Тендровский узел - Игорь Сорокин

Потеря ориентации или сознания пилотом вызывает мгновенные рысканья по курсу и тангажу, мгновенные появления ускорений и как итог развал самолета от перегрузок и падение, что и происходит в случае потери пилотом зрения в этот период времени. Не зря еще в Первой мировой войне англичанин Гаус делал световую пушку для зажигания воздушных целей.

– Пикирует. Цель пикирует.

Новый бомбардировщик Ju-88, перейдя в режим пикирования, устремился к кораблю. Второй такой же Ju-88, атаковал «Железняков».

– ПЭЖ – командир. САМЫЙ, САМЫЙ ПОЛНЫЙ! – вновь лично даю команду механику, означающую срыв ограничивающих пломб и форсирование работы дизелей.

– Пикировщик. Оптрон-свеча, – даю команду по громкой связи на поражение второго заходящего на корабль пикирующего бомбардировщика.

– Есть. САМЫЙ, САМЫЙ ПОЛНЫЙ, – докладывает механик.

– Есть свеча, – докладывает сигнальщик.

Новый взрыв вспыхивает над заливом.

– ПЭЖ – командир. САМЫЙ ПОЛНЫЙ! – даю разрешение механику прекратить форсировать двигатели и перевести их работу в обычный режим.

Корабль вновь словно замирает, когда его скорость вновь вернулась в технические параметры.

Труднее пришлось «Железнякову». Разрывы вокруг него встали довольно близко, и корабль резко уменьшил ход, заметно отстав от «Ударного», однако пулеметы корабля все еще не умолкают.

Разрывы 76-миллиметровых снарядов продолжают сопровождать оставшиеся в карусели самолеты. Пара их отбомбившихся товарищей начала кружиться над основной группой из семерки Ju-88.

Потеря в одном налете почти трех единиц самолетов из двенадцати соответствует тяжелым потерям, а это заставляет задумываться.

– Пикировщики. Цель пикирует. Две единицы.

Из воздушной карусели вырвалась уже не одиночка, а пара самолетов, решившая атаковать корабль с разных направлений. Вот теперь пошел серьезный поединок. В этом случае в одну сторону начинают стрелять оптрон и артустановки правого борта, а на левый борт артустановки левого борта и еще то, что может стрелять на левый и правый борт.

– Пэж – командир. САМЫЙ, САМЫЙ ПОЛНЫЙ! – Новая команда механику.

– Пикировщик. Оптрон-свеча, – даю команду по громкой связи на поражение пары заходящих на корабль пикирующих бомбардировщиков.

– По боевым постам 14, 16, 17 и 20. Цель – пикировщик правого борта.

– Остальным боевым постам. Цель пикировщик левого борта.

– Есть. САМЫЙ, САМЫЙ ПОЛНЫЙ, – докладывает механик.

– Есть цель. Есть цель.

Вновь спотыкается пикировщик, встретившийся с работой Петра Егоровича Батько, и, не справившись с управлением, врезается в воду по корме корабля. Зато второй пилот под огнем не таких удачливых комендоров обычных орудий и пулеметов смог сбросить свои четыре подарка.

Взрыв бомбы по носу и уже по правому борту вновь ударил волной по правой скуле бака корабля. Ранее разошедшиеся швы правой скулы носа корабля теперь получили почти таких же братьев на левой стороне. Отсек, который почти успели загерметизировать и осушить, почти мгновенно заполнился водой. Взрыв более удаленный, но тоже в районе носовой части оторвал целый лист металла. Струя воды ударила в межотсечную переборку между первым и вторым отсеком. Корабль словно на полном ходу ударился о стену. Инерция бросила людей вперед.

Отбомбившийся самолет, пролетев над кораблем, начал подъем в высоту к своим товарищам.

Увидев результат атаки, оставшаяся пятерка бомбардировщиков пошла в атаку с разных направлений.

– ПЭЖ – командир. САМЫЙ, САМЫЙ ПОЛНЫЙ! – Опять команда механику.

– Пикировщик. Оптрон-свеча. По боевым постам огонь в ответственных секторах, – даю команду по громкой связи на поражение заходящих на корабль с разных направлений самолетов.

В этом случае оптрон должен поражать цели, заходящие в атаку с носовых курсовых углов, а все остальные – в своих секторах. А далее будет то, что будет. Одновременно заходить в атаку секунда в секунду в этих условиях невозможно, еще не время автоматических систем целеуказания и управления. Поэтому 5, 10, 15 секунд разницы в атаке самолетов будет, но поразить их все просто нереально. Теперь в жизнь вступают теория вероятности и господин счастливый случай. Как максимум, в район движения корабля должны упасть от двенадцати до двадцати бомб. Это не четыре, а минимум в три раза больше, с перекрытием по вероятностным направлениям движения корабля.

Мое место теперь не на верхней палубе, а внутри надстройки. Там, по идее, должен быть ад. Ад должен быть и внутри, но хоть осколки не будут настолько опасны.

В сторону приближающихся с разных направлений целей устремились трассы пулеметов и орудий. На правую переднюю цель направил свою молчаливую, как говорит командир, «пушку» и сигнальщик монитора «Ударного» товарищ Батько.

Кто бы сказал раньше, что выходец из рыбаков краснофлотец Батько сможет за один день сбить аж три фрицевских самолета, никто не поверил бы… Новые летящие на встречу с сигнальщиком цели уже превратились для него в обыденное явление, которое с сегодняшнего дня стало простым и понятным. Вот летящий на корабль самолет потанцевал в солнечном зайчике подсветки луча и вывалился из линии наведения, беспорядочным вращением уйдя в штопор, в конце концов, упав в море. Падения цели Петр Егорович уже не видел, не дожидаясь результатов засветки, быстро перевел визир на новую цель, уже явно приблизившуюся к кораблю. Яркая вспышка отраженного светового луча от остекления кабины бомбардировщика ослепила, казалось, даже самого Батько. Самолет словно наткнулся на стену и тут же попал под длинный хлыст трассеров очереди 12.7-миллиметрового пулемета. Мгновение, взрыв, и куча горящих обломков полетела в сторону идущего навстречу корабля. Это было последнее, что увидел сигнальщик.

Зашедший справа и сзади бомбардировщик успел выбросить свои бомбы и даже пролететь над кораблем, подставив дно армейскому артиллеристу-зенитчику, волею судьбы оказавшемуся на мониторе вместе со своей 76-миллиметровой пушкой.

Зацепившаяся за топ мачты бомба кувыркнулась, внутри нее сработал инерционный взрыватель, и над надстройкой корабля прогремел взрыв. Множество осколков накрыло надстройку и людей по правому борту. Фугасная волна воздушного взрыва 250 килограммов смела с надстройки оптрон с привязанным к нему сигнальщиком, откидывая его за борт, еще одного сигнальщика, наблюдающего за воздухом, вырвала и сбросила за борт вместе с комендором и подносчиком боеприпасов. Три огневых расчета трех зенитных 37-миллиметровых автоматов и двух 76– миллиметровых орудий погибли на месте, пулеметчики установок «максим» и их вторые номера остались у своих пулеметов, контуженые и посеченные осколками.

Не осталась без поражения и радиорубка, посеченная осколками, вызвавшими повреждения в аппаратуре и короткое замыкание в проводке, приведшее к пожару. Контуженый радист Баранов так и остался в рубке в бессознательном состоянии, угорев от загоревшейся резины проводки и древесины. Эта же ударная волна положила корабль практически на левый борт, сбросив за борт подносчика 76-миллиметровых снарядов левого борта.