Тендровский узел - Игорь Сорокин

Скорее всего, стрелковое оружие и боеприпасы к ним, как и склады всей Очаковской военно-морской базы, также приготовили к сдаче немцам. Скоротечность захвата крепости Очаков не позволила воспользоваться выявленными находками тогда, но не теперь…

Только с формированием истребительного батальона очаковской коммуны, когда немцы подошли к городу, факт наличия достаточно большого количества стрелкового вооружения всплыл на поверхность. Там ведь всегда было сплошное кумовство. Это не Одесса, не Николаев и даже не Херсон. Это просто Очаков!

В нашей реальности запасы австрийских винтовок и боеприпасов к ним достались старому владельцу, вместе с целой военно-морской крепостью. В этой же реальности несколько тысяч нестандартных винтовок с боеприпасами сохранили жизни многим отмобилизованным, которые в последующем послужили основой для формирования будущей Николаевской дивизии.

Запасы устаревших винтовок и боеприпасов к ним очень пригодились и для вооружения безоружных рот армейских подразделений тендровского участка, постепенно выдавливаемых немцами со стороны Лазурного и Железного Порта. Остатки отступивших подразделений с побережья Северного Причерноморья уже в течение трех дней обеспечивают пополнение батальона и даже его рост до размеров полка.

Практически в Ивановке собралось почти два полка обстрелянных, закопавшихся в землю, словно кроты в норах, бойцов флотилии. Почти полсотни пулеметов и насыщенность ротных, батальонных и полковых командных пунктов средствами связи позволяют быстро реагировать на изменение обстановки.

На этом все. Танков, артиллерии и малокалиберной зенитной артиллерии нет.

Против дунайцев действуют уже старые знакомые. Неоднократные столкновения уже заставили десантников – штурмовиков вермахта и мотопехоту бригады Циглера уважать противника. Без предварительной обработки позиций противника вперед не посылается ни один человек. Бомбами засыпаются даже отдельно стоящие скопления кустарников.

Иногда смешно бывает слушать, как какой-то стрелок, настоящий снайпер, улегся в траве в поле, накрылся сеточкой с веточками среди кустиков и давай крошить всех наступающих или обороняющихся. Просто суперкрутой или крутая!

Именно здесь, на тендровском оборонительном участке, немецкий командир батальона вовсю использовал способ борьбы с «ворошиловскими стрелками» и скоплениями живой силы противника на открытой местности. Позвонил… Сделал заявку… Дождался Ju-88 или Ju-87 с набором «бабочек», пустил в сторону кустиков сигнальную ракету… И вот с неба спускается «юнкерс» и засеивает бомбочками площадь триста на триста метров. Бомбочки, помахивая крылышками, не торопясь опускаются к земле и вдруг раз… разрываются над полем с кустиками и «ворошиловским стрелком». Осталось поле, засеянное железными колобками, насыщенное осколками тело или тела и посеченные осколками кусты и деревья.

Это, конечно, дорого – бомбардировщики постоянно вызывать, зато быстро и эффективно.

06.00

Промозглое туманное утро командного пункта дивизиона штурмовых орудий вермахта, приготовившегося к наступлению на Ивановку, началось с неожиданного падения снарядов вокруг бронемашины командира дивизиона. Близкий разрыв 130-миллиметрового снаряда вдруг подкинул, перевернул и покатил по песку трехтонный броневик с пытавшимся наладить связь радистом. Командир дивизиона, попавший под переворачивающийся корпус, остался лежать на песке с переломанным позвоночником. Еще несколько снарядов разорвались невдалеке, подорвав топливозаправщик, пламя загоревшегося бензина с которого взметнулось ввысь и поднялось над туманом, создавая оранжевое свечение воздуха в тумане.

Неожиданно, как и начался, обстрел прекратился, переместив разрывы тяжелых корабельных снарядов в сторону соседей. Где-то там, в тумане, готовится к новому дню колонна десантников 22-й дивизии. Десяток разрывов, и все стихло. Нет, вот опять в той же стороне послышались разрывы советских снарядов. Несколько разрывов и у соседей, что-то взорвалось. Очередь разрывов разного звука и всполохи тумана сообщили о взрыве склада или грузовика с боеприпасами у десантников. Прошло полчаса, и уже новые разрывы начали раздаваться со стороны соседей справа – румынских танкистов и кавалеристов. Сегодняшнее утро явно началось по сценарию Советов и их командиров, а не по планам немецкого штаба.

Всего в трех милях к западу в это же время на стоящих на якорях двух мониторах шла обычная боевая работа.

07.00

– Радиорубка, ну что, что от «Ушастого» есть новый клиент или нет? Сафонов, старшина, передай на «Ушастый», что наш боцман с «вороньего гнезда» от немцев зарево увидел и всполохи, склад с боеприпасами какой-то в той стороне взрывается. Пусть оценят свою работу. – Пока выявлено только три проявивших активность радиостанции, потратили на их принуждение к молчанию три залпа с «Ударного» и четыре с «Железнякова».

Для нашего монитора и катера-разведчика («Ушастого») такая стрельба – после Херсона – стала довольно обычным делом. «Железняков» в таком виде стрельбы по невидимой цели участвует впервые. Однако уже третий залп монитора достиг своей цели, это его снаряды подорвали вражеские боеприпасы. Радиостанция, начавшая работу в той стороне, тоже перестала выходить в эфир.

Боцман Пархоменко передал дежурство в корзине наблюдателя своему подчиненному, химику Юрченко, спустился с телескопической мачты и тут же заставил матроса Аркуша драить медь. Закурил трубку и пошел завтракать.

08.00

Туман пока все еще очень плотный. Наши метеорологи прогнозируют туман часов до девяти-десяти, а к вечеру усиление ветра. Ну что же, подождем пока. Посменно экипаж позавтракал.

В рубке, надстройке, в радиорубке и башнях главного калибра идет кропотливая работа: старпом Кротов замер над планшетом управления огнем; командир БЧ-4 (связист) Арков вместе со своим старшиной Сафоновым что-то мудрят с полевым телефоном (вертушкой), провод с которого соединил стоящие рядом мониторы; управляющий огнем всей группы командир артиллерийской БЧ монитора Павел Кручина колдует над таблицами. Последнему сейчас ой как нелегко, работает с баллистическими таблицами разных калибров и решает. Его ошибка – это ошибка обоих кораблей.

Гидрографы тоже оказались на высоте. Установленные ими вехи координат обоих кораблей, катера-разведчика и пристрелочного риппера на берегу оказались истинными и позволили уже со второго залпа уверенно поражать места вероятных командных пунктов противника.

Вызвал боцмана.

– Антон Тимофеевич, сегодня решил перенести обед на 10.30, люди ночь и утро на боевых постах и в работе. Второй обед кок пусть готовит к 15.00. Ну, а ужин пусть будет так, как будет. Бачки пусть корабельные морпехи сержанта Смирного по боевым постам разносят. Они же сегодня и бачковые^[6]. Посты у радиорубки и оптрона до прихода в базу снимаем. Сейчас все, кто не на вахте, спать. Как только спадет туман, думаю, час-полтора потратим на обработку берега. Ну а потом… Посмотрим, что будет, – озвучил примерный распорядок на сегодня по кораблю.