Департамент ночной охоты - Роман Афанасьев

Кобылин растянул картинку на весь экран и принялся до боли в глазах всматриваться в расплывшееся изображение. Нет. И тут он не ошибся. Там был кто-то еще. Кто-то намного меньше ростом, маленький человечек, которого, похоже, тролли собирались запихнуть в машину. Над машиной торчала только макушка этого человека – длинные, неестественно рыжие волосы, похожие на медную проволоку с перламутровым отливом.

Выхватив из кармана смартфон, Кобылин чертыхнулся и принялся рыться в почтовом ящике в поисках телефонного номера художницы. Понимала ли она тогда, что рисует? Да или нет? Может, это вообще показалось ей хорошей идеей – вставить себя на картинку. Этакая мелкая деталька, известная лишь посвященным. Прикольно, да? Очень, твою мать, прикольно, особенно учитывая то, что мода на такие стрижки и такие цвета появилась не так давно.

Трубку Дарья взяла сразу, видимо действительно держала телефон в руках. Ну куда сейчас без него.

– Да, слушаю вас, – прощебетала она в трубку.

– Это Алексей, художественный редактор, – выдохнул Кобылин, сообразив, что этого номера еще нет в памяти телефона художницы.

– Алексей! – выдохнула Дарья. – А я как раз собираю для вас новый пакет картинок! Знаете, меня очень заинтересовало ваше предложение. Я подняла свои архивы и нашла много интересного. Кажется, вас это должно заинтересовать…

– Прекрасно, – фальшиво обрадовался Кобылин, с трудом удерживаясь от грозного рыка. – Знаете, Дарья, вы правы. Наверно, лучше будет встретиться и все сразу обсудить. Так будет быстрее.

– О, это чудесно, – выдохнула художница, но чуткое ухо Кобылина расслышало нотки неуверенности в ее голосе.

– Только давайте не в том кафе, а в центре, – бросил Алексей. – Я скоро буду проезжать по делам через центр, могу заскочить в какой-нибудь ресторанчик. С утра ничего не ел.

– А где именно вы будете? – осторожно поинтересовалась Дарья.

– Покровка, через час, – бросил Кобылин, стараясь не напугать девочку еще больше. – Маросейка. Знаете там что-нибудь приличное?

– Ну, в принципе, да, – протянула Дарья. – Знаете, вы когда будете подъезжать, позвоните мне. А я столик займу.

– Прекрасно, договорились, – быстро согласился Кобылин. – Правда, я смогу уделить вам полчаса, не больше. Потом у меня деловая встреча, простите, нельзя опаздывать.

– Сойдет, – ляпнула художница и, тут же откашлявшись, прощебетала: – Спасибо за предоставленную возможность. Надеюсь, мои работы вас заинтересуют.

Кобылин быстро попрощался и сбросил звонок.

Одним глотком прикончив фруктовую смесь из бутылки, он встал и медленно оглядел свое логово. Костюм? Старый в лохмотья. В принципе, он успеет еще купить новый. Но, пожалуй, он для этой встречи не подойдет. Алексей нахмурился.

События развиваются слишком быстро. Узел затягивается все сильней, беспокойство давит на плечи, а где-то внутри дребезжит натянутая до предела струна. Что-то назревает. Это как грозовые тучи на горизонте. Еще светит солнце, но уже упало давление, веет холодом, насекомых прижало к земле, и птицы носятся над самой травой, выхватывая свою добычу из воздуха. Идет гроза. Большая гроза.

Кобылин медленно подошел к перевернутому ящику, служившему ему рабочим столиком. Здесь, рядом с розеткой, у него размещался целый парк устройств, нуждающихся в зарядке. Пара старых телефонов, фонари, блок с отдельными аккумуляторами…

И еще кое-что, купленное совсем недавно.

* * *

Метро Кобылин любил и ненавидел. Любил за обезличенность, за анонимность, за возможность мгновенно затеряться в толпе, став песчинкой на океанском пляже. Ненавидел за близость людей, за необходимость прижиматься к другим, расплющиваясь, как килька в банке. И еще за то, что это подземелье.

