Покорение Америки - Геннадий Марченко

– Не понимаю, о чём речь, – пробормотал Лонгмэн, однако забегавшие глазки выдали его с головой.

– Слушай сюда, Гарри. – Я придвинул табурет почти вплотную к нему. – Я хочу знать, почему меня хотели убить. Честно сказать, сомневаюсь, что это твоя частная инициатива. Мы с тобой никогда не пересекались и дорогу друг другу не переходили. Итак, кто меня заказал?

– Эй, парни, вы что-то путаете! Я здесь вообще ни при чём!..

Короткий удар под ложечку заставил Гарри подавиться словами.

– Повторяю вопрос. Кто. Меня. Заказал?

Отдышавшись, ирландец глянул на меня исподлобья, лицо его скривила гримаса.

– Да пошёл ты! Вонючий русский, я тебя придушил бы собственными руками.

– Значит, по-хорошему не хочешь? Ладно.

Я взял с верстака пассатижи, обошёл пленника сзади и без лишних предисловий заключил мизинец его левой руки в металлические клещи.

– А-а-а!

– Неужели больно? Ай-яй-яй, какой плохой дядя делает больно хорошему мальчику…

Я ещё сильнее сдавил палец, послышался хруст, и тут уже Лонгмэн завопил, что называется, благим матом.

– Ну что, будем говорить или как?

– Я не давал команды тебя убивать! Я тебя вообще не знаю! – стонал он, пуская слюни.

– Значит, придётся продолжить, – с видимым сожалением сказал я, обхватывая пассатижами следующий палец.

Ирландец сломался на третьем пальце.

– Хватит, я всё скажу! Только прекрати, – стонал он с мокрыми от выступивших слёз глазами.

– Замечательно, а то мне и самому не нравится причинять людям боль. Мы с мистером Джорданом готовы тебя, Гарри, внимательно слушать.

Что ж, оправдались мои худшие предположения: Костелло не угомонился, решив, что мёртвый я его устрою больше, нежели живой. Подробностей Гарри он не рассказал, но пояснил, будто один русский крепко ему насолил, но сам он на подозрении у ФБР, которое ведёт за ним и его людьми круглосуточное наблюдение, а им только дай повод… В общем, десять тысяч долларов за устранение какого-то русского ирландцу показались достойной суммой, и он взялся выполнить заказ. Казалось, всё продумано до мелочей, даже удалось подкупить Санни. Не учли только одного. Того, что клиент окажется настолько шустрым и удачливым.

– Всё, что ты сказал, чистая правда или остались какие-то недомолвки?

– Клянусь святым Патриком, так и есть!

– Ясно… Задаток уже получил? – невинно поинтересовался я у Лонгмэна.

– Да, три тысячи. Триста баксов ушло на подкуп человека из команды Лэнса.

– Боюсь, заработать остальную часть гонорара тебе уже не удастся.

С этими словами я вогнал пассатижи в висок Гарри по самые рукоятки. Раздался хруст, ирландец поднял на меня удивлённо-обиженный взгляд, а спустя несколько секунд его глаза заволокло пеленой. Он уронил подбородок на грудь, и я провёл ладонью по его лицу, позволяя векам опуститься. Теперь он походил на задремавшего где-нибудь на лавочке в парке человека. Вот только торчавшие из головы пассатижи слабо вязались с этим мирным образом.

– Жёстко ты с ним, – покачал головой Джордан.

– Извини, оставлять его в живых было опасно.

– Это верно, – кивнул негр. – Только ты мне объясни, с чего это вдруг на тебя так ополчился Костелло? Где ты ему дорогу перешёл?

О своём похищении и разборках с итальянской мафией я Лэнсу не рассказывал, пришлось восполнить пробел. Конечно, выложил я не всё, но общее представление о происходящем Джордан получил.

– Выходит, Большого Ивана нет?

– Выходит, нет.

– Я так и думал, что ты его придумал. Не знаю, правда, зачем, но слух об ужасном русском гангстере быстро расползся по Нью-Йорку.

– Тогда не будем никого разубеждать. Пусть правда останется между нами.

– О’кей. Только Костелло тоже об этом знает. Хотя и несколько другую версию.

– Честно говоря, я надеялся, что мафиози угомонится, поверив в мой рассказ, но, видимо, у него заноза в одном месте. Сам меня устранять испугался, опасаясь мести со стороны ФБР и Дьюи, и решил сделать это чужими руками. Так что с Костелло придётся разобраться. Не захотел разойтись по-хорошему – разойдёмся по-плохому.

– И как же ты планируешь с ним разобраться?

– Тихо или громко – не знаю пока, но в любом случае не привлекая к нам внимания и подозрений. Но для начала нужно найти его логово.

– Это не проблема, я знаю, где оно. А дальше что?

– Дальше? Вот над этим я и собираюсь подумать. А пока не мешало бы установить за Костелло скрытое наблюдение. Мне нужно знать его распорядок дня, где он бывает, с кем общается и так далее.

– Могу напрячь своих ребят.

– Это было бы здорово! Кстати, всё хотел спросить… А что, этот Джимми Белые Носки в самом деле существует или его сочинил Санни?

– Есть такой, – усмехнулся Джордан. – Забавный тип, больше пафоса, чем реальных дел. Мы с ними один раз пересеклись, но разошлись миром. Так что Санни тебе выдал лишь малую часть правды.

В течение трёх последующих дней люди Джордана собирали подробную информацию о Фрэнке Костелло. Из всего услышанного меня заинтересовала одна подробность: каждое утро, несмотря ни на что, ровно в 9 часов Костелло переступал порог находящейся в соседнем квартале от его дома парикмахерской. Брил – а если надо, то и стриг – мафиози лично хозяин цирюльни Маурицио Гросси. С 9 до 10 часов утра Костелло был единственным посетителем парикмахерской, хотя, случалось, управлялись и за полчаса. Вместе с боссом в помещении находился лишь один его личный телохранитель по имени Джузеппе, которого звали на американский манер Джо.

– Над этим стоит подумать, – сказал я Джордану.

На следующий день я отправился в эту цирюльню лично, под видом просто посетителя побрился и подравнял чуть отросшие лохмы.

– Вы у нас впервые, мистер? – поинтересовался облагораживавший меня какой-то моложавый итальяшка. – Просто мы знаем уже всех своих клиентов.

– Да, я по делам в этих местах, решил в свободную минуту зайти привести себя в порядок.

– Уверен, вы покинете наше заведение в прекрасном настроении.

Хозяином же, как я понял из услышанных реплик, был невысокий толстячок лет пятидесяти, с блестящей проплешиной на голове, бривший в это время сидящего в соседнем кресле мужчину. Пока более юный коллега Гросси надо мной колдовал, я прикидывал, как здесь можно обставить покушение на Костелло. Хозяин парикмахерской вряд ли по моей просьбе перережет ему глотку. К сожалению, у меня нет препаратов из арсенала спецслужб будущего, с помощью которых людей можно заставить выполнить любой приказ. Я даже не Мессинг, не смогу загипнотизировать цирюльника. Но очень кстати, что слева от входной двери огромное, во всю стену, стекло, через которое зал был как на ладони.