Страж Каменных Богов - Владимир Свержин

– Здравствуй, отец! – произнес Атиль аш-Шариф, почтительно склонив голову.

– Здравствуй, сын! Не ожидал тебя встретить здесь, но рад видеть живым, здоровым и с оружием в руках.

– Я не хотел поднимать его против тебя, и, надеюсь, выслушав меня, ты согласишься, что мы сможем биться вместе против общего врага.

– Может, и так, – произнес пресветлый султан и подтолкнул мальчишку вперед: – Ступай к отцу.

Тот бросился со всех ног, не успев сообразить, где отец и кто этот человек, с растерянным видом протягивающий к нему руки…

Сердце Песнопевца дрогнуло, он склонился, распахивая объятия. Шерхан чуть заметно усмехнулся: какие бы условия ни приготовил главарь мятежников, теперь он будет сговорчивей.

– Благодарю тебя, – держа сына на руках, чуть сконфуженно прошептал Тиль. Могучий старец лишь махнул рукой и открыл рот, чтобы продвинуть переговоры еще на один шаг.

Одиночный выстрел грохнул неподалеку. Шерхан дернулся вперед, на спине его начало расплываться алое пятно. Он заскрежетал зубами и развернулся, закрывая собой внука и сына.

– Отец! – закричал Атиль, отталкивая мальчика в сторону крепости и бросаясь к раненому.

Взгляд Тимура вновь приобрел отточенность швейной иглы, направленной в место прокола. Точка попадания сама собой образовалась на лбу Тиля, склонившегося над телом. Он уже почти нажал на спуск, когда в мозгу вспыхнуло: «Защищать Атиля». Не обращая внимания на бушующий в ярости лагерь, он резко повернулся, выискивая прицелом никчемного мальчишку. Этого мига было достаточно. Автомат Тиля, заброшенный за спину в знак добрых намерений, оказался у него в руках. Среди четырех сотен знакомых и незнакомых лиц он вдруг увидел одно, пусть обезображенное, но в любом виде пробуждающее в его сердце холодную ненависть. Выстрел грянул на сотую долю секунды раньше, чем успел сделать это притаившийся враг. Тот раскинул руки, выронил автомат, сделал шаг вперед и рухнул на спину, глядя в серое небо окровавленным отверстием во лбу. Торжище взорвалось автоматной пальбой. Никто не думал, куда и почему стреляет, напряжение последних дней требовало разрядки, и первые выстрелы были сделаны.

– Отставить стрельбу! – встав во весь рост, кричал Атиль. Сердце его разрывалось от внезапной боли при взгляде на безжизненное тело еще совсем недавно грозного Шерхана. Он словно искал смерти, но та лишь проскользнула мимо. Человек в черных одеяниях одним движением сбил его с ног, опрокинул на мост и тут же накрыл собой ошарашенного мальчишку. Броневая плита надежно защищала от попаданий, но пули свистели над головой так густо, что их звук сливался в единый непрекращающийся свист. – Не стрелять в ответ! – переползая к сыну, что есть мочи кричал предводитель мятежников. Но кто в этот миг слышал его и кому было дело до приказов?

Гулкой скороговоркой где-то поблизости заработал миномет, забрасывая лагерь зарядами дымовой завесы. Еще мгновение, могучие руки Бурого подхватили Тиля и мальчика, мост с лязгом поднялся, отрезая крепость от торжища. Куда подевался Сын Нага, кажется, никто и не заметил.

– Вот тебе и переговоры. – Лешага задумчиво покрутил в руках очередную дымовую мину и отложил ее в сторону. Тиль сидел рядом, уткнувшись лицом в каменную стену, надеясь холодом гранита остудить закипающие в уголках глаз слезы. – Вставай! – потребовал Лешага. – Ты по-прежнему вождь повстанцев.

Тиль повернулся к нему, глядя, как безумный:

– Тимур убил моего отца! Он не подох тогда в лесу! Слышишь меня, не подох!