Впрочем, у метрополитена была одна положительная черта, которая перекрывала все его недостатки, – оно могло быстро и без проблем доставить тебя куда угодно. В основном. Если чего-то не случится. Наверное.

Насчет часа Алексей солгал – он приехал на место встречи пораньше, чтобы хорошенько осмотреться. Не то чтобы он опасался проблем, но подстраховаться лишний раз не помешает. Вдруг за девчонкой уже следят. Или за ним. Или за обоими сразу. Проклятая паранойя.

Стволы Кобылин оставил дома, поэтому без проблем сновал между пассажирами, не опасаясь привлечь ненужное внимание. Ему даже нравилось это занятие – идти сквозь толпу, быстро, целеустремленно, и при этом ни с кем не сталкиваясь. Чем-то это напоминало лыжный слалом – корпус вправо, корпус влево, наклон, секундная пауза, и снова вперед, легко и свободно. До самой пробки перед эскалатором.

На улицу Алексей выбрался на полчаса раньше назначенного. Сунув руки в карманы куртки, он огляделся по сторонам. Узкая старая улочка, вымощенная брусчаткой. Обочины заставлены дорогими машинами, залезающими на тротуар двумя колесами. Маленькие старые дома, давно превратившиеся в ресторанчики, магазинчики, крохотные офисы. И, главное, здесь людно. До конца рабочего дня еще пара часов, но народ, кажется, это не останавливает. Непрерывный поток людей тянется по тротуарам вдоль домов как к метро, так и в обратную сторону. Толпа. В ней так легко спрятаться.

Кобылин надвинул на лоб бейсболку, прикрыв козырьком лицо от чужих взглядов, и, не торопясь, вразвалочку, двинулся вверх по улице, посматривая по сторонам. На ходу он прикидывал, что именно следует рассказать Дарье. Прокручивая в голове возможный разговор, Алексей все больше мрачнел. Девчонка в опасности. Но сама она об этом не знает. И случайный знакомый, причем очень подозрительный тип, вряд ли убедит ее сбежать с ним и спрятаться где-то на окраинах. Дарья, скорее, сбежит от психопата, а то и полицию вызовет. И будет в чем-то права.

С другой стороны, возможно, все это лишь фантазии. Подумаешь, рыжеватое пятнышко рядом с троллями. Может, это уже было. Или будет – лет так через десять. А может, как раз эта картинка – безудержная фантазия художницы. Но, как бы то ни было, поговорить им придется. И серьезно. Если девчонка и правда рисует реальные события, то она – бомба замедленного действия. Столько вопросов… Вот хотя бы про американские машины пятидесятых годов. Очень интересная тема, надо признать. Кобылин нахмурился. Стрелять он умеет, а вот убеждать… Красивые разговоры не по его части. Ладно. Попробуем придерживаться легенды. Разговоримся. А там посмотрим.

Кобылин успел даже составить в уме пару безопасных фраз, способных продвинуть беседу в нужном направлении. И даже просчитал пару вероятных ответов. Он уже прикидывал варианты ответов на ответы, когда понял, что никакого разговора не будет.

Черную машину, округлый черный джип с дутыми бортами, он увидел сразу. Он взгромоздился на тротуар обоими колесами – прямо напротив стеклянных дверей какой-то мелкой забегаловки. Рядом с ним, спиной к Кобылину, стоял плечистый здоровяк в черной куртке с бритым затылком. Второй стоял чуть дальше, он придерживал распахнутую заднюю дверь, и его почти не было видно за первым. Тролли – в этом не было никакого сомнения. Кобылин безошибочно распознал их кривоватый скос массивных плеч, плоские, словно обрубленные, затылки. Типичные твари, от которых исходит аура абсолютной самоуверенности и наплевательства на всех окружающих. Перекрыли половину тротуара, заставляя прохожих обходить их стороной, и воркуют над распахнутой дверью, как влюбленные голубки. Что, надо сказать, совершенно для них не характерно.