Календарь Морзе - Павел Иевлев

– И что же мы имеем, проф? – спросил я. – Боюсь, что многим до сих пор не очень понятно, что же, собственно, происходит и почему?

– Знаете, Антон, к сожалению, я могу лишь описывать, но не объяснять происходящее. Мы, ученые Института, в научном смысле сейчас как алхимики Средневековья – фиксируем картину мира, набираем статистику, эмпирически выстраиваем закономерности… и все время натыкаемся на белые пятна, в которых могут водиться драконы. Мы можем примерно сказать, что происходит, но даже приблизительно не можем сказать – почему.

– Если вдуматься, профессор, – подбодрил его я, – наука никогда и не отвечала на этот вопрос. Просто ваше «как» достигло таких глубин, что «почему» вообще выпало. Наука выяснила, что у моржа в пенисе кость, но так и не дала ответа на вопрос – почему, блин, только у моржа?

– Спасибо, Антон, – покивал профессор, – вы умеете посмотреть на проблему с неожиданной стороны. Действительно, причины происходящего сейчас не так важны. Главная наша проблема в некоторой… субъективизации происходящих процессов. Фактически каждый житель города сейчас живет в своей собственной реальности, описываемой фейнмановскими интегралами по траекториям во временно`й петле. К счастью, статистическое большинство этих реальностей подчиняется нормальному распределению Гаусса – Лапласа, имеющему максимальную дифференциальную энтропию. Экстремум этой функции и является тем, что мы наблюдаем как реальность Стрежева.

– Э… Профессор?..

– Говоря проще – люди обычно обладают небогатой фантазией и ценят стабильность. Только поэтому мы все еще ходим по улицам, дышим воздухом, едим еду и даже поддерживаем что-то похожее на экономику, а не летаем в черных облаках розовыми бабочками. Отдельные носители альтернативных картин мира в заведомом меньшинстве и вносят только локальные искажения. Люди ходят ногами по земле, едят и, простите, какают – это общий ментальный консенсус, который пока держится. Увы – именно что «пока». Экспоненциальный рост феномена «талантов» говорит о том, что реальность стала достаточно пластичной для наблюдаемого проявления индивидуализации мироздания.

– Так, может, пускай наслаждаются? Каждый сам кузнец своей оградки, и все такое?

– Понимаете, Антон, обычно, когда разные люди видят одно и то же по-разному, это только их проблемы. Но в нашем случае, когда один человек считает, что сейчас утро, а другой – что вечер, они могут оказаться правы оба.

– И что в таком случае произойдет? – заинтересовался я.

– Не знаю, – пожал плечами профессор, – но, скорее всего, ничего хорошего. В общем случае победит большинство – если девяносто девять из ста уверены, что утро, то один, уверенный, что вечер, ничего не изменит. Но если их окажется пятьдесят на пятьдесят – последствия непредсказуемы. Ситуация с продуктами в городе – прямое следствие такого феномена. Пока люди не задумывались, откуда они берутся в магазинах, и имели характерную для любого горожанина убежденность, что так будет всегда, – они были. Как только эта уверенность была нарушена известными событиями – мы получили то, что имеем.

– Говорят, монахи…

– Да, это прекрасный пример, который я сам хотел привести. Организованная группа людей с хорошей ментальной дисциплиной и привычкой к коллективным действиям может влиять на свою часть реальности почти неограниченно. Именно поэтому я хочу обратиться к горожанам с призывом соблюдать спокойствие и, по возможности, игнорировать все странности нашего положения. Пока мы ведем себя так, как будто все нормально, – мы сохраняем остатки этой нормальности.

– Спасибо, профессор! Внимание, дорогие радиослушатели! Если вы, выйдя на улицу, увидите пролетающего мимо розового слона, – не обращайте внимания, пусть себе летит. Может быть, там у него гнездо. Так победим! А теперь – музыка!