Стрельба не утихала. Эргез напряженно всматривался в маячившую впереди ограду торжища.

– Что там у них происходит? Их штурмуют или они штурмуют?

Прямо сказать, обстановка не радовала. Сначала мятеж Арслана, затем уж совсем из ряда вон – невесть кто, захвативший Врата Барсов. Чуть свет он с небольшой свитой выехал на разведку. Изваяние каменного бога на башне, высящейся над ущельем, не оставляло сомнений, чьих это рук дело. Конечно, силы мятежников, даже если бы их вдруг удалось объединить, были ничтожны по сравнению с его собственными. Но даже такое численное превосходство вовсе не гарантировало победы.

Случись штурм, его армия растает на этих каменных склонах, как весенний снег. Разумнее всего было бы повернуть назад или попробовать договориться с Арсланом и, покарай его Пророк, Шерханом, пообещать им прощение в обмен на сдачу крепости. Но, похоже, бывшие соратники готовы скорее погибнуть, чем пойти на переговоры. А возвращаться восвояси несолоно хлебавши для того, кто желает быть повелителем мира, – очень плохое начало.

– В кого эти мерзавцы стреляют? – повторил ньок-тенгер.

Командир разъезда, посланного в дозор, остановил взмыленного скакуна неподалеку от высокого господина, спеша поскорее доставить известие.

– Шерхан мертв! – едва коснувшись ногами земли, крикнул он. – Изменник встречался с сыном на подъемном мосту. Похоже, Атиль застрелил его.

– Вот как? – На лице властителя появилась редкая усмешка. – Но это же прекрасно! Эй, – он повернулся к свите, – Чандру сюда! И оседлайте для нее белую лошадку, мы отправляемся на прогулку.

– Но там опасно! – попытался урезонить его кто-то из ближних.

– В безопасности лишь тот, кто уже мертв, – презрительно отмахнулся Эргез. – Впрочем, разместите десять минометов вон на той высотке и накройте ими торжище. Пусть эти неверные, покуда мы с прекрасной Чандрой гуляем, целуют землю, не поднимая головы. Давайте, поспешите, нельзя медлить.

«Чтобы справиться с волком, – гласила старая поговорка, – нужно увидеть его раньше, чем он тебя». Выведенные когда-то в качестве идеальных солдат, волкоглавые прорвы не оправдали чаяний своих создателей. Но при слабом разуме они прекрасно умели маскироваться. Даже оглядываясь по сторонам, можно было пройти в паре шагов от этого злобного хищника, так и не заметив его. Вот и сейчас более сотни клыкастых тварей притаились в лесу, неподалеку от входа в ущелье, ожидая команды хозяйки. Та осматривала поле грядущей битвы, прикидывая пути отхода и время, необходимое для стремительной волчьей атаки.

Как считала Асима, Эргез храбр, но, подобно множеству храбрецов, привыкших к власти и могуществу, слишком часто игнорировал опасность, полагая, что высокий титул защищает не хуже древней брони. Утром она видела, как ньок-тенгер с небольшим отрядом выезжал сюда на разведку. Опыт Асимы подсказывал, что вскоре он приедет снова. Главное сейчас – усыпить бдительность его стражи мнимой безопасностью и тишиной. А уж там…

Идея захватить Эргеза показалась ей вполне удачной. Такой козырь даст ей отличные позиции для последующих торгов со старыми приятелями. Уж она-то сумеет им распорядиться. Гюрза увидела, как со стороны позиций людожогов к ущелью движется небольшой отряд. Во главе на крупном вороном коне мчал Эргез, рядом, едва поспевая на белой лошадке, неловкая молодая наездница с большими испуганными глазами.

Старуха затаилась, оглядывая готовых к бою всадников, скачущих за спинами властителя правоверных и его черноволосой спутницы. Ожидать было муторно, но понятно, что стоит ее атаке захлебнуться, и на подмогу свите ньок-тенгера устремятся тысячи воинов. Противопоставить этому нечего, даже убежать не успеет. Нет, рисковать не будем.