Вариант «Зомби» - Виталий Романов

– Да, прошли времена романтики, – вздохнул Марат. – Это раньше спецназ ползал по трещинам, разрисовав морды черными и зелеными полосами. Был невидим для врага. Теперь время техники. Не вздохнешь, не пукнешь. Всё заметят. И даже больше того! Чтоб обмануть такие сканеры – надо остыть. Будто труп…

– Лучше бы нам не остывать, – тут же ответил Лишнев.

– Поддерживаю. Как считаешь, есть у них шансы заметить нас в гранитном массиве?

– Щас увидим. Если повернут сюда – считай, уже заметили.

Словно услышав эти слова Кости Лишнева, вертолет сменил курс. Двинулся в сторону скалы, в толще которой скрывались беглецы.

– Ну, теперь надо за помощью к Фокину обращаться, – прошептал Марат, вынимая нож.

– Это зачем? – так же тихо поинтересовался Константин.

– Он молитвы знает. Пусть бы прочел че-нить… за наши души…

– Попросить?

Марат не успел ответить. Вертолет завис над их скалой. Двигатели ревели, винты сдували с камней пыль, разгоняя ее во все стороны. Фокин, лежавший в глубине пещеры, закашлялся.

– Тихо ты! – Лишнев рванулся к нему, закрыл рот сотоварища широкой ладонью.

Вертолет не улетал. Гул авиадвигателей передавался сопкам, стены вибрировали.

– Вроде на посадку заходит! – подползая к остальным, проговорил Доценко.

– Ну что, сдаваться будем? Или порвем глотки тем, до кого успеем дотянуться? – оглядел спутников Лишнев.

Хотя для себя он уже решил этот вопрос.

– Простите, братья! – виновато произнес Фокин. – Выдал я вас. Плохо у меня с легкими. И так не отдышаться, а тут пыль еще.

Доценко посмотрел на священника, покрутил пальцем у виска.

– Слава, ты чего?! Кто ж там, в кабине, кашель твой услышит? Двигатели работают!

– Тогда, как они нас вычислили?

– Самое время об этом спрашивать! – криво усмехнулся Лишнев.

И вдруг снаружи что-то изменилось. Сначала показалось, что турбины заревели еще громче. А потом… Гул стал отдаляться! Теперь он шел откуда-то сверху, и стены уже не дрожали. Звук начал смещаться в сторону!

– Неужто, улетают? – не смея надеяться, спросил Доценко.

– Погоди! – цыкнул на него Константин, опасаясь, что друг спугнет удачу.

Он сидел на земле, сжав ладони в кулаки, напряженно прислушиваясь к реву двигателей. Потом вскочил на ноги, метнулся вперед, к смотровой щели. Припал к ней.

– Улетают! Улетают! – завопил Костя. И от избытка чувств принялся лупить кулаками по камням, оставляя на них кровавые следы. – Аааа! Улетают!

Все бросились к нему, даже шатавшийся от усталости Клоков. Люди, затаив дыхание, смотрели на вертолет, который исчезал вдали, за сопками. Боялись только одного – вот сейчас те, внутри, почувствуют взгляд в спину. Развернутся. Увидят счастливые лица чудом спасшихся людей.

Вертолет исчез вдали. Беглецы не знали, что их случайно выручил из беды Леха-Гестапо. Смердин приказал направить машину в другой квадрат, когда с борта второй «вертушки» передали сигнал: «Трое уничтожены. Четвертый взят живым, знает, где остальные».

Подполковник спешил лично допросить Алексея Мезенцева, надеясь получить точную информацию о том, где находятся остальные беглецы. А между тем, последние из выживших рабочих находились прямо под брюхом его вертолета.

Мезенцев зарыдал от ужаса, как только понял, что за казнь приготовил для него Смердин. Сначала он никак не мог взять в толк, что собирается делать подполковник. На левую руку и левую ногу пленника надели наручники с длинными цепями. Каждую из цепей закрепили за шасси первого вертолета. И лишь когда то же самое проделали с правыми конечностями и потащили еще две цепи к вертолету Смердина, Леха-Гестапо все понял…

– Сволочь! – зарыдал он. – Гад! Гад! Убей!

Мезенцев принялся дергать цепи, но те были слишком прочными.

– Всем на борт! – приказал офицер.

А сам подошел к пленнику, присел возле него.

– Слушай, Мезенцев, – злобно ощерился он. – Говорят, вы мутанты?

– Сука! Сука! Сука! – рыдал Леха, уткнувшись лицом в мох.

– Так что, мутанты или нет? – допытывался Смердин.

– Слышь, начальник, – Леха-Гестапо вдруг поднял лицо. – Ну прости! Да! Пытался обмануть. Виноват… Убил твоего. Убей меня в отместку! Но… начальник! Только не это! Прошу тебя, только не это!

– Сейчас мы проверим, мутанты вы или нет, – задумчиво, будто не слыша обреченного, проговорил офицер. – Я читал доклад медиков. Там написано, у вас повышенная способность к регенерации. У всех. Мезенцев! Ты знаешь, что такое регенерация?

– Начальник, прошу… – всхлипнул пленник. – Убей, как человека!

– Так ты не человек! Мутант!

– Но ты же человек, начальник… Ты – человек?!

– Не пробивай меня на слезу, Мезенцев! Я спросил: знаешь, что такое регенерация?

Леха уткнулся лицом в мох и ничего не ответил. Его трясло.

– Так вот, – спокойно, будто читал лекцию курсантам, пояснил Смердин. – Регенерация – это способность к восстановлению. К самовосстановлению поврежденного организма. Медики говорят, есть такие амебы, их можно резать на две части. Из каждой половинки новая сволочь вырастает. Из одной – две получается. А ты умеешь так, Мезенцев?

Пленник молчал, закрыв глаза. Лишь мокрое пятно, образовавшееся под ним, сказало подполковнику, что приговоренный к смерти его слышал.

– Сейчас мы узнаем, может ли из одного тела два получиться, – Смердин встал, махнул рукой пилотам. – Запускай! Запускай!!!

Все утонуло в грохоте вертолетных движков. Дмитрий Александрович Смердин неторопливо пошел к своему вертолету. Он обернулся, когда уже взялся за рукоятку, собираясь залезть в кабину. Из-за рева моторов ничего не было слышно. Пленник дергал цепи, что-то кричал вслед офицеру. Его лицо было перекошено, губы быстро двигались. Из глаз бежали слезы.

Подполковник легко запрыгнул в кабину, хлопнул по плечу пилота: «Взлетаем!». Вторая машина оторвалась от земли вслед за первой. Бойцы Смердина прильнули к иллюминаторам – никому из них еще не доводилось видеть ничего подобного. Длинные цепи выбрали слабину, дернули пленника с земли. Леха-Гестапо продолжал извиваться всем телом. Подтягивал цепи к себе, словно это что-то могло изменить. Рот его ни на секунду не закрывался, Алексей Мезенцев продолжал кричать.

Пилоты поднимали винтокрылые машины вертикально вверх, готовясь выполнить команду Смердина. Подполковник выждал, пока высота превысила сотню метров, и лишь после этого отдал своему летчику приказ: «Маневр влево!». Вторая машина тут же начала смещаться вправо. Пленник изо всех сил напряг мышцы, но это его не спасло. Цепи натянулись за считанные секунды, и мощные «вертушки» разорвали тело мутанта на части. Кровь хлынула вниз. Тело перестало дергаться почти сразу.