Мы из Бреста. Ликвидация - Вячеслав Сизов

В 1937 году после окончания университета возвращается в Грозный. Свою политическую деятельность он начал с доноса на руководство Чечено-Ингушской республики. Первоначально Хасан и восемь его сподвижников сами попали в тюрьму за клевету, но вскоре сменилось местное руководство НКВД. Исраилова, Авторханова, Мамакаева и других его единомышленников отпустили, а на их место посадили тех, на кого они написали донос.

Новый секретарь обкома Быков вызвал Исраилова и предложил ему подать заявление о восстановлении в партии. Председатель получил уверение от Исраилова в том, что он на днях это сделает. Исраилов действительно прислал свое заявление в Чечено-Ингушский обком ВКП(б), но только совсем иное. Он окончательно разорвал свои отношения с советской властью:

«…Я решил встать во главе освободительной войны моего народа. Я слишком хорошо понимаю, что не только одной Чечено-Ингушетии, но даже всему национальному Кавказу трудно будет освободиться от тяжелого ярма красного империализма. Но фанатичная вера в справедливость и законная надежда на помощь свободолюбивых народов Кавказа и всего мира вдохновляют меня на этот подвиг, в ваших глазах дерзкий и бессмысленный, а по моему убеждению, единственно правильный исторический шаг. Храбрые финны доказывают сейчас, что великая рабовладельческая империя бессильна против маленького, но свободолюбивого народа. На Кавказе вы будете иметь вторую Финляндию, а за нами последуют другие угнетенные народы».

Используя антисоветские связи своих знакомых, Исраилов сколачивает подпольные контрреволюционные группировки Кавказа в единую организацию. Им ведется подготовка подпольных баз, создаются филиалы этой организации в Грузии, Азербайджане, Осетии, Чечено-Ингушетии, Дагестане, Карачаево-Черкесии, Нахичеванской области. Им планируется восстание против советской власти. Оно должно было вспыхнуть в тот момент, когда англичане высадятся в Баку, Дербенте, Поти и Сухуме. Однако английские агенты потребовали от Исраилова начать самостоятельные действия еще до нападения англичан на СССР. По заданию из Лондона Исраилов со своей бандой должен был напасть на Грозненские нефтепромыслы и вывести их из строя с тем, чтобы создать недостаток горючего в частях Красной Армии, сражающихся в Финляндии. Операция была назначена на 28 января 1940 года. Попытка поджечь нефтехранилище была отбита охраной объекта. Исраилов с остатками своей банды перешел на нелегальное положение – отсиживаясь в горных аулах, бандиты в целях самоснабжения время от времени нападали на продовольственные магазины.

Арест Исраилова был затруднен горными условиями, наличием многочисленных замаскированных баз на территории Чечено-Ингушетии, Дагестана, Грузии, поддержкой его штаба широкой сетью банд-пособников в труднодоступных аулах.

С началом войны внешнеполитическая ориентация Исраилова резко изменилась – теперь он начал надеяться на помощь немцев. Его гонцы перешли линию фронта и вручили представителю немецкой разведки письмо своего руководителя.

Один из идейных вдохновителей бандитизма в Чечне А. Авторханов впоследствии писал:

«…Наш общий доверенный человек передал мне меморандум Временного народно-революционного правительства Чечено-Ингушетии на имя правительства Германии в Берлин. Главное содержание меморандума сводилось к следующему:

1. Чечено-Ингушетия восстала, чтобы избавиться от тирании Сталина и освободиться от советского империализма для восстановления своей былой свободы и независимости.

2. Мы ожидаем, что в ближайшее время к нам присоединится весь свободолюбивый Кавказ.

3. Мы считаем, что враг Сталина – наш друг. Поэтому мы предлагаем Германии военно-политический союз против большевизма».

