Метро 2035. Преданный пес - Дмитрий Манасыпов

– Наш механический кодовый замок, пускающий ко второй двери, так?

– Да.

– Почему не открыли?

– Не знаю. – Зуб шмыгнул носом. Задачка становилась простой, но верить в решение не хотелось.

– Я код заменил сразу, как они тогда уехали к Воронам. – Кулибин, присевший отдохнуть, растирал, как мог, культю, не закрытую протезом. – И тебе не сказал. И Эдди не сказал.

– Вы знали? – Зуб скрипнул зубами. – И манатки вы с Эдди собрали без меня, так? Плащ этот откуда здесь?

– Не ори, йа. – Хаунд глотнул воды. – Ты бы доверял сам себе, окажись на нашем месте?

Зуб мотнул головой. Да, если все ведет к подставе от Девил, то точно не стал бы.

– Вы меня для проверки вперед пустили? – Он покосился на Кулибина.

– Да, – калека принялся за вторую ногу, морщась от боли, – и расчистить дорогу. Половина твоей сраной банды дебилов-отморозков вас с сестрой так ненавидят, что это показалось прельстивым. Ты молодчина, Зубина, справился на пять с плюсом. А куда ты делся после Новосемейкино?

– У Бабы-Яги ночевал, – буркнул Зуб, – суки вы все. А я думаю, чего у меня на душе так неспокойно, как насрали в нее. Все вы как мудаки конченые себя повели. И как суки тоже.

– Пронять хочешь? – поинтересовался Кулибин. – Ты уже пронял, раз живой до сих пор. И дело вовсе не в том, что мавр сделал свое дело и может уходить. Как заложник ты нам не всрался совсем. Раз она тебя прокинула, то весь этот треп за брата с сестрой есть все же пиздеж. А ты ей был нужен как шпион, доносящий на всех и каждого от благодарности. Ну, и как собачонка. Домашний, в рот мне ноги, любимец. Жестоко, сука, но справедливо, хули.

Зуб не ответил. Хреново как-то заканчивалось героическое путешествие по его собственной дороге ярости, пламени, свинца со сталью и крови. Все рушилось и ничего не показывалось взамен даже в перспективе. Хотя, почему? В ближайшей весьма даже являлось как наяву.

– В голову выстрели. – Он посмотрел на Хаунда.

– Я подумаю, – пообещал тот, – лучше, натюрлих, в позвонок, вот здесь.

И постучал себя по шее, чуть ниже затылка.

– Врачи специальной комиссии, еще в СССР, высчитали, йа, что попадание сюда убивает сразу и без боли.

– Спасибо.

Хаунд встал. Покрутил головой, кого-то отыскивая.

– Ерш!

Зуб посмотрел в сторону голоса. О, какой-то новый шиш, нарисовался, не сотрешь. Тоже весь перемотанный и рожа бледная. Вот ведь… еще день назад пристал бы с расспросами – кто, чего, где, как, кому и когда мстить начнем, шеф, за глаз с пальцами?!

– Я сейчас переведу его в «Ураган». Садись в КУНГ и знакомься с ним, йа.

Знакомься… Зуб хмыкнул над иронией.

Хаунд, затащив парня внутрь, отошел за контейнер, ожидая Кулибина. Пора было решать – как дальше.

– Мы, знаешь, опоздали, конечно, – начал тот, вернувшись к опасной теме, – но не зря.

Хаунд сплюнул. Будь эти двое тут вовремя, все могло сложиться иначе. Пусть и не на много.

– Смотрю, дружок, гневаться ты совсем раздумал?

– Йа. Как мы погрузим эту штуку на прицеп?

– Молча. – Кулибин пожал плечами. – Люди без всяких стотонных автокранов Либхерр монумент на Дворцовой в Питере поставили. Либхерр это марка, а не то, что ты подумал, дылда. В ангаре балки есть, кран тоже, сделаем. Вопрос в другом.

– В чем?

– Тут два блока. Второй в маленьком контейнере. И без него, сам понимаешь, хрена лысого что выгорит. А на прицеп мы один впихнем и все. Я тут нашарил небольшой, думаю, получится. Нужно вон там гать будет сделать, на том черном дерьме, иначе встанем. Но то херня. Маленький прицеп помрет километров через сорок.

– И что делать? – Хаунд покосился на козырь, должный помочь отыграть назад все потерянное.

– Ерш у тебя, говоришь, прям сраный Джек-Воробей?

– Кто?

– Капитан, епта, судна.

Хаунд кивнул. Вроде как да, натюрлих.

– Нашли мы тут кое-что. Надо сегодня мотануть и проверить. «Девятка» здесь, вот вдвоем и скатаетесь, на карте покажу – где.

– Гут. Завод нужно предложить Коммунару. Остальным от мертвого осла уши. Думаю, что под мостом через Кинель идти будет тяжело, если ты говоришь про реку.

– Не обязательно там идти с грузом. Главное, доставить ближе к Дубраве, балбес.

Хаунд кивнул. План вроде вырисовывался. С «коммунарами», обеспечивающими город и окрестности порохом и прочими опасными материалами, он договорится. Задел есть, они с ними никогда друг друга не кидали и даже сотрудничали. Гут.

– Пацана, как понимаю, кончать не станешь? – Калека смотрел куда-то не на Хаунда. – Глупо, наверное…

– Все ты понимаешь верно. – Хаунд покосился на него. – Нам руки, ноги и умная голова нужны. Мозгами пораскинуть, и не в смысле, что по стенке. Да и не хочу, йа. Стареть стал, наверное.

– Сентиментальный становишься, – Кулибин согласился, – этих тут кокнул без выдумки вообще. Ну, то ладно. А вот…

– Чего ты мне мозг через ухо выпиваешь?!

– Я вот чего не пойму. – Кулибин закурил. – Савва нам все слил, весь их коварный план. Мы, превентивно немного пострадав, выиграли, а ему, понятно, теперь доля… Ты ж у нас благородно держишь слово, сука. Но почему его не заподозрят, а? Что там за долбоебы сидят, что не просчитали его на раз-два?

Хаунд хмыкнул.

– Я ему пальцы откусил. Как раз при них… Ну, не полностью, йа.

– Вот ты сука, а, жестокая и беспощадная. Ладно бы, блядь, самому себе, но Савва…

– Алиби.

Кулибин кивнул. А ведь верно.

Ехать действительно оказалось недалеко, а Кулибин указал все точно. Рассказал, как маскировали находку, как отводили подальше от дороги, спрятав у села Тимашево, в густо разросшихся ивах, ветви которых закрывали почти треть реки.

– Я тебе зачем, слышь? – поинтересовался Ерш, постоянно оглядываясь.

Хаунд, осматривая окрестности, покосился на него.

– Нужен, йа. Не ссы, капитан, в округе только небольшие аборигены. И тех не заметно. Иди за мной, сейчас порадуешься.

– Я не капитан, так-то.

Пес довольно оскалился, уже видя впереди нужное. Даже краска слезла не полностью, светлея через ветви и камуфлированную сетку, кое-как закрывшую часть находки. Чудеса, йа, больше никак не скажешь.

– Ну и…

Ерш заткнулся. Сглотнул, глядя вперед.

– Да ну меня на хер.

– Найн, – Хаунд хохотнул, – у нас такого не водится. Только патриархальные гетеросексуальные отношения. Поможешь, сделаю капитаном.