Адмирал Джоул и Красная королева - Лоис МакМастер Буджолд

Майлз не счел нужным обсуждать очевидное, его сейчас не то беспокоило.

– Все так, но… Что подумают люди?.. Не слишком ли Оливер, хм-м… молод для тебя? – Он поморщился с несчастным видом, хорошо представляя шуточки на эту тему, а ведь это малоприятная перспектива.

– Иначе говоря, не слишком ли я стара для Оливера? Спасибо, что нашел такую дипломатичную формулировку, – ехидно поблагодарила Корделия.

– Я тоже вам благодарен, – поддержал ее Оливер с затаенной усмешкой. – Кстати, о возрасте… Мне на днях стукнет пятьдесят. Да, чуть не забыл: всех вас я приглашаю на пикник по случаю этой знаменательной даты, если еще будете здесь.

– Звучит заманчиво, – заметила Катриона.

– Уж не знаю, как насчет заманчивости, но будет очень весело. Во всяком случае, надеюсь. Там будет много семей с базы. И много-много детишек… и аттракционы, ах да! Много чего еще, наверное… – бубнил Оливер без всякого энтузиазма.

– О, отлично!

Майлз практически капитулировал перед численным преимуществом противника, но так просто сдаваться не собирался. Он упрямо вернулся к актуальной на данный момент теме про возраст:

– М-да… Что ж, если быть беспристрастным, то должен признать, цифры сопоставимы… Бетанская продолжительность жизни по сравнению с барраярской, и все такое.

Катриона поморщилась, но все-таки смогла вежливо улыбнуться.

«Что ж, кто-то должен был это сказать». Корделия внезапно поняла, что хочет сделать, – и уязвленное самолюбие Майлза тут ни при чем. Она повернулась к Оливеру и отчеканила:

– Ты должен дать мне слово, Оливер. Пообещай, что переживешь меня.

Оливер растерялся.

– Я… я постараюсь? – только и смог он проговорить, глядя на Корделию в поисках подсказки. Он потер лоб, подумал, и в глазах мелькнуло понимание. Рука, как бы случайно лежащая на спинке кушетки, крепче сжала плечи Корделии, оберегая ее и поддерживая.

Майлзу потребовалась целая минута, чтобы сообразить, о чем это они. Но в итоге он справился.

– А-а… – сказал он. – Ага.

Вот у Катрионы не возникло проблем с пониманием, как женщина женщину, она ее сразу поняла и неохотно кивнула свекрови.

Вскоре вечер подошел к концу. Трое просто валились с ног от усталости. Что же до четвертого… похоже, ему много есть над чем подумать. Но зато никто не увязался за Корделией, когда она пошла проводить Оливера до дверей, и там они могли без помех поцеловаться и пожелать друг другу спокойной ночи.

И только сейчас он наконец-то выдохнул:

– Уф-ф… Во всем этом… больше политики, чем я ожидал.

– Майлз последнее время ведет себя очень по-графски.

– Я так и не понял, как он все воспринял, а ведь я сидел прямо перед ним и наблюдал.

– Полагаю… он еще выскажет нам свои сомнения. Но, что более вероятно, вывалит их на бедняжку Катриону. Однако для посторонних – мы все выступим единым фронтом. – По крайней мере она очень на это надеялась.

– «Я против брата, мы с братом – против всего мира»?

– Вот именно! Коротко и ясно – всё, что надо знать про Майлза и Марка. Так что у него есть опыт.

– Может, мне и не терпится это увидеть, – вздохнул Оливер, – но я готов чуток потерпеть.

Корделия рассмеялась.

– Мы увидимся до завтрашнего вечера на базе? – Они должны были там погрузиться на скачковый катер, который доставит их на борт «Принца Зерга».

– Боюсь, что нет, – покачал головой Оливер. – Мои помощники подготовили внушительный список всех неотложных дел, которые я должен переделать, прежде чем удрать от них на целый день… Да, жутко далеко, но вполне в пределах досягаемости по сжатому лучу. – Точнее, он намерен удрать на день и две ночи на борту катера, и такой счастливый случай нельзя упускать. Хотя если вспомнить, что Оливер некогда утрясал расписание самого занятого человека в Форбарр-Султане, то вовсе это никакой и не случай, а запланированное мероприятие.

Он ушел к машине, а Корделия вернулась в дом. «Итак, мы прыгнули через второй п-в-туннель». А сколько их еще предстоит преодолеть, прежде чем благополучно достичь дома?