С немецкой стороны Исраилова курировал Абвер. Непосредственным куратором выступал полковник Осман Губе. Аварец по национальности, он родился в Буйнакском районе Дагестана, служил в Дагестанском полку Кавказской туземной дивизии. В 1919 году присоединился к армии генерала Деникина, в 1921 году эмигрировал из Грузии в Трапезунд, а затем в Стамбул. В 1938 году Губе поступил на службу в Абвер, и с началом войны ему пообещали должность начальника «политической милиции» Северного Кавказа.

Партия Исраилова организовала крупное вооруженное выступление осенью 1941 года в Шатойском районе Чечни. Поводом для выступлений были мобилизационные мероприятия. С трудом подавленное восстание возродилось вновь в июне 1942 года. Активные участники восстания М. Басаев и Г. Джангиреев были арестованы правоохранительными органами.

Через два года после своего первого рейда – 28 января 1942 года – Исраилов организовывает ОПКБ – «Особую партию кавказских братьев», ставящую своей целью «создание на Кавказе свободной братской Федеративной республики государств братских народов Кавказа по мандату Германской империи». Позднее эту партию он переименовывает в «Национал-социалистическую партию кавказских братьев».

О поимке самого Исраилова можно было бы написать целый роман.

13 февраля 1944 года органами НКВД на основании агентурных данных были арестованы братья Муртазалиевы. В результате допросов один из братьев Муртазалиевых дал показание, что Исраилов скрывается в пещере горы Бачи-Чу Дзумсоевского сельсовета Итум-Калинского района. Через два дня оперативной группой НКВД это убежище главы «Особой партии кавказских братьев» было найдено. Самого Исраилова там не оказалось. При обыске пещеры найден ручной пулемет Дегтярева и три диска к нему, три винтовки (в т. ч. английская десятизарядная), 200 штук винтовочных патронов. Лейтенантом Анекеевым и старшиной Нециковым из 263-го стрелкового полка Тбилисской дивизии войск НКВД там же был обнаружен вещмешок общим весом около двух кг с подлинными записями Исраилова, относящимися к его повстанческой деятельности. Среди них были списки членов НСПКБ по 20 аулам Итум-Калинского, Галанчожского, Шатоевского и Пригородного районов Ч.-И. АССР (общей численностью 6540 человек); 35 билетов членов фашистской организации «Кавказские орлы» (полученных Исраиловым через немецких парашютистов); подробная немецкая карта Кавказа, на которой были отмечены населенные пункты Ч.-И. АССР и Грузинской ССР, в которых имелись ячейки повстанческой организации.

Сам Исраилов 15 декабря 1944 года был смертельно ранен в бою при перестрелке в селе Ошной, где дом с бандитами был окружен агентурной группой НКВД братьев Умаевых, Байсагуровых, Индербаева. Братья-агенты при осаде боялись застрелить кого-либо из своих родственников-бандитов, вследствие чего другой группе Хучбарова (находившейся в этом районе также по заданию НКВД) удалось унести Исраилова. 29 декабря 1944 года начальник отделения ГУББ НКВД СССР капитан госбезопасности Малышев уведомил Москву о том, что «…задание т. Берии выполнено. Исраилов Хасан убит, труп опознан и сфотографирован. Агентура переключена на ликвидацию остатков бандглаварей».

Еще одним из наиболее влиятельных руководителей бандгрупп был Ахмед Сосиевич Хучбаров. Он родился в 1913 году в ингушском селе Гули Галашкинского района Чечено-Ингушетии. Он был вторым из двенадцати детей. В 1929 году его отца раскулачили. Бытовая распря в семье (ссора между Ахмедом и его женой из рода Торшхоевых) переросла в ожесточенную личную борьбу – месть против начавшейся тогда в Ингушетии кампании по вовлечению женщин-горянок в строительство коммунизма. Жену Хучбарова (красивую женщину, очень им любимую) ее двоюродный брат уговорил и определил во Владикавказскую «советскую партийную школу». Ахмед жестоко поссорился с родственником жены, при выяснении отношений применил оружие и ранил его в руку. Скрываясь от ареста, он перешел на нелегальное положение, стал абреком и до 1955 года вел вооруженную борьбу с советской властью.