Метро 2033. Ледяной плен - Игорь Вардунас

— Кто?! — чуть не порезался капитан, тонким лезвием скобливший слегка намыленную щеку.

— С материка! Это «Новолазаревская»!

— Давайте громкую! — на ходу вытираясь полотенцем, проорал Лапшов, врываясь на мостик.

Радист нажал несколько кнопок, перенаправляя сигнал, и в помещении зазвучал хриплый мужской голос, четко выговаривающий короткое сообщение на разных языках.

— Тарабарщина какая-то, ничего не разобрать! — расстроился Азат.

— Тихо вы, дайте послушать! — Ежи, прищурившись, внимательно вслушивался в доносящуюся из динамиков речь. — Английский, французский, значит, и русский должен быть.

— «Новолазаревская» неопознанному судну: видим вас! Как слышите меня? Прием…

Собравшиеся на мостике люди, затаив дыхание, слушали скрадываемую помехами человеческую речь, впервые за последние двадцать лет доставленную на борт радиоволнами из разрушенного постъядерного извне.

— «Новолазаревская» неопознанной подлодке: видим вас! Как слышите меня? Прием…

— Говорит «Иван Грозный», слышу вас хорошо, — стиснув в кулаке луковицу микрофона и нажав кнопку коммутатора, откликнулся взволнованный Тарас.

— Наконец-то! Значит, действительно русские. Вы там уснули, что ли, все? С кем я говорю?

— С капитаном корабля Тарасом Лапшовым.

— Начальник базы «Новолазаревская» Лев Дубков. Каким ветром вас сюда занесло?

— Это спасательная экспедиция.

— Ого! Кого ж, спустя двадцать годков, вы спасать-то надумали? Уж не нас ли, грешным делом? — удивленно усмехнулись динамики. — Не терпится послушать. Сейчас перешлем вам координаты, чтобы вы смогли пришвартоваться. Как поняли? Прием.

— Яснее ясного, — переглянувшись с командой, широко улыбнулся Тарас.

— В таком случае, добро пожаловать в наш уютный холодильник!

— Спасибо, братуха! Конец связи, — отключился Тарас.

— Координаты получены, — через несколько секунд отрапортовал со своего места радист.

— Вот теперь действительно доплыли, — отложив микрофон и оперевшись о пульт связи, с облегчением выдохнул капитан.

* * *

— Значит, действительно ничего не осталось, — с горечью сказал Дубков, когда устроившийся в столовой базы, тепло принятый и накормленный экипаж лодки закончил свой сбивчивый рассказ.

— Так точно, — по-военному ответил Тарас. — Судя по всему, крупные города уничтожены, области полностью в руинах, а на их месте теперь радиоактивные пустоши.

Встречать субмарину сбежались чуть ли не все обитатели этого участка Антарктики. Пока чернокожий человек-гора Мичиган, не выспавшийся, а потому — сопровождающий свои действия зевками, которым бы позавидовал лев, по радиосвязи координировал действия штурмана, Тарас, стоя на смотровой площадке, всматривался в приближающиеся лица высыпавших на обледенелый пирс людей.

Что они чувствовали в этот момент? Страх? Надежду, которой он не мог им дать?

Перед глазами Лапшова живо встал миг причала в пионерских доках двадцать лет назад. Тогда, вопреки мятежу, неописуемой боли и ужасу, вопреки всей творившейся в мире чертовщине, они все-таки дошли. И Юрка, сопливый пацан, умудрился сберечь и привести такую махину в порт, сохранив горсть команды, даже не осознавая, что стал героем.

Теперь уже — посмертно.

Настоящий друг. Человек.

Помнил Тарас и светящиеся страхом и надеждой глаза, такие же, как сейчас, в которые он неразборчиво заглядывал, пока лодка неспешно швартовалась. Бородатые сгорбленные фигуры мужчин, несколько заплаканных женщин. Как они вообще умудрились здесь выжить за последние годы?

Едва сойдя на берег и услышав родную речь, обезумевшая от счастья Тахома сразу полезла к своим целоваться.

— А мы тут без радиации сидим! Хотя толку-то с нее… — словно прочитав мысли задумавшегося Тараса, с горечью усмехнулся Дубков.

— Еще не все потеряно.

— Но если вы приплыли не за нами, тогда зачем? — откликнулся со своего места Макмиллан, с техасской невозмутимостью закинувший выцветшие ковбойские сапоги на спинку впереди стоящего стула, занятого могучим задом Бака. — У русских льда для выпивки не осталось? Или решили нам подбросить чизбургеры и пиво?

Среди рассевшихся кто где полярников прошелестел одобрительный смешок.

— Рэнди, опять ты за свое?! — Дубков погрозил американцу пальцем.

— В моем штате так выражают гостеприимство, шеф, — скрестив руки на груди, пожал плечами Макмиллан.

— Мы должны обследовать базу «Двести одиннадцать», которая была построена Аненербе во время Второй мировой здесь, в ледниках Королевы Мод, — твердым голосом ответил поднявшийся со своего места Ежи. — По полученным нами данным в ней могут храниться документации и образцы некоего вируса, обладающего свойством сопротивления радиации.

— Что за бред?!

— Опять эти нацистские побасенки?!

— Чего он сейчас сказал?

Сидящая рядом с Батоном Лера, потягивающая горячий чай, с любопытством наблюдала за незнакомыми людьми, которые при последних словах Ежи взволнованно заелозили на своих местах. Следить за разговором, ведущимся на непонятных языках, она не могла, поэтому просто с юной беззаботностью глазела по сторонам, исследуя новый неожиданный мир, в котором не нужно было носить химзу и противогазы. Поначалу Лера с опаской сторонилась Мичигана, каждый раз ненавязчиво устраиваясь так, чтобы между ней и великаном всегда оказывался Батон. Воспоминания о кровожадных чернокожих обитателях африканских джунглей были еще слишком ярки. Но вскоре, увидев, что добродушный верзила не склонен к агрессии и, вдобавок, не стесняясь окружающих, во всю глотку хохочет над какими-то шуточками парня в странной шляпе, она немного успокоилась. Однажды она даже встретилась со «шляпником» взглядом и, увидев, что он ей подмигнул, смущенно опустила глаза.

А еще, пряча лицо за жестянкой кружки и украдкой поглядывая по сторонам, она все боялась натолкнуться на лица, которые все эти годы с любовью смотрели на нее с тускнеющей фотокарточки, спрятанной в кармане куртки. В общей суматохе девушка едва не забыла захватить ее с собой из рюкзака, который теперь сторожила оставленная на «Грозном» разобиженная мышь.

Родители. Были ли они тут сейчас?

— Тихо! — хлопнув ладонью по столу, зычно провозгласил Дубков. — Потрудитесь объяснить.

— Я лучше покажу, — Ежи с видом фокусника одну за другой извлек из своего рюкзака карты и бережно разложил их перед собой на столе, спросив по-английски: — Здесь есть немцы?

— Да, — поднявшись со своего места, к столу подошел рослый пятидесятилетний мужик с серебристой подстриженной бородой.

— Как вас зовут?

— Штольц.

— Мне потребуется ваша помощь. Я не силен в технических терминах, а в некоторых местах присутствует очень замысловатое письмо от руки. К примеру, вот здесь.