Противодраконья эскадрилья - Григорий Шаргородский

Доракский язык паренек освоил лучше своего отца, но это неудивительно – детям языки даются легче, чем взрослым.

– Ну что же, я рад за тебя. Иди готовься.

– К чему? – напрягся эльфенок, как гончая при виде зайца.

– Полетишь со мной вторым пилотом.

Парня словно шилом кольнули. Он подскочил на месте и заметался, не зная, куда бежать. Несмотря на другую расу, реакции у него были как у обычного человеческого подростка.

Наконец-то определившись с направлением, Чирик побежал к отцу, который в сотый раз осматривал переживший четвертую волну изменений «Дракфайтер-1». Вторую модель после испытаний пришлось вернуть на доработку, так что наш первенец еще полетает, пока не займет свое место в музее авиации.

Основную подготовку к полету гномы провели еще накануне, а нам с эльфами собраться что беднякам. Так что на рассвете следующего дня истребитель, упруго подпрыгнув, ударил струями огня из дюз и рванул в небо.

Мой старт получился не таким зрелищным. Гаситель солидно и как-то даже лениво поднялся в воздух, вышел на четыре метра нижнего предела и, набирая скорость, понеся над волнами. В стрелковой башне сидел излучающий бешеную радость эльфенок, а место в крановой башне оккупировал Карп. Нам еще везти обратно будущих пилотов, так что занятого диким места было жалко, но Медведь был непреклонен и настоял на введении в экипаж моего телохранителя. Четвертым в трюме гасителя сидел Дуган. Ученик уже неплохо разобрался как в гномьих артефактах, так и в переделанных хаоситских преобразователях энергии. На гномов в качестве бортинженеров рассчитывать не приходилось – мало того что нужно лететь, да еще и над морем. В общем, без вариантов.

Тири тоже пыталась примазаться к полету, но я дал ей задание создать для эскадрильи хоть какую-то связь. С этим вопросом вообще было много проблем. Хорошо выглядеть умным там, где есть примеры из родного мира, а у местных мастеров – основа для воплощения импортированных идей. А вот со связью все пошло наперекосяк. И гномы, и хаоситы никогда даже не ставили себе подобных задач. А я, в свою очередь, понятия не имел, как работает простейшее радио.

Легко быть умным за чужой счет, так что этот пример станет мне уроком на будущее. К тому же неплохо время от времени сбивать с себя корону. Конечно, делать это нужно очень осторожно, чтобы не перестараться, – заниженная самооценка вредна не меньше завышенной. Золотая середина – наше все.

Восторг начала путешествия постепенно пошел на убыль. Гаситель летел со скоростью не меньше сотни километров в час, на глаз, конечно, но разогнались мы неплохо. Мелькающие внизу волны слились в одно махровое покрывало с блестками. Сотней метров выше выписывал вензеля «Дракфайтер». Гобой развлекался, но не забывал о моем приказе постоянно находиться в пределах нашей видимости.

Где-то через час Чирик крикнул со своего места:

– Командир, сигнал!

Учится паренек. Я лишь раз коротко объяснил допустимые на борту гасители команды и ответы на них, и этого хватило.

– Точнее! – крикнул я, по-прежнему смотря вперед.

– Три красных.

За неимением другого варианта связи я решил использовать кодовые сочетания трех цветов, как у светофора. Замена радио, прямо скажем, никудышная, но альтернативы все равно нет.

Три красных сигнала означали, что по курсу находятся три корабля. Дважды нажав на зеленую кнопку на панели, я заставил вспыхнуть магические лампы на носу, брюхе и корме гасителя. Это была команда следовать дальше без изменения курса, который нам удалось проложить с помощью компаса и обычной карты, где были приблизительно обозначены побережье и окраина Радужного леса. Ничего, доберемся до места, и Гобой найдет своих без каких-либо карт.

В течение дня особых происшествий не было. Но это у нас, а вот у экипажей трех купеческих судов и еще четырех одиночек, среди которых была одна военная галера, впечатлений хватит лет на десять. А как еще можно воспринимать сначала пролетевшую в вышине огромную птицу, а затем контрольным выстрелом в голову пронесшуюся над самой водой в пределах видимости здоровенную и явно очень тяжелую штуку, оставляющую за собой странный хвост из водяной пыли. Кто-то даже попытался запустить в нас огненный конструкт, но ярко-красный шарик просто не смог догнать гаситель и бессильно потух далеко позади нас.

Это происшествие заставило меня задуматься о защите от магии, о которой я, к моему глубокому стыду, совершенно забыл. Сказалась расслабленность из-за безопасности, которую центуриям легиона дарили деструкторы хаоситов. Раньше мы полагались на защиту деструкторов, физическую силу диких и простое оружие, но теперь-то у нас все будет основываться на магии. Нужно этот вопрос обговорить с Дуганом, и как можно скорее.

Ближе к вечеру я позволил Чирику сесть за штурвал. Минут пять он дисциплинированно держался за основной рычаг, не приводя в действие ни поворотные дюзы, ни тяги, отклонявшие антигравы. И все же деятельная натура пересилила страх получить от меня нагоняй – рука парня осторожно поползла к рычагу управления высотой.

– Так, Чирик, похоже, тебе в последнее время очень везет.

– В чем? – напрягся эльфенок, отдернув руку обратно к штурвалу.

– Теперь уже я спасаю тебя от серьезного наказания. Если бы ты незаметно дернул за рычаг высоты, не видать тебе пилотского места еще месяцев пять. А так отделаешься предупреждением. Видишь, как хорошо, что я все вовремя заметил. Но помни, в следующий раз отхватишь заслуженное наказание в полной мере. Так что цени тех, кто вместо тебя следит за твоим внутренним демоном проказ и баловства. А еще лучше – научись сдерживать его самостоятельно.

Времени у нас было хоть отбавляй, так что можно провести небольшую коррекцию подросткового сознания. Я уже давно заметил, что взрослые напрасно считают детей умственно неразвитыми. Мозг ребенка работает мощно, просто он слегка «пробуксовывает» из-за недостатка информации, неправильного посыла и гормональных бурь. Если с гормонами ничего не поделаешь, то поделиться информацией и задать правильное направление мыслям совершенно несложно. Только не стоит путать все это с давлением и попыткой перенести на формирующуюся личность собственные комплексы.

Впрочем, я не детский психолог и могу только предполагать.

Согнанный с места эльфенок явно задумался, а это всегда хороший признак.

Глянув на приближающееся к горизонту солнце, я трижды нажал на желтую кнопку. Сигнал пришлось повторять еще четыре раза, пока Гобой не удосужился посмотреть на гаситель.

– Командир, вижу сигнал. Мигающий зеленый!

Это значит, что Гобой приказ принял. «Дракфайтер» тут же ускорился и вскоре скрылся за горизонтом. Отсутствовал самолет минут двадцать. По возвращении эльф снизил свою машину, сделал полукруг и полетел впереди нас, уводя с основного курса туда, где находится удобное для ночевки место.

Уже через полчаса мы подлетали к небольшому островку, который был даже меньше Острова сокровищ – так я назвал островок, столь долго хранивший у своих берегов настоящий клад.