Спартак - Андрей Валентинов

"Спартак… запрещал купцам, торговавшим с его людьми, предлагать вещи из золота и серебра, а своим — покупать их. Они покупали только железо и медь за дорогую цену, и тех, кто приносил им эти вещи, не обижали".

Про золото-серебро, которое спартаковцы в "общак" сдавали, мы уже знаем. Знаем — и вывод делаем: в армии удалось навести порядок. Можно догадаться, что гладиаторы, ставшие командирами, быстро укротили разудалую вольницу. Теперь эта вольница не только послушно сдает драгметаллы, но и НЕ ТРОГАЕТ местных жителей.

Снова вспомним Цезаря:

"…Им помогли некоторого рода навык в военном деле и дисциплина, которую они усвоили от нас".

Как видим, и навыки в деле военном появились, и дисциплина. Быстро учились спартаковцы! Тем, кто желает со спартаковцами торговать, ПЛАТЯТ — для того и средства нужны. А это уже, согласитесь, совсем другая картина, чем прежде. Кампанию и Луканию Спартак грабил, Бруттий — не трогает.

…Перенесемся на двадцать лет вперед. Уже давно нет в живых Спартака, но его бойцы все еще сражаются. Против них идет войной пропретор Гай Октавий, отец будущего императора Августа.

Светоний:

"После претуры он… уничтожил остатки банд Спартака и Катилины — беглых рабов, захвативших область Фурий… Ребенком Август получил прозвище Фурийского в память происхождения предков либо же потому, что его отец после его рождения уничтожил в Фуриях шайку беглых рабов".

Как видим, спартаковцы прочно утвердились в Бруттии. Только через двадцать лет римлянам удалось уничтожить остатки их "шайки". Значит, не зря Спартак стал налаживать контакты с вольнолюбивыми пастухами, не зря принялся торговать, а не грабить.

Что покупали спартаковцы? Как видим, покупали оружие и то, из чего оно изготавливается. Вооружить несколько десятков тысяч человек — не шутка, но время есть, есть деньги, так что почти наверняка к весне деревянные копья с обожженными наконечниками можно уже было сдавать в музей боевой славы.

Вооружить народ мало, требуется его еще и обучить. Но и это не проблема.

Аппиан:

"Приобретая таким путем нужный им материал в большом количестве, они хорошо вооружались и часто, чтобы опустошить страну, выходили на грабеж. Сражаясь снова с римлянами, они побеждали их и, нагруженные добычей, возвращались к себе".

Если задуматься, выходит очень интересно. Зачем требовалось грабить, ясно — "конкретная" добыча (себе и в "общак"), приобретение боевого опыта, а заодно разведка местности, изучение будущего поля боя. Ведь добыча доставалась не просто так, приходилось сражаться, причем не с местными жителями, а с римлянами. Интересно, однако, где? "Опустошать" Бруттий не имело смысла, огромная спартаковская армия превратила бы его в пустыню за несколько дней. А кто тогда будет гладиаторам металл для оружия продавать? И римлян в этих местах всего ничего. Соседняя Лукания, да и Кампания тоже уже "зачищены", значит, Спартак и Крикс посылали свои отряды дальше на север и на запад — в Апулию, Калабрию, Самниум, Пицен, а может, даже и в Лациум, под самый Рим. Причем, если Аппиан опять не напутал, сражались именно с РИМЛЯНАМИ, а не с италиками. Кажется, и тут Спартак начал воевать по-новому. Но в любом случае плохо спалось этой зимой в Вечном городе!

Плутарх:

"Спартак был теперь велик и грозен".

Еще бы!

Итак, дорогой читатель, если вы думали отдохнуть у моря в такой приятной компании, то слегка ошиблись. Отдых у нас с вами получился весьма и весьма активным. Все эти месяцы у маленького города Фурии, в Бруттии, на земле мятежников, Спартак делал то же, что и возле Везувия, — организовывал войско. Но уже не отборный батальон, а БОЛЬШУЮ армию, способную воевать с лучшими римскими войсками на равных.

…Ох, и быстро же время летит! Ноябрь, декабрь, январь, февраль, март, апрель. Холодный ветер с гор сменяется жарким африканским сирокко, бруттийские луга покрываются чудо-цветами…

Страбон:

"Думают, что сюда из Сицилии приходила Кора собирать цветы. Поэтому у местных женщин вошло в обычай собирать цветы и плести венки, так что считается позорным носить в праздник покупные венки".

Увы, не носить спартаковцам венки из бруттийских цветов. Зима позади, впереди весна — и новая война. На этот раз Спартак не ждет удара, он бьет сам. Армия восставших гладиаторов начинает травлю Римской Волчицы.

Горе тебе, Вечный город! Горе!