Стрелок. Путь на Балканы - Иван Оченков

Вернувшиеся солдаты тем временем обступили присевшего на бруствер Будищева. Лицо его было покрыто пороховой сажей, но даже сквозь нее было видно как он побледенел.

— Граф, ты чего? — встревоженно спросил его Анохин.

— Нормально все, — отмахнулся тот.

— А за револьверт чего держисся?

Дмитрий удивленно уставился на солдата, потом на свою руку и вдруг понял, что вертит в руках кобуру.

Затем помотав головой, будто отгоняя наваждение, прицепил оружие к поясу и ответил товарищу с кривой усмешкой.

— Да вот подумалось, что далеко его держу от себя. Вдруг понадобится, а нету.

Это была не первая атака отбитая русскими на Аярслярских высотах, но на сей раз османский генерал решил, что довольно биться лбом об стену и надо действовать по-другому. Для начала, он приказал вытащить на окрестные высоты несколько пушек, и подвергнуть занятый русскими редут ожесточенному обстрелу. Отвечать им было нечем, расположенные в низине батареи приданные Болховскому полку не добивали до врага, а вытащить их на гребень не было никакой возможности.

Хорошо хоть, что у турок не оказалось шрапнелей, иначе они бы быстро выбили лишенных нормального укрытия русских солдат. Гранаты же, хоть пускаемые противником с замечательной меткостью, не могли дать такого эффекта. Впрочем, потери и без того были велики и русское командование сочло за благо подтянуть резервы.

Пока османская артиллерия обрабатывала позиции болховцев, их пехота попыталась обойти своего противника уже с фланга, с тем, чтобы ударить с тыла. Прикрываясь густой растительностью, двум ротам турок удалось незамеченными пробраться на обратный склон и приготовиться к атаке. Идти тут было неудобно, однако нападения с этой стороны никто не ждал, и казалось, что победа уже близка. Повинуясь приказам своих офицеров, аскеры без единого выстрела или крика начали подниматься на кручу. До вершины оставалось совсем немного, когда грозящую опасность заметил штабс-капитан Гаупт, ведущий свою роту на выручку обороняющимся товарищам. Ни времени, ни места для построения не было, но храбрый офицер не растерялся и приказал с ходу атаковать вражеский отряд. Открыв беспорядочную стрельбу, русские солдаты бросились вперед. На всем склоне начались ожесточенные схватки. Озверевшие люди кололи, были прикладами и стреляли друг в друга, как будто были злейшими врагами, а не встретились сегодня впервые. Турок было больше, и они находились сверху, однако болховцы ударили с таким жаром, что быстро потеснили их, заставив и думать забыть об атаке редута. Тем временем, развернувшаяся в тылу перестрелка не осталась незамеченной. Увидев развернувшуюся на склоне баталию, полковник Буссе приказал поддержать вступившую в бой роту, и османская пехота оказалось между двух огней. Аскеры, которых теснили и сверху и снизу не выдержали натиска и бросились бежать.

Сегодня приятели-вольнопёры впервые оказались в самом настоящем бою. Не в перестрелке, когда не видишь толком противника, а лицом к лицу, когда видишь блеск глаз и слышишь дыхание своего врага. Крадущиеся к вершине турки оказались перед ними так неожиданно, что пришлось сразу атаковать не тратя времени на построение или залпы. Тяжело дыша на подъеме, они бросились вперед, и скоро сошлись с противником. Завязалась кровавая, хоть и скоротечная схватка. То тут, то там слышались яростные крики, лязг штыков и глухие хрипы умирающих. Не раз и не два, сцепившиеся между собой русские и турки катились вниз по склону, призывая на помощь святых и изрыгая страшные богохульства.

Гаршин, увлекая за собой солдат, бросился вперед, успев при этом заколоть штыком одного противника и получив прикладом от второго, упал и лишь чудом успев зацепиться за ветку кустарника, не покатился вниз. Впрочем, это едва не стоило ему жизни, потому что сбивший его с ног аскер собирался уже исправить свою оплошность и занес штык над отчаянным вольнопером.

Гибель Всеволода казалась неминуемой, но в этот момент ему на помощь пришел Лиховцев. Алексей спас товарища застрелив занесшего над ним штык турка, затем отбил нападение второго, после чего помог встать Гаршину и дальше они дрались вдвоем. Затем к ним на помощь подоспели остальные и после короткой схватки заставили врага отступить.

Отличился и Штерн. Преследуя уже бегущих противников, он заметил, как в кустах засели трое аскеров и готовятся открыть стрельбу по наступающим русским. Без промедления кинувшись на них, Николай одного застрелил, второго заколол, а третьего так избил прикладом, что тот еле шел, когда вольноопределяющийся повел его в плен.

Воодушевленные победой они поднялись на гребень и тут же попали под обстрел. Турецкая граната разорвалась совсем близко, лишь по счастливой случайности никого не задев. Бегом кинувшись под защиту недостроенных укреплений, они попытались укрыться в них, но тут внимание друзей привлек резкий свист.

— Эй, дуйте быстрей сюда, — махал им рукой из какой-то ямы Будищев, — Лёха, блин, я к вам обращаюсь!

Быстро добежав до укрытия, приятели прыгнули вниз и оказались на какое-то время в безопасности. Как оказалось в этом неглубоком окопе нашли пристанище большинство охотников во главе с подпоручиком Линдфорсом.

— Что это за щель? — удивился Гаршин, немного отдышавшись и поприветствовав присутсвующих.

— Щель и есть, — усмехнулся Дмитрий, — правда времени выкопать ее толком не было, пришлось под обстрелом работать. Но ничего, в тесноте да не в обиде.

— Вы полагаете это надежным укрытием?

— Лучше чем ничего. Шрапнелей у турок, слава богу, нет, а прямое попадание не слишком вероятно. Разве что землей присыплет, но это можно пережить.

— Главное чтобы нашу митральезу не разбили, — озабоченным тоном сказал подпоручик, — жалко будет, только-только научились накрывать противника.

— Что, простите?

— Ах, вы же не знаете, мы с Будищевым нашли здесь турецкую, точнее бельгийскую картечницу и недурно отстрелялись по ее бывшим владельцам.

— Да у вас тут весело, — хохотнул Штерн.

— Обхохочешься, — криво усмехнулся Дмитрий и тут же продолжил: — Вот что ребятки, вы как хотите, а мне нужна ваша помощь.

— В чем именно? — насторожено спросил Гаршин.

— Понимаете, наши охотники ребята славные, но вот только в своей жизни из механизмов ничего сложнее топора не видели. А эта чертова бандура, как ни крути — техника.

— И что ты от нас хочешь? — заинтересовано спросил Лиховцев.

— Да помощники мне нужны! — почти крикнул в ответ Будищев. — Грамотные и понятливые, чтобы не объяснять каждый раз заново. Это митральеза, хоть и примитивный, а пулемет! И при правильном использовании мы и турок заставим кровью умыться и нашим поможем солдатские жизни сберечь!

— Звучит здраво, но мы ведь в другой роте.

— Да ладно! — неужели их благородие господин подпоручик не сможет договориться с вашим ротным? Тем паче, он генштабист и вообще офицер толковый.

— Я попробую, — решительно заявил Линдфорс и тут же отправился к Гаупту.