Синтез - Сергей Слюсаренко

Пронзительный ветер гнал вдоль улиц клочья черного дыма. Над городом стоял смрад горелой плоти и пороховых зарядов. Несколько раз навстречу Олегу и Лано пробежали обезумевшие кони с порванной сбруей.

– Поздно, поздно, – чуть не плача, твердил Батрид. – Все пропало.

– Подождите сдаваться, – возразил Шергин.

Они и вправду опоздали. Город выглядел так, словно по нему прошлась орда. Несмотря на хорошо подготовленную церковную армию Цада, Граценбург победил благодаря внезапности налета. Нападение с воздуха и одновременный кинжальный проход конницы на улицы столицы нанесли сокрушительный удар по клерикальной армии. Город отходил от набега. Городские службы тушили пожары, собирали раненых и погибших.

Военные, не принимавшие никакого участия в отражении нападения, заботились только о своей собственной безопасности и нимало не интересовались охраной святынь и попов. Сейчас армия занималась развертыванием блокпостов и организацией патрулирования улиц.

– Я думаю, тут нам нечего искать, – не унимался Лано. – Граценбург со своими людьми ушел. Нужно догонять его.

– Давайте уж закончим то, что начали, – Олег сверил по плану города, правильно ли они движутся к храму Тоц, – а потом будем думать, что делать дальше. Может, этому мерзавцу ничего не удалось украсть.

– Ну, хорошо, – сказал Батрид. – Но мне кажется, мы сами не справимся. Все уже совершенно нам неподконтрольно! Олег, нужна помощь хотя бы твоих пограничников.

– Это точно, – пробормотал Шергин. – Вот посмотрите, я правильно понимаю, что это обозначение храма? Я как-то в вашей картографии не силен.

– Вроде он. – Батрид взял в руки карту и стал водить по ней пальцем. – Ага, вот так надо.

Лано на глазах изумленного Олега открыл входную дверь в доме, рядом с которым они стояли, и без колебаний шагнул внутрь. Оказалось, что за дверью была галерея, ведущая во внутренний дворик, а из дворика – выход в другую галерею. Через три таких прохода они оказались на большой соборной площади.

– Ну, вы и даете! – изумился Олег. – Вы так хорошо знаете город?

– Все проще, смотри. – Лано показал надпись, которую Олег не смог прочесть. – Это на архаическом цадском, праязыке, тут написано – «ничто не может запретить прийти к храму кратчайшим путем». Так всегда здесь строили, чтобы можно было пройти самым коротким путем. Все-таки основная святыня… Боюсь, мы ее уже не увидим.

Опасения Батрида были обоснованны. Храм не выстоял в осаде. Входные врата были вышиблены тараном, атакующие его бросили на площади. Повсюду на брусчатке валялись трупы и раненые, над площадью разносились стоны. Ступени, ведущие в храм, были скользкими от крови.

– Не успели…

– Да не хнычьте вы! – В сердцах Олег повысил голос. – Оставайтесь здесь, я пройду внутрь. Там может быть небезопасно.

– Но, Олег, я должен… – Лано протянул руку, словно хотел остановить Шергина.

Олег решительно шагнул в сторону храма, из-под крыши которого уже начал пробиваться дымок.

В сумрачном пространстве собора стало сразу ясно, что основной бой проходил именно здесь. Именно здесь самые отчаянные воины-монахи пытались остановить Трато. Все они полегли в неравном бою. Никакие мечи и кинжалы не помогли против кинжального автоматного огня. Олег сразу понял, где находилась святыня храма. Прямо за чередой резных деревянных кресел в легких клубах дыма виднелся большой саркофаг, даже не саркофаг, а склеп. По тому, что он был весь покрыт тонкой резьбой, по тому, насколько вся внутренняя архитектура собора была связана с этим сооружением, можно было догадаться, что это самое главное место в храме. Дверь с золотыми литыми накладками на входе в склеп была выломана тяжелым ударом. Она валялась на полу, никто из нападавших не позарился на золото.

Внутри стоял пьедестал высотой в метр. На пьедестал падал луч света. Храм был сооружен так, что свет проходил сквозь витражи в куполе, проникая в склеп через отверстие в потолке. Точно в круге света на пьедестале стояла точеная чаша из зеленого камня, похожего на малахит. Шергин подошел к чаше и попытался снять с нее крышку. Он догадывался, что в этом сосуде и хранилась вторая половинка драконьего яйца. Олег надавил изо всех сил, чаша сдвинулась с места, и немедленно зажужжал скрытый в недрах пьедестала механизм. Крышка вместе со стоящей на ней чашей отъехала назад, а передняя часть каменного куба медленно сместилась вниз. Обнажилась камера. Пустая. Шергин достал из кармана миниатюрный фонарик и осветил тайник. По пыльным следам было понятно, что совсем недавно из него извлекли большой и, судя по царапинам на камне, тяжелый объект.