснения не наблюдалось, то отправились в самую лучшую ресторацию, находящуюся тут же, на площади. Все три зала ресторации огромными окнами выходили на тот же рынок да на величественный замок Бавэла. Ну и понятно, что третий этаж предназначался для самой изысканной публики, не экономящей на злате.

Клиенты там выглядели прилично одетыми, но не все из них отличались приличным поведением. По крайней мере шестеро горожан, расположившихся за соседним столом, казались опьяневшими, они говорили громко и совсем не стеснялись своих опухших, раскрасневшихся лиц. На усевшуюся рядом троицу они вроде как и внимания не обратили, продолжая спорить на очень пикантную тему, касающуюся как раз хозяина отлично видного отсюда замка:

– …И если бы она просто сбежала со своими коварными соратниками, – увлеченно рассказывал безносый представитель вида «привратник», – так она еще и обокрала эйшера Бавэла! Да, да! Хоть это и в голове не укладывается, но в сговоре с соблазненными ею слугами эта шлюшка умудрилась вывезти половину всей сокровищницы!

– Уф! Так уж и половину? – не верилось одному из сотрапезников.

– Она у него огромная! – вторил ему второй. – На нее и сотни возов не хватит!

– Огромная?! А ты ее видел? – горячился еще один тип в расшитой петухами сорочке. – Как вы все любите и умеете чужие богатства подсчитывать.

– Вот и я говорю, – продолжал главный рассказчик, – что три большие повозки, груженные с верхом, это предел мечтаний каждого из нас. А именно столько и было вывезено из дворца вчера, под покровом ночи.

– О-о-о! – изрядно впечатлились его слушатели. – В самом деле – мечта. Тем более, если не просто золото вынесли, а самые ценные украшения, камни, те же «вечные» осколки и прочие драгоценности, используемые для накопителей..

– Кстати, эти осколки имеют свое название, – авторитетно заявил самый толстый из шестерых сотрапезников. – Его огласил торговец Тискан на утренних торгах, когда выставил крупный осколок и продал его за тысячу восемьсот золотых. Утверждал при этом, что камень называется аллакэрр.

Услыхавшая это Алекса с досадой цокнула язычком и прошептала:

– Продешевила я с продажей. Ой как продешевила…

– Не жалей, – фыркнул Дмитрий. – Денег у нас теперь с излишком, мы одеты, обуты, да и хороших знакомых приобрели. Меня вот другой вопрос волнует… Кого это называют шлюшкой, сбежавшей вместе со слугами от Райзека и обокравшей его?

– Да уж не меня! – с крайней язвительностью отозвалась девушка. – Да и из вас слуги – как из помела реактивный самолет.

– Это бесспорно, – продолжал парень, – как и тот факт, что покидали мы замок на своих двоих, а не на повозках, полных драгоценностей.

– Ах вот ты о чем… – задумалась землянка, стараясь ни слова не пропустить из разговора, ведущегося за соседним столом. – Оговорить нас, чтобы послать следом за нами все силы правосудия?.. Так я о таком вас уже предупреждала…

В самом деле, шестеро разгоряченных сотрапезников как раз перешли к теме «погоня и справедливое возмездие»:

– И что Райзек предпринимает для поимки грабителей?

– Подняты на ноги все городские стражники, следователи и даже частные полицейские силы. Практически на каждом углу выставлен наблюдатель, начаты превентивные обыски в самых неблагополучных районах, всю ночь дальние и ближние пригороды контролировали усиленные разъезды.

– А для чего усиленные? Коль шлюшка всего лишь с двумя подельниками?

– Во-первых, не факт, что у них в городе нет целого отряда сообщников. Ну а во-вторых, сразу поступило предупреждение, что вместе с драгоценностями грабители прихватили уникальное вооружение, древние боевые артефакты и еще кучу магического добра атакующего действия. Если беглецы воспользуются всем этим, то полгорода разнести могут!

– Да ладно тебе! – вновь за соседним столом забурлило недоверие.

– Откуда такие артефакты? И магическое оружие?

– Их уже давно уничтожили! Разве что по мелочи всякая дребедень осталась.

Знаток всего и вся только руками развел:

– Что услышал в мэрии да у главы городской стражи – то вам и рассказываю.

– А что сам Бавэл говорил? Как реагирует на ограбление?

– Лично не видел, но говорят, что в бешенстве лютом. Сам лично мечется по всему городу и по его окрестностям с преданными охранниками, облавами руководит. Грозится шкуру со шлюшки живьем спустить, а потом еще и в кипящем масле сварить.

Алекса после таких слов вздрогнула всем телом и непроизвольно подалась ближе к Дмитрию:

– Все-таки уверена, не о нас речь идет.

– Вот и отлично! – отозвался тот, индифферентно нарезая мясо у себя в тарелке. – Ешь спокойно свою порцию. Глянь, какую вкуснятину нам принесли.

Но землянка, более сведущая в вопросах коварства, подстав и крайнего цинизма со стороны богатеев, окончательно потеряла аппетит. Просто ковырялась в тарелке, делая вид, что ест. А сама уже и не столько подслушивала, сколько пыталась найти выход из создавшегося положения:

– Если нас ищут на каждом перекрестке, то наша поимка – дело ближайшего часа.

– Пусть только попробуют в нашу сторону взглянуть косо.

– Но надо же что-то делать!

– Так мы и собираемся делать то, что у нас запланировано и что не противоречит складывающейся обстановке, – преспокойно рассуждал демон, успевая по ходу дела справляться со своими порциями блюд. – Отправляемся сейчас туда, где нас меньше всего ждут: непосредственно в замок эйшера Бавэла.

– Но там все подняты по тревоге! И сам замок охраняет древняя магия.

– Прекрасно! Все стражники отправлены в заслоны и в засады на дорогах. Так что нам никто не помешает. Ну а против магии здешней у нас есть магия Эфира и мира Изнанки. Так что не переживай, справимся.

– Совершенно верно! – солидно поддакнул кравьер Отелло Фаурсе. Правда, это переводчик сделал речь мохнатика понятной и солидной, на самом-то деле изначально прозвучало совсем несуразное: «Е-ен гы-ыр!»