Забавы жестоких богов - Александр Петров

Джек был в курсе того, какие обвинения предъявят конкуренту, электронный шпионаж, нарушение целостности секретных коммуникаций, мошенничество. Почему именно эти, Эндфилд знал отнюдь не от сверхчувственного восприятия, именно он состряпал анонимку в службу безопасности биржевого комплекса. Не совсем красиво, но зато просто и действенно.

Закупленные горе-предпринимателем акции были централизованно распроданы по цене макулатуры. Благодаря взятке, которую Джек дал чиновнику административного контроля, они все попали к Капитану, и ему на бирже больше нечего было делать. Свой план Эндфилд выполнил. Теперь, даже если акции будут давать ему даром, брать он их не будет. Но, скорее всего, и остальные биржевые дельцы притихли сейчас в тоскливом ожидании…

Слишком резкий контраст представляли ажиотажные программы последних дней, наполненные старыми патриотическими песнями, митингами, репортажами о подготовке армады вторжения, интервью с боевыми генералами, командирами ударных частей, полковниками, капитанами и зелеными лейтенантами, которые в один голос утверждали, что враг не устоит, с сегодняшним страшным, безнадежно затянувшимся концертом симфонической музыки.

Собственно, Капитан Электронная Отмычка прекрасно знал, чем закончился бой, знал потери Объединенного Флота. Он ожидал реакции правительства. Будут ли данные преданы огласке, какие выводы будут сделаны из чудовищного разгрома?

Шли томительные минуты. Наконец музыка оборвалась на половине такта. На экране появилась заставка новостей. Так и есть. Траурные костюмчики, приспущенный флаг Союза Планет, скорбные лица. Эндфилд не стал включать звук, все было понятно и без слов.

На экране появились снятые рапидом кадры боя. Замедленные в десятки тысяч раз движения боевых кораблей казались неуклюжими и нестрашными. Звездолеты медленно, основательно, точно морские посудины прошлых эпох или старинные космические линкоры, выполняли маневры, уворачиваясь от лучей и ракет, перестраивались, крутили двойные спирали. Гигантские туши летающих крепостей противника тучами извергали из себя автоматические крейсеры-перехватчики.

В пространстве экрана плыли комья сверхгорячей плазмы от взрывов и слоистые жгуты «черных облаков», наполненные слепящей тьмой антиэнергии. Картинка на экране прыгала и рябила от сильнейших помех. Лавина «берсерков» прижимала машины «драконов» к поверхности Сфероида.

Корабли-крепости били орудиями главного калибра, срывая с боевых звездолетов защитные энергетические оболочки. Автоматические крейсеры-истребители огромными стаями набрасывались на звенья кораблей Патруля, загоняя их в поля стационарных мин, взрывая и расстреливая заметно потерявшего маневренность противника. «Драконы» были просто смяты, подавлены численным превосходством противника, мощью перекрестного огня.

Все получилось, как предсказывал Капитан. Когда полки ударной группы вышли из нуль-пространства и почти вплотную приблизились к поверхности вражеской базы, а прибывшие по тревоге корабли противника были связаны боем, поверхность Сфероида раскрылась, выпуская тысячи новеньких, только со стапелей, крепостей.

Звездолеты Черного Патруля горели, взрывались, становясь огненными шарами плазмы, которая, остывая, медленно рассеивалась в пространстве, превращаясь в разреженный позитронный газ.

Флот вторжения погибал, рассеченный на несколько частей, зажатый в смертельные ловушки между несокрушимой поверхностью Черного Сфероида и мобильными группами «берсерков».

Как завороженный Джек смотрел на экран. Там умирали его друзья. Когда показали, как пара крейсеров, все, что осталось от одного из звеньев, пытается выйти из-под огня, двигаясь заячьим скоком, петляя и уворачиваясь, Эндфилд едва не крикнул: «На шесть часов с переворотом». Машина, выполнившая этот маневр, благополучно вышла из-под обстрела, замешкавшийся второй корабль получил ракету в корму. «Я же учил вас, придурки, не выдержал Капитан. Объединитесь!»

Словно услышав его, на экране «драконы» образовали несколько центров согласованного сопротивления. Десятки и сотни боевых звездолетов выполняли головоломные маневры, последовательно расстреливая «берсерков» и взаимно прикрывая друг друга. Очаги сопротивления росли, и вскоре с кораблями-роботами билось полтора десятка организованных групп, которые вобрали в себя все крейсеры Черного Патруля, образовав защищенное пространство, куда стали стекаться подбитые корабли на такую ценную в бою передышку: сбить пламя, дать время ремонтным роботам и самонастраивающимся системам привести крейсеры в относительный порядок.

Планетной Охране и Белому Патрулю, казалось, передалась решимость «драконов» не дать себя уничтожить. Части, практически непригодные для высокоскоростного, маневренного боя, построенные по командам пилотов «драконьих» кораблей в плотные порядки, смогли быть эффективно использованы в качестве прикрытых общим полем летающих батарей, огрызаясь предельно концентрированным огнем на падающих в их боевые построения «берсерков».

Избиению крейсеров Объединенного Флота пришел конец. Против силы численного превосходства и огневой мощи «берсерков» встала сила, хоть и не такая могущественная, чтобы победить в этих условиях, но способная свести итог боя к ничейному результату, обеспечив отход основной массы кораблей в безопасную зону. На экране мелькали кадры отступления, которое уже не было беспорядочным бегством.

Если действительно можно охватить ментальным суперполем десятки тысяч экипажей Черного Патруля, чтобы образовать единый монолитный организм, который бы шутя справился с любым противником, то наибольшие шансы сделать это были у того, кто придумал эту тактику, — отставного командира звена, майора ВКС Джека Эндфилда, по прозвищу Капитан Электронная Отмычка.

«Товарищи, я не предатель», — повторял он про себя, проклиная бескомпромиссную верность присяге «драконов», черных рыцарей звездных бездн, Службу Безопасности, время. Управителей Жизни. По щекам Капитана текли горькие, мутные слезы, которые он и не думал вытирать…

Аэротакси шло выделенным ему воздушным коридором над пустыней. Море барханов, невидимое в темноте ночи человеческими глазами, проплывало на инфракрасных мониторах систем обзора. Изредка на локаторах появлялся огонек, идущий параллельным курсом попутно или навстречу, и вскоре огни летящих глайдеров проплывали мимо и пропадали во мраке. Джек сидел на широком заднем сиденье, придерживая чемодан. Он слушал пространство вокруг машины, не надеясь на хилую систему наблюдения аэротакси. Минуты шли, приближая цель полета — космопорт планеты Победа. Еще полчаса, и он будет в безопасности. Капитан подумал, что зря он себя уговаривает. Он чувствует, что «они» где-то рядом. Несмотря на то что не было слежки, после того, как он покинул отель, противник не сдался. Может быть, преследователи ждут его в космопорту, а может быть, уже летят по следу. Так просто Электронной Отмычке не уйти. Слишком лакомый для бандитов кусок увозит Эндфилд, слишком хочется врагам наказать дерзкого одиночку.

Ощущение опасности росло, но ничего не происходило. Так же плыли барханы, так же изредка пролетали машины. «Интересно, как они начнут? Догонят и атакуют или зайдут с разворотом со встречного курса?» — подумал Джек. Он наметил себе уровень опасности, при котором необходимо немедленно действовать, и наблюдал, как растет ощущение тревоги и беспокойства.