Противодраконья эскадрилья - Григорий Шаргородский

– Отводи машину подальше. Так, чтобы не достала баллиста. Зависни на нижнем уровне высоты.

Эльф кивнул, и машину тут же качнуло вправо. Заложив вираж, «Дракфайтер» облетел галеру и заглушил двигатели. Через десять секунд мы зависли над волнами. Я открыл стекло кабины и, встав в полный рост, снял шлем, давая возможность рассмотреть свое лицо в подзорную трубу.

С галеры тут же замахали и приветственно закричали.

Взяв управление на себя, я совершил недавно разработанный маневр посадки на палубу. Для этого на подлете к кораблю врубил вторую высоту и тут же перешел на нейтралку. Подпрыгнув с четырех метров на семь, «Дракфайтер» сделал горку и мягко сел на доски палубы. Через пару мгновений нам пришлось пережить целый шквал эмоций. Восторженные вопли и подпрыгивания здоровенных диких чуть не оглушили меня и не развалили галеру. Только минуты через три Вайлету и Расколотому Валуну удалось навести порядок и выстроить десантников для церемониального приветствия.

– Как там дома? – наконец-то добравшись до майора и дружески обняв его, спросил я.

– Нормально, – отмахнулся Вайлет. – Баронесса прекрасно справляется. Привезла с материка бойцов-людей. Теперь они бодаются между собой и с нашими. Зрители беснуются, золото и вино течет рекой.

То, что для Вайлета дикие теперь наши, вызвало у меня легкую улыбку. Так и должно быть, главное – семья и боевое братство, а рост, цвет кожи или форма ушей – дело десятое.

– Вы вовремя. На новой базе – куча дел, и Медведь, кажется, уже вымотался. Проблему с полетами мы решили, нужно начинать готовить десантников.

Высадка с галеры на остров прошла так же бурно, как и наша с эльфом посадка на ее палубу. И все же давно впитавшие в себя дух дисциплины командиры быстро навели порядок. Жизнь на острове разгорелась, как костер после выплеснутого в него бензина. Вайлет тут же перетянул на себя одеяло руководства, чему Снежный Медведь был откровенно рад. Да и меня это успокоило. Не то чтобы я сильно влезал в дела базы, но оглядываться приходилось.

Отвлечься от полетов все же потребовалось – почти сутки с короткими перерывами все руководство десантной бригады обсуждало план тренировок бойцов, их вооружения и вообще концепцию этого рода войск. Общее руководство бригадой принял на себя Вайлет, получив звание полковника. Снежный Медведь возглавил десантников и получил очередное звание майора. Эскадрилья «Дракфайтеров» и звено гасителей передавались под руку майора Гобоя Фокороша.

Пока приводил родовое имя эльфа в удобоваримый вид, едва мозги себе не вывихнул.

Все наземные службы авиации возглавил капитан Вако Громобой из рода Урум. Летать гномы точно не захотят, а пускать эльфов к самолетам без присмотра бородатых мастеров чревато серьезными неприятностями. Со знаками отличия я решил не усложнять себе жизнь, оставив разноцветные шарфы.

Озадачив своими идеями штаб бригады, я вновь вернулся к авиации. Дела там продвигались с непривычной для гномов стремительностью. «Дракфайтер-2», как и первый самолет, был далек от совершенства, но иного я и не ждал. Все делалось на коленке, так что мастера получили заслуженную похвалу и тут же взялись за сборку гасителя. Набив руку, гномы собрали его за сутки, тем более для этого нужно было лишь сменить траки одного из трех наших танков на четыре антигравитационные платформы. Ни крыльев, ни хвоста там не было. Управление производилось торчащими в разные стороны реактивными соплами. Взлетать выше трех десятков метров эта махина точно не будет, так что получился магический аналог экраноплана.

На этом запасы платформ закончились. Водолазы и так работали на грани фола, но я все равно запретил им нарушать технику безопасности. Нам еще нужно найти пилотов.

На осваивание истребителя я дал Гобою еще два дня, а сам пока пытался заставить тяжелый гаситель двигаться именно туда, куда мне нужно. Мне жутко хотелось отправиться в путешествие на «Дракфайтере», но для транспорта тоже требуется пилот – не сажать же за штурвал Чирика.

Правда, у мелкого эльфенка на этот счет было другое мнение. Он рвался в кабину пилота с каким-то болезненным остервенением. Все закончилось неудачной попыткой угнать гаситель, но ушастый диверсант был схвачен бдительным Такисом. Парень подловил эльфенка не из желания нагадить или выслужиться передо мной. Просто в последнее время он возился не только со сложным оборудованием для ныряльщиков, но еще и с постоянно тупящим пополнением из молодых матросов. Они хоть и были на пару лет старше Такиса, но не имели его опыта, да и мозгов – тоже. Так что в действиях ушастого наш юный глава ныряльщиков углядел простую дурь и небрежение к дорогому оборудованию.

Между пацанами и так особой дружбы не было, а сейчас они, похоже, превратились во врагов. Мне хватило печальной истории с Леком, поэтому я собрал мальцов и устроил небольшой урок логики. На открытой веранде никого, кроме нас, не было, но у соседнего бунгало в пределах слышимости мялся Гобой. Похоже, его методы внушения на сына не особо действовали, так что эльф явно интересовался, сумею ли я пробиться сквозь подростковый максимализм, да еще и в эльфийском исполнении.

– Чирик, ты хоть понимаешь, от чего тебя спас Такис?

Скрывать эмоции у мальца получалось хуже, чем у его родителя. Мимика эльфов сильно отличалась от человеческой, но я уже привык. Тонкие вертикальные щели, которые у ушастых заменяют нос, искривились, уши прижались к черепу, а верхняя губа поднялась, открывая тонкие и острые зубы.

– Не понимаешь, – с наигранной грустью констатировал я. – Ты знаешь, что в легионе полагается за воровство?

А вот теперь пошла реакция на испуг – уши встали торчком, губы вытянулись в тонкие линии, а глаза распахнулись, как у героев аниме. Даже ноги чуть согнулись в коленях, чтобы в любой момент пуститься наутек.

– Тебя, конечно, никто казнить не стал бы, но возможность прикоснуться к самолету ты потерял бы навсегда даже в качестве члена аэродромной команды.

Судя по реакции эльфенка, новые словечки ему знакомы, так что вся мрачность перспективы очень ярко отобразилась в его воображении.

– Благодаря Такису у тебя все еще остался шанс стать пилотом.

Все, я вплотную подошел к порогу восприятия. Если продолжать давить и тем более переходить на нравоучения, пацан закроется. После этого все мои слова, какими бы грамотными и хорошо подобранными они ни оказались, будут ему до фонаря. Так обстояли дела и в моем детстве. Уверен, эльфийский подростковый коктейль гормонов давит на мозг ушастых детишек ненамного слабее.

Дальше пусть думает сам. Поймет – будет из пацана толк. Не поймет – спишем в пассив, а как подрастет, отправим на родину лазать по лианам вместе с мартышками.

Не знаю, сам ли ушастик сделал правильный выбор или папаня провел более яростный втык, но когда мы закончили подготовку к дальнему перелету, Чирик подошел ко мне и, дождавшись заинтересованного взгляда, заговорил:

– Я все понял, больше глупостей не будет. Простите. С Такисом мы уже помирились.