Возвращение республиканца - Вадим Полищук

– В чем дело? Этот человек с нами.

– Извините, лейтенант, но этот человек в базе данных службы безопасности числится как особо опасный преступник, который должен быть немедленно арестован.

– А мне плевать на вашу базу, – безапелляционно заявил лейтенант. – У меня приказ доставить этого человека к адмиралу Хайту. И я намерен его выполнить.

Старший охранник замер, пораженный столь наглым заявлением лейтенанта. С каких это пор младший офицер начал плевать на службу безопасности? Между тем солдаты, повинуясь знаку лейтенанта, взяли Дескина в коробочку, решительно перехватив свои винтовки и демонстрируя полную готовность выполнить приказ командира. Охранник вышел из замешательства, когда окруженный солдатами Вольдемар уже проходил мимо него. Три дубинки против восьми лазеров смотрелись довольно жалко, но для полного оправдания перед начальством ему необходимо было знать фамилию наглеца.

– Как ваша фамилия, лейтенант?

– Моя фамилия Хайт, лейтенант Хайт, – обернулся лейтенант. – Будут вопросы – можете найти меня в штабе военно-космических сил.

Вид вторично замершего с открытым ртом охранника позабавил Вольдемара еще раз. Все же какое большое значение придают этой коробке с кремнием, если командующий ВКС посылает встречать ее своего сына. Или племянника? Не важно, очень кстати послал, а то пришлось бы отдуваться за свои старые делишки. Однако теперь с территории посольства действительно лучше не высовываться. Инцидент быстро замяли, так как никаких доказательств причастности «человека, похожего на Вольдемара Дескина», к гибели четырех сотрудников СБ так и не нашлось. Представитель СБ, скрежеща зубами, даже извинился перед ним за недоразумение, но дразнить зверей явно не стоило. Эти «звери» запросто могут устроить несчастный случай.

– Здесь план нападения на оставшуюся базу ансарцев. Поищите в нем место для своего звена.

– Звена? – удивился Дескин.

– А чем еще может командовать младший, согласно легенде, лейтенант?

Крыть было нечем. Вольдемар взял карту и воткнул ее в тактический компьютер, стоявший в кабинете военного атташе. Прокрутил план, потом еще раз посмотрел модель нападения, добавил к ней свое звено и вновь смоделировал ситуацию. Не понравилось. Перепробовав несколько вариантов, все равно остался недоволен. Не имея возможности испытать новый истребитель в качестве перехватчика, командование республиканского флота решило применить его как легкий штурмовик. Только для атаки базы, когда придется прорываться через вражеские истребители, а потом входить в зону противоракетной обороны, нужен был тяжелый штурмовик с хорошим бронированием. А вот брони на новой машине и не было, ни грамма.

Атташе обратил внимание на выражение лица Вольдемара.

– С планом что-то не так?

– Обычный план, нормальный.

– И все же…

– Бойня с вероятностью успеха меньше пятидесяти процентов.

– А ваше звено?

– Почти ничего не меняет. Наши машины слишком велики и неманевренны, чтобы увернуться от ракеты, и не имеют брони, чтобы выдержать ее попадание. Драться с истребителями противника мы тоже не можем.

– Первую базу вы атаковали с гораздо меньшими силами при тридцатипроцентной вероятности успеха.

– Во-первых, у противника сил тоже почти не было, а во-вторых, нам просто повезло. У ансарцев оказалось только две пусковые установки, а не четыре.

– Можете предложить что-нибудь получше?

– Надо подумать.

– Думайте, время еще есть. Истребители прибудут только послезавтра. Компьютер в вашем распоряжении.

Вольдемар тяжело вздохнул и вернулся к компьютерной модели нападения на ансарскую базу. А что, если пристроить свое звено вслед за тяжелыми штурмовиками и выпустить ракеты на пределе захвата цели локатором?..

– Есть результаты? – поинтересовался атташе.

– Есть. Если во время атаки базы к ней будет пристыкован танкер, то наши шансы на успех серьезно повышаются. Достаточно одного попадания ракеты в танкер, и базу разорвет надвое, а остальное доделают обломки танкера.

На экране компьютера пристыкованный танкер исчезал в яркой вспышке взрыва. Обломки танкера крушили секции базы, и два крупных фрагмента начинали неуправляемый полет в глубь космической черноты.

– Осталось только попросить ансарцев пристыковать танкер к базе, – съязвил военный дипломат.

– Не надо никого просить, – ирония атташе отразилась от Вольдемара как лазерный луч истребителя от борта линкора, – ансарцы сами периодически пополняют запасы топлива и окислителя на базе.

Хозяин кабинета сразу стал серьезен, но попыток раскритиковать план Вольдемара не оставил:

– Они подгоняют небольшой танкер на пять-шесть тысяч тонн и буквально за три часа перекачивают топливо в баки станции. Мы не знаем, когда танкер прибудет, поэтому даже если сумеем обнаружить его прибытие, то не успеем организовать атаку.

– Значит, надо заставить их пригнать танкер покрупнее, а лучше всего сделать так, чтобы они использовали пристыкованный танкер в качестве дополнительных емкостей базы. Только в отличие от основных, эти емкости не будут прикрыты броней.

– Хотите втянуть их в маневренные бои и увеличить расход топлива? Но у наших союзников он будет еще больше. И опять же будут потери.

– Не будет никаких боев. Достаточно держать ансарцев в напряжении и заставить их больше летать. Разгон, торможение, а сколько в сопло улетает при заходе в ангар? – Вольдемар собрался с мыслями и продолжил: – Когда они готовили свою последнюю базу к нашему нападению, то пристыковали к ней второй ракетный модуль и второй ангар для истребителей. Таким образом, они довели количество пусковых установок до восьми, а количество истребителей – до двадцати четырех. Однако появление такого количества дополнительного персонала потребовало второго жилого модуля. Дальнейшее расширение базы уперлось в отсутствие стыковочных узлов. Склады и емкости для топлива и окислителя остались прежними.

– Сколько? – заинтересовался атташе.

– Не более пяти тысяч тонн того и другого.

– Предположим, две тысячи тонн они держат в качестве неснижаемого запаса. На сколько хватит двадцати четырем истребителям трех тысяч тонн топлива?

– По моим расчетам, – ответил Дескин, – примерно на неделю. А если интенсифицировать полеты, то на три-четыре дня.

– То есть в скором времени им надоест гонять мелкий танкер, и они пришлют что-нибудь более солидное.

– И тогда емкостей их базы не хватит для разгрузки танкера…

– И они оставят танкер у базы на длительное время, – предположил атташе.

– Тем более, что до этого момента на базу никто нападать не будет.

– А как заставить ансарцев больше летать?

– Вот тут мое звено и поработает. У нас радар лучше и ракет больше. Поймали ансарский патруль, выпустили ракеты с предельной дистанции и ушли, не ввязываясь в бой. Ансарцы начнут нервничать, увеличат количество патрулей и количество истребителей в патруле, чего мы и добиваемся.