Невозможное неумолимо - Василий Головачев

За их спинами послышался топот.

Оба обернулись, схватившись за оружие.

Из расселины вынеслись зеленоватые фигуры, превратились в Кружилина и Волконскую, вооружённых пистолетами. Увидев картину боя, они остановились, ворочая стволами пистолетов. Глаза Фроси стали большими, она побледнела.

– Ты… вы… живы!

Назар опустил винтовку.

– Всё в порядке, группа диверов уничтожена. Фурсенко свалился в реку.

– Туда ему и дорога, – буркнул Домани.

– Но один из пришлых успел сбежать на мотодельтаплане к Динло. Вон летает. – Назар показал пальцем на белёсую «стрекозу» над кратером.

Волконская подошла к обрыву. Глаза её сделались ещё больше. По-видимому, она не ожидала увидеть кратер вместо пришельца.

– Боже мой!

Скала под ногами снова содрогнулась, порождая подземный гул.

Фрося пошатнулась, Назар подставил руку.

– Осторожнее. Вы в курсе, что происходит, товарищ полковник?

– Динло уходит под землю… Венгер утверждает, что процесс распада горных пород под ним ускорился в разы.

– Почему?

– Никто не знает. Возможно, Динло использует этот процесс для пополнения энергии.

– Надо срочно связаться с братом!

– Не получится.

– Почему? У нас есть ховерборд. Я прыгну на нём к Динло и если не опережу этого засранца на мотике, то догоню. И выясню у Леона, что нас ожидает.

Тревога в глазах Фроси сменилась сомнением и странным сожалением. Она почему-то чувствовала себя виноватой.

– Ты понимаешь, что говоришь? Риск смертелен! К тому же с минуты на минуту на Джугджур вылетит эскадрилья американских беспилотников, и наши включат «глушилку».

– Прекрасно, мне никто не помешает.

– Импульс «глушилки» посадит на землю всё, что летает в воздухе, – сказала Фрося. – Поэтому все наши дроны и «вертушки» уже сели.

– Я успею.

– Нет, я не разрешаю!

Назар повернулся к Николаю:

– Дом, неси доску! Одна нога здесь, другая там!

– Он не донесёт один, – сказал Кружилин, косясь на тела диверсантов.

– Тогда бегите вместе. Вперёд!

Николай и Кружилин исчезли в расселине.

– Ты сумасшедший! – прошептала Волконская.

– За это ты меня и любишь, – согласился он.

– Я не знала, как тебе сказать… ты сам решил…

– О чём ты?

– Звонил Звягинцев, просил уговорить тебя проникнуть в Динло. Я не хотела…

– Мы не сегодня решили пробраться внутрь Динло, если ты помнишь, так что ничего особого в моей идее нет. Я вернусь, обещаю! И не один – с братом.

– И с Мариной.

– Конечно. Но сначала надо догнать мерзавца на дельтаплане.

Оба перевели взгляды на кратер, скрывший «дикий НЛО» из виду. «Стрекоза» дельтаплана по-прежнему кружила над ним, пилот то ли не решался снизиться, то ли прицеливался тщательнее, и эта его неторопливость пугала…

* * *

Самолёт сел на палубу авианосца легко, словно чайка на воду, и Пуппо, оценив мастерство пилота, почувствовал нарастающее возбуждение, несмотря на «прелести» полёта на военном истребителе. Привыкнуть к его поведению в воздухе было не просто. Пришлось даже вместе с главкомом Северного флота Рамсфельдом выпить виски с содовой, чтобы окончательно прийти в себя. И всё же возбуждение не проходило.

Через четверть часа после посадки Пуппо поднялся в рубку управления кораблём, проанализировал обстановку с флотами США и НАТО и принялся командовать, не обращая внимания на эмоции адмиралов и тем более матросов.

Флот вошёл в российские территориальные воды, несмотря на выдвинувшиеся навстречу сторожевики и пограничные катера русских. На все их запросы Пуппо велел отвечать штандартами «имею право» и фразой по радио: «Исполняю резолюцию Совета безопасности ООН по обеспечению нейтрализации агрессии НЛО против человечества».

С минуты на минуту Пуппо ждал донесения от командира диверсионной группы, что цель достигнута, и над WUFO развевается флаг США, позволяющий отнести объект под юрисдикцию государства. Существовал и другой вариант – направленного подрыва WUFO, чтобы он перелетел океан и достиг американского материка. А пока что Пуппо наслаждался своей властью и даже проигнорировал звонки президента из Белого дома, представляя, что он скажет. Но даже если бы Трапп не согласился с идеей министра, это не изменило бы планов Пуппо разговаривать с русскими «с позиций Всевышнего».

Наконец пришло сообщение от Капелло:

«Мы на месте, ждём сигнала».

Голова кружилась от виски и предполагаемого успеха, поэтому министр даже расхохотался, когда Рамсфельд несмело сказал:

– Мы сильно рискуем, сэр.

– Запускайте беспилотники, Питер, – похлопал его по плечу Пуппо.

Через несколько минут с бортов авианосцев и эсминцев взлетела в воздух туча беспилотных аппаратов и устремилась к восточному берегу Охотского моря.

Министр проводил их отеческим взглядом, вернулся в каюту капитана, велел открыть новую бутылку «Джека Дэниэлса» и стал ждать результатов своей «миссии спасения человечества». После того как беспилотники достигнут Джугджура, Капелло должен был отправить к WUFO парламентёра с флагом Штатов и «бакибомбой» и доложить о возвращении. Потом нужно было сделать только один шаг: во всеуслышание заявить о принадлежности WUFO Соединённым Штатам Америки… либо взорвать его изнутри.

В том, что парламентёр готов выполнить задание любой ценой, Пуппо не сомневался. Они послали не просто специалиста по контактам с пришельцами. Хайрулла Карим был специально запрограммирован на самоликвидацию и соответственно уничтожение WUFO, если контакт по сценарию Пентагона не состоится.

* * *

О маневрах американского флота Ли Фанчену доложили в девять часов утра, сразу после демократического завтрака в столовой базы Юлинь. Так как ситуация вокруг НЛО, приземлившегося в горах на берегу Охотского моря, продолжала обостряться, министр не спешил возвращаться в столицу, с интересом следя за развитием событий.

Обдумав донесение, Ли Фанчен без колебаний позвонил президенту и доложил о своих предположениях и предложениях.

– Мне кажется, нужно помочь русским товарищам, – закончил он доклад. – Нельзя позволить американцам разгуливать по нашим морям как по лужайке Белого дома. Сегодня они вошли в Охотское море, завтра под каким-нибудь надуманным предлогом сунутся в Жёлтое или Восточно-Китайское.

Президент Синь Цзибао задумчиво посмотрел на министра, поедавшего его преданными глазами, рассеянно кивнул.

– Русские в обиде на нас за прошлые ошибки, товарищ Ли.