За пригоршню гильз - Роман Глушков

Чтобы преодолеть бегом восемь лестничных пролетов – столько их было между подвалом и пентхаусным уровнем, – у тренированных морпехов ушло от силы четверть минуты. Малое количество этажей в отеле сыграло в их пользу. За такой короткий срок хозяева не успели собрать оставшиеся силы и заблокировать врага на полпути к цели. Зато в холле перед апартаментами Ши Хэ – там, куда выходили парадная лестница, лестница, ведущая в гараж, и лифт, – Остапа и Тана встретил серьезный заслон. В связи с чем им пришлось закрепиться на последней лестничной площадке и вступить в перестрелку с поджидающими их головорезами.

Позиция им досталась, к слову, не самая худшая. Две гранаты, что тут же влетели к ним в дверь, скатились с площадки в лестничную шахту. И рванули уже далеко внизу, не задев их осколками. Им потребовалось лишь заткнуть уши, чтобы не заработать контузию, потому что грохот от взрывов в шахте выдался зверский.

В дальнейшем гранаты еще не раз залетали в эту дверь. Те из них, что задерживались на площадке, Вэй и Рында спихивали вниз ногами. Эти взрывы нервировали меня больше, чем морпехов. Потому что громыхали почти рядом – за стеной, – и я всякий раз опасался, что соратники потерпели фиаско. Однако ударявшая затем яростная стрельба давала понять, что списывать их со счетов еще рано. И что они, похоже, вышли на финишную прямую, вступив с Триадами в последнюю, решающую, схватку.

Где находился Чаки, капитан и шанвэй пока не определили. Но поскольку живьем он был нам не нужен, они щедро, напропалую поливали хозяев свинцом и швыряли им ответные взрывчатые презенты.

Враг мог бы обойти морпехов с тыла, вторгнувшись в лестничную шахту с какого-нибудь этажа. Вот только для врага это было слишком рискованно, учитывая, как часто падали вниз залетающие сюда из холла гранаты. А гранаты морпехов Триады могли выбрасывать разве что в окна. Если только успевали подхватить их с пола до того, как они взрывались. Что, судя то по близкому, то по далекому грохоту, получалось у Триад с переменным успехом. И даже если, паля из двери наугад, Рында и Вэй до сих пор никого не пристрелили, то гранатами они добились куда большего успеха. Поток летящих в них пуль немного ослаб, что было хорошим признаком. И – отличным поводом продолжать веселье в том же духе.

Пока длилось их противостояние со стражами пентхауса, на моем фронте тоже случились кое-какие перемены.

Я имел представление, где воюют сейчас мои соратники. И потому, заслышав шум и заметив движение на другом конце автостоянки, сразу понял: это – не они.

Свет проникал сюда лишь из ворот и небольших окон под потолком. Поэтому трудно было сказать, сколько Триад зашло к нам в тыл. Да я их и не считал. Увидев в полумраке мельтешение теней, я тут же активировал детонатор мины, что стояла напротив двери, откуда появились враги.

Все мои мины были направленного действия, и я нацелил их точно на входы. Но как только дошло до дела, я сплоховал. Эти Триады уже проникли в гараж, и когда моя мина рванула, в дверном проеме перед нею находилась всего одна жертва. Которую тут же разорвало десятками осколков, тогда как, заметь я угрозу вовремя, мог бы положить одним взрывом сразу всех врагов.

Увы, не судьба. Трое оглохших, но выживших Триад вмиг укрылись за колоннами и за припаркованным в том конце автостоянки «Лэнд Ровером».

– Эй вы, ублюдки! В моем грузовике три тонны взрывчатки! – на всякий случай предостерег я китайцев по-английски. – Попадете в нее – улетите в стратосферу вместе со мной, вашим боссом и всем отелем!

