Хроники Иттирии. Песня Мора - Андрей Талашко

— Тия, ты тоже с Тюбиком туда выйдешь. Тебе надо пройти будет по центральному лазу. Дальше, слушай внимательно…

Кайрим прикрыл глаза, вспоминая образы, которые он увидел в своем видении.

— По центральному коридору. Две следующие развилки налево. Третья — направо. Четвертая и пятая опять налево. Дальше будет два хода, один чуть выше, другой ниже. Тебе тот, что ниже. Выйдешь в большой грот… — Жестами указывая направления, Кайрим еще раз проверил то, что сказал. — Мы с Ошкулом будем там тебя ждать.

* * *

Нижний ярус пещеры чревом окаменевшей змеи струился сквозь гору. Гранитные ребра давно издохшей твари свисали со стен и норовили напороть незваных гостей на себя. Путникам приходилось идти по ощетинившемуся коридору буквально след в след.

Спустя четыреста пятнадцать тревожных шагов, тоннель, наконец, раздался вширь. Свет факела, казалось, скромно сжался в комок, не в состоянии разогнать царящий здесь древний мрак.

Неровные каменные стены, неожиданные провалы прямо под ногами. Все говорило о том, что это место веками не видело людей. Оно был чуждо всему живому, и просто кричало об этом.

На пути вырастали огромные наплывы из застывшего камня или непреодолимые частоколы капельника^[17]. То тут, то там каменный пол и стены разрезали широкие трещины, в которые с легкостью можно было засунуть разом пару крепких лошадей.

Гарн и Кайрим преодолевали преграды одну за другой, помогая друг другу и медленно, но верно продвигаясь вперед.

Пол пещеры был неровным, словно неспокойное застывшее море. Гладкое, словно целую вечности его изо дня в день полировали тысячи ног. То тут, то там вырастали небольшие оплывшие столбики, норовя поставить подножку нерадивому зеваке.

Кайрим попался в ловко расставленную ловушку, но на выручку пришла необъятная спина Гарна. Судя по безумному лицу повернувшегося великана, от травм Кайрима спасала не столько спина, сколько выдержка ее хозяина.

— Э-э-э-э-э, прости, — нарушил гробовое молчание Кайрим.

Его голос, отразившись от кривых стен коридора, бешенной синицей улетел во тьму, разносясь по тоннелю десятком голосов ожившего эха.

Гарн многозначительно вобрал побольше воздуха и отвернулся от втянувшего себя в плечи парня.

Кайрим, в этот раз внимательно смотревший себе под ноги, считал про себя шаги вперемешку с прыжками. Он не хотел больше споткнуться о каменный гриб и налететь на товарища. С мыслями о том, как бы не сбиться со счета, ровно на семьсот тридцать седьмом шаге и пятьдесят третьем прыжке, Кайрим вновь врезался в спину Ошкула.

В небольшом зале неправильной формы их ожидали два перехода. Недолго думая, уже услышавший тираду Кайрима, Гарн шагнул к левому коридору.

Декорации вновь сменились. Словно сопли сказочного исполина, каменные сосульки свисали со сводчатого потолка. Совсем маленькие ближе к середине, у стен они спускались почти до самой земли, лишь на локоть не достигая поверхности. Пол здесь был идеально ровный и гладкий, словно отлитый из окаменевшего меда. Коридор изгибался широкой дугой и, спустя шестьсот сорок восемь шагов, заканчивался очередной развилкой.

Четыре неприветливых глаза щурились на незваных гостей. Два прохода правильной округлой формы, а еще два, стоящие как бы особняком, уходили вбок тоннеля узкими неровными трещинами. Северная рука указывала на одну из них, стало быть, им туда.

Не желая терять ни минуты, Гарн юркнул в расщелину первым. Свет его факела осветил неровные стены, и низкий потолок. Буркнув Кайриму, чтобы тот не ударился головой, Ошкул шагнул дальше.

Неожиданно, свет факела в руке великана дрогнул, и под аккомпанемент отборных матюков Ошкул провалился вниз.