Путь ликвидатора - Александр Арсентьев

Сколько он так просидел, Седой не знал, мысли его беспорядочно метались. Ему предстояло столько совершить. Чертов Сетус! В самый последний момент спутал все планы. И погубил одного из лучших людей, которого довелось ему встретить в этом мире… Земля ему пухом… Впрочем, здесь, видимо, принято сжигать тела умерших… Одно хорошо – наконец-то сам треклятый выродок мертв!

В коридоре раздались тихие шаги, но Сергей не обратил на них внимания, думая, что это тюремщик решил глянуть, как там его сиятельный гость. Пусть полюбуется на своего господина!

– Что, во имя богов Зетро, здесь произошло!!! – словно громом ударило у самого уха Решетова – его даже подбросило.

Он недоуменно обернулся и увидел Тавра, вцепившегося в прутья клетки. Ошарашенный взгляд правителя был полон гнева, боли и бешенства.

– Случилось то, лорет, что и должно было случиться: твой брат наконец-то нашел участь, которую так долго искал, – негромко произнес Сергей. – Хоть я и ненавидел Сетуса – прими мои соболезнования…

– Как это случилось? – почти простонал Тавр и в волнении взлохматил густую шевелюру, не в силах отвести глаз от страшной картины, представшей его взору.

Сергей коротко, не вдаваясь в подробности, поведал лорету о произошедшем.

– Безголовый сукин сын! – с долей нежности произнес властитель и, присев на колени, просунул руку сквозь решетку и погладил волосы брата. Пес поднял массивную голову и глухо зарычал, видя, что кто-то прикасается к его законной добыче. Лорет тут же отдернул руку и крикнул в глубины коридора:

– Стража!

На его зов, словно из-под земли, явились трое воинов и тоже в недоумении застыли, потрясенные ужасным зрелищем.

– Что стоите?! – пророкотал Тавр. – Немедленно убить эту тварь!

– Нужны лучники, господин… – неуверенно пробормотал один из стражников и с мольбой взглянул на лорета.

– Что?!! – взревел властелин Тирантома. – Трое моих бойцов боятся собаки?!!

Словно почуяв неладное, азаро поднялся на ноги и угрожающе зарычал, оскалив желтые клыки.

– Тавр, позволь мне это сделать. Он загрыз дорогого мне человека! – вмешался Седой, заметив, что стражники с благодарностью взглянули на него.

– Отопри клетку! – скомандовал лорет тюремщику, топтавшемуся неподалеку, – тот немедленно приблизился и трясущимися руками отпер замок.

Седой, хрустнув суставами, размял шею, подошел к одному из бойцов и принял из его рук длинный узкий клинок. Воин протянул ему еще и кинжал, но Сергей покачал головой и медленно вошел в клетку. Налитые кровью глаза азаро моментально переключились на вошедшего, который, перешагнув порог, выставил вперед клинок и спокойно ждал атаки. Пес со злобным рычанием прыгнул на противника, целясь в горло. Седой спокойно вонзил меч прямо в пасть летящей на него собаки и моментально ушел влево, избегая столкновения с уже практически мертвой тушей. Издыхая, азаро упал прямо под ноги лорета, который вытащил меч из пасти пса и тяжелым ударом сверху отделил его голову от туловища…

Тавр еще раз с грустью взглянул на неподвижное тело брата и приказал караульному:

– Позаботьтесь о теле моего брата и этого… человека. – Затем он обернулся к Решетову. – Идем со мной! – Лорет развернулся и стремительно зашагал по коридору – прочь от места нелепой гибели Сетуса.

Сергей удивленно взглянул на спину удаляющегося правителя и поспешил за ним. Они шли молча, пока, миновав извилистые коридоры, не оказались в одном из задних дворов замка. Тавр остановился и взглянул на смертобоя:

– Мне необходимо выпить. Не составишь компанию?

Седой молча кивнул, и они продолжили свое шествие, не обращая внимания на изумленные взгляды стражников, попадавшихся на их пути. Добравшись до своих покоев, лорет рывком распахнул дверь, мотнул головой Сергею: «Заходи!» – пропустил его вперед и повернул ключ в замке.

– Располагайся где сочтешь нужным! – бросил он через плечо и, прихватив с полки кувшин с вином и два кубка, уселся за широкий стол.

Тавр сам наполнил позолоченные кубки и кивнул на один из них Решетову. Сергей приблизился к столу и, помянув про себя добрым словом Петракова, осушил кубок до дна. К этому времени лорет тоже справился с содержимым своего кубка и, тяжело вздохнув, отер усы и вновь его наполнил. Затем правитель устало откинулся на спинку стула.

– Сомбарец, – произнес наконец лорет. – Я тебя более не держу. Ты совершил покушение на моего брата, который, к слову, вполне этого заслуживал, и должен был понести наказание. Положа руку на сердце, мне было бы жаль, если бы ты погиб на арене: люди вроде тебя не должны погибать из-за таких… каким был Сетус… Ты достаточно перенес, выходя на арену и всякий раз унося оттуда отметины на теле. Теперь, после кончины моего брата, я освобождаю тебя – соответствующие документы я приготовлю утром. Можешь возвращаться в дом Витаро, к своей невесте! – Тавр поднял кубок и, дружески кивнув Решетову, залпом его осушил.

Седой лишь пригубил вино и поставил кубок на стол. Собравшись с мыслями, он взглянул на правителя Тирантома и произнес:

– Как ты, наверное, припоминаешь, я сказал, что нам следует кое о чем переговорить…

– О чем еще ты хочешь говорить? – удивленно вскинул брови лорет.