В ответ раздались крики на китайском, но они, судя по всему, были адресованы не мне. Это враги проводили перекличку, выясняя, не ранен ли кто, и решали, как им быть дальше. И все же они меня поняли: в колонну, за которой я прятался, ударили автоматные очереди, но в стоящий рядом «Ошкош» не попала ни одна пуля.

Зато у меня не было нужды вести прицельный огонь. И я с чистой совестью выпустил по Триадам из «миними» веером десятка три пуль. Жаль только, ни в кого не попал. Но хотя бы дал понять, что так легко меня не взять. И что если в поле один воином быть не может, то в ограниченном пространстве – еще как посмотреть.

У моего укрытия был лишь один недостаток. Зато существенный: если враги продвинутся вперед и приблизятся ко мне с флангов, я окажусь у них под перекрестным огнем. И колонна меня уже не защитит. Они тоже быстро это поняли. И, продолжая прикрывать друг друга прицельными очередями, начали перебежками от колонны к колонне сокращать дистанцию между нами.

Отстреливаться из пулемета стало неудобно. Пули били в мое укрытие почти безостановочно, и я не мог высунуться даже на пару секунд. Но я видел отбрасываемые на пол в свете бледных окон тени врагов. И мог таким образом отслеживать их перемещение. А когда они перебежали через половину автостоянки и добрались до ворот, я нанес им очередной контрудар.

У выезда перед воротами мною также была установлена мина. И хоть никто из Триад не вошел в сектор ее поражения, она все равно могла мне помочь.

Вынув чеку у одной из гранат, я зажал ее в левой руке, а правой нажал кнопку дистанционного пульта и подорвал мину. После чего тут же швырнул гранату так, чтобы она упала в центре зала, где-то возле приближающихся китайцев.

Попались, сволочи!

Если бы я просто кинул в них гранату, они заметили бы ее и успели укрыться за колоннами. Но взрыв мины полностью отвлек их внимание. И отпугнул от ворот головореза, что подбирался ко мне с того фланга.

Этот противник метнулся не вперед и не назад, а за укрытие наступающего по центру товарища. Туда же, куда укатилась под шумок моя граната. Вдогонку которой я сразу же отправил еще одну – для подстраховки.

В общем, когда отгремели взрывы и я выглянул краем глаза из-за колонны, то обнаружил ласкающее взор зрелище: два трупа на полу и одного хромающего к выходу уцелевшего противника. Он оказался от взрывов дальше всех, был лишь легко ранен и, будучи способным передвигаться, решил поскорее отступить. И правильно сделал – я бы на его месте поступил точно так же. Равно как он на моем месте не дал бы мне убежать. Ведь пока я держался на ногах, я был бы угрозой и для него, и для его товарищей.

Полуобернувшись, раненый прикрывал себя, отстреливаясь на ходу одной рукой из пистолета-пулемета. Пули его летели теперь не только в мою колонну, но также в пол и в потолок. Видимо, от боли и контузии он забыл о набитом взрывчаткой грузовике. Чего нельзя сказать обо мне. Звучит парадоксально, но страх быть разорванным на мелкие куски придал мне храбрости перед другой опасностью. Несмотря на свистящие повсюду пули, я высунулся из-за укрытия и, пытаясь сохранять спокойствие, навел пулемет на один из просветов между колонн. А затем, когда в том просвете возникла моя бегущая цель, спустил курок…

…И лишь потом с невероятным облегчением выдохнул, плюхнулся на задницу и, привалившись спиной к колонне, вытер катящийся с меня градом пот.

Моя жизнь по-прежнему была в опасности, но этот раунд в схватке со смертью я выиграл! Причем с рекордным для меня счетом «четыре-ноль»! Ни разу до сей поры я не дрался в одиночку с таким количеством вооруженных головорезов. Но общение с морпехами не прошло для меня даром, и, видимо, я кое-чему у них научился. В первую очередь – унимать, когда надо, предательскую дрожь в руках. Которая в таких ситуациях была не менее опасным врагом, чем сами эти враги, охотящиеся за моей головой…