Астра. Шустрое счастье, или Охота на маленького дракона - Анна Гаврилова

То есть мои выводы, ожидаемо, не понравились. Но бес меня пожри, других у меня нет! И любой здравомыслящий человек со мной согласится: удерживать женщину – удел слабаков! Сильные так не поступают.

– Ещё версии есть? – спросил тем временем Дан.

Я нахмурилась в попытке понять к чему клонит. Потом вздрогнула от нового, особенно неприятного удара набатного колокола, и на миг скосила глаза на мчащую мимо нас женщину. Тот факт, что улица давно опустела, намекал – мы с блондинчиком придём на городское собрание последними. Но этот момент не волновал ни сколечко.

– Ну так что? – вырвал из раздумий герцог. – Другие версии будут?

Он явно на что-то намекал, но я не понимала. Поэтому не ответила, а вопросительно заломила бровь. И тут же услышала тихое, не лишенное раздражения:

– Вдруг в моей жизни есть какое-то предсказание. Некое высшее слово, не прислушиваться к которому – верх глупости?

Я нахмурилась сильней, а через миг в памяти вспыхнуло воспоминание…

Герцогская спальня. Ещё бледный, но уже вполне бодрый блондинчик честно соблюдает постельный режим, маленькая красивая я кручусь вокруг коробки, принесённой императором, а сам Роналкор сидит в кресле, у постели раненого, и говорит:

– Мне обо всём доложили, Дан. И даже о том, что ты намерен девочку к драхам отправить.

– То есть ты ради этого пришел? – спрашивает блондинчик.

– Дан, ты сам уверял, что Астра – то самое счастье, которое тебе провидица из Рассветного предсказала. Ты не имеешь права её отпускать, потому что иначе…

– Я помню, что сказала старуха, – перебивает Дантос жестко. – И я знаю, что делаю.

А я… я начинаю ходить вокруг коробки и надеяться, что услышу подробности, но увы. Обсуждать пророчество мужчины не намерены. И смысл того загадочного «иначе» так и остаётся тайной.

Ну а дальше… Роналкор открывает коробку, и моему взору предстаёт стопка кукольных платьев и записка от малявки Мисси. Это уже шок. Уже повод забыть про всё на свете и забиться в нервных конвульсиях.

Дальше – больше. Заботы, проблемы, маленькие стычки с Дантосом, и тысяча мелочей, из-за которых я напрочь про этот разговор забываю.

Нет, я действительно не помню про это «иначе»! Впрочем… а что оно меняет?

– Провидица сказала, что меня нельзя отпускать? – вынырнув из воспоминания, спросила я. А дождавшись кивка светлости, продолжила: – Хорошо, Дан, но ты мог объяснить. Мог поговорить со мной. Как человек с человеком.

– Правда? – В серых глазах герцога Кернского вспыхнули искорки то ли смеха, то ли гнева. – Правда мог?

Я не хотела, но потупилась. Вот что, а своё нежелание разговаривать я помнила отлично. И да, сама, лично, от разговоров на тему будущего бегала. Причём очень шустро.

– И чем же грозила провидица? – пробормотала я.

– Катастрофой, – сказал блондинчик.

Меня такой ответ, конечно, не удовлетворил, и я вскинула голову, чтобы снова в серые глаза вглядеться. Я хотела спросить о полном тексте пророчества. Узнать – что же там такого было, а заодно удостовериться, что Дантос не ошибся, что пророчество обо мне.

Но увы. Увы, не успела. Дантос сказал раньше.

– Впрочем, даже не будь никакого предсказания, я бы поступил так же.

– Почему? – вновь нахмурилась я.

– Потому что мне с самого начала было ясно, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Закрытые общества, не важно – секта это или целый народ – ошибок не прощают. А ты ошиблась. Ты вляпалась в неприятности и, следовательно, несёшь в себе проблему. Тебя нельзя было отпускать.

Очень хотелось взбрыкнуть, но правды в словах герцога Кернского было до отвратительного много. Более того, на месте Дана я бы поступила так же! Но признавать поражение не хотелось. Поэтому, когда блондинчик снова обвил мою талию рукой и повёл по направлению к ратуше, попыталась отыграться.

– Я всё понимаю, Дантос, но ты всё равно перегнул.

– В чем именно?

Хотелось выпалить: да во всём! Но я сдержалась. Сдержалась, чтобы глубоко вздохнуть и сказать:

– Купол я тебе прощаю. Поисковый маячок в кошельке – тоже. Но то представление с облавой…

– А это не я, – хмыкнула светлость. – Это Ронал постарался.

Я споткнулась, но не упала. Вот, значит, как? Ну ладно…

– А портрет мой с твоих слов составляли?

– Допустим, – отозвался Дан.

Всё. Кончики ушей вспыхнули и губы, вопреки всем обидам и недовольствам, растянулись в улыбке. Просто когда кто-то считает тебя умопомрачительно красивой – это очень приятно.

– Но почему вы искали брюнетку? Ведь ты знал, что я метаморф и, следовательно, могу запросто сменить внешность.

– Мы уповали на удачу. Понимали, что это глупо, но решили попробовать.

– А знаешь, ваш план почти сработал, – после некоторого молчания призналась я. – Меня даже попытались задержать, но я отвертелась.

– Хочешь сказать, что уезжала из столицы в истинном облике? – уточнил Дан. И добавил, понизив голос: – Но почему?

Мы почти дошли до главной площади Рестрича. Там, впереди, плескалось людское море, а на вершине ведущей к ратуше лестницы можно было разглядеть фигуры старейшин. Безусловно, там ждали нас, но…

Я остановилась, заставив остановиться и Дана. А когда моя догадливая светлость повернулась и наклонилась ближе, открыла самый жуткий секрет:

– Я утратила способность к трансформации. Дракон – единственный образ в который могу воплотиться.

Секунда тишины закончилась улыбкой и лёгким поцелуем в губы. Спустя ещё мгновение я услышала:

– Прости, малышка, но посочувствовать не могу. Способность менять внешность – это, безусловно, полезно, но я бы хотел всегда видеть тебя настоящей. Или, в крайнем случае, Астрой.

Я насмешливо фыркнула и отстранилась.

– Нас ждут старейшины, – напомнила скорее себе, нежели ему.

Герцог Кернский улыбнулся, взял за руку и повёл дальше. Сквозь толпу, к городской ратуше и поджидающим нас старикашкам.

Стою. Стою, слушаю выступление старейшины Нила и одновременно ловлю себя на мысли, что благодушный тон оратора мне совсем не нравится. Вернее, я этому тону не верю. Более того – жду подлянку.

Герцог Кернский, который стоит рядом со мной, на той же лестнице, которая сейчас выполняет роль то ли трибуны, то ли театрального помоста, тоже не верит. И, готова спорить на все добытые Даном алмазы, тоже подлости ждёт.

Вернон и моя родня, включая примкнувшую к ним Юдиссу, так же здесь. Но они ниже, у основания этой широченной лестницы застыли. От всей их компании веет таким же недоверием, но… Но что они могут?