Восстание гроллов - Рейджел Леви

Лучи заходящего солнца золотистой пылью рассыпались по террасе. Свежий бриз Венецианской лагуны играл в волосах, приносил с собой запахи морской соли, цветущих петуний и просмоленного дерева доков. Вскоре, пылающий диск исчез, за размытой в легкой дымке линии горизонта, уступив место молодому месяцу и мириадам сияющих звезд. Они отражались на темно синей глади залива, словно это мерцали упавшие в воду серебристые монетки. Я облокотилась о перила и прикрыла глаза – слушая то, что невозможно увидеть. Вода тихо ударялась о борта маленьких лодочек и пристаней – напевая им колыбельную. Погрузившись в сотни мерцающих огней, ночная Венеция засыпала.

В ней было свое особое очарование – сочетание вековых традиций и современности, напускная напыщенность и детская игривость, в ней были совершенные несовершенства, которые делали ее неповторимой. Чем-то она казалась похожей на меня, поэтому я с радостью приняла приглашения Грея.

После битвы, отец отправил меня именно сюда, сказав, что теперь я считаюсь полноправным туатом и готова взять под свою опеку один из самых важных объектов. Пьетро остался с Джаредом, и их отношены приняли новые неожиданные обороты. Последний раз мы получали от них известия из Мексиканской деревушки. Там, где Джаред там и безумные приключения, и в их отношениях была некая ирония. Джаред защищал человечество, а Пьетро оберегал Джея. Нит и Джордана на год уехали в Японию, хотя, мне

кажется, что они совсем рядом. Каждодневные разговоры по телефону уменьшают тоску разлуки.

Мария все так же живет в Венеции, Грей дал ей заслуженный отдых, но в ее обязанности все еще входит печь для нас ее удивительные булочки. Я заулыбалась, подставив лицо прохладному ветру, вдыхая любимый аромат цитрусов и бергамота – аромат моего собственного бога. Илай поставил на широкие перила две кружки с широкими ажурными бортиками, напоминающие раскрывшийся бутон розы.

Илай опустил веки, прислонившись головой ко мне так, что наши лбы коснулись друг друга. Я видела спокойный ритм пульса под смуглой кожей шеи.

– Ты изменила меня, мой мир, в тот момент, когда я впервые тебя увидел. И только благодаря тебе я понял кто я есть – обрел смысл жизни. Мы меняемся каждое мгновение, одни молекулы умирают, другие появляются. Секунду спустя я уже буду немного другим и, каждую новую секунду, я люблю тебя все больше.

Илай обнимал меня – нежно прижимая к себе. Его руки лежали на моей спине, повторяя ритм моего дыхания – горячие напротив моей прохладной кожи. Я чувствовала как дрожат его ладони, как дыхание залетает под волосы – ласкает мои плечи. Его глаза в синеве сумерек пылали золотым, словно наполненные светом. Робкий свет новой луны стелился по его скулам, сверкая вокруг головы ореолом.

– Кроме четырех элементов существует пятый, – с трепетом прошептала я, – самый главный – это любовь, – мое дыхание растворилось в шуме волн.

– Ты мой пятый элемент, – Илай потянулся, чтобы поцеловать меня, прижавшись своими теплыми губами к моим. Ресницы – черные, как ночь слегка подрагивали. Я не могла насмотреться на него, не могла насытиться, наверное, это и значит любить бесконечно.

Конец второй книга