Солнечный рубеж. Бином - Эльнур Юусуф Юсуфов

– Прости, Иса. Я…

– Молчи, – подняв ладонь, перебил он. – Знаю, ты зла мне не желал, и я на тебя не держу. Выбор был у тебя невелик, но обидней всего, что ты и семью свою подключил к этому делу. Хорошо, что Виталий на тебя не похож. У него принципы другие. Он был вынужден отказаться от моего предложения, иначе твои друзья заставили бы его работать на них. А ты теперь уже не в том возрасте, чтобы притворяться. Вот и пришло время передать эстафету молодому сотруднику. Скажи своим друзьям, чтобы прислали этого… Олега. Я приму его как сына своего друга!

* * *

Два года спустя Аббас работал поздней ночью в своём кабинете. Последние два десятка лет, создавая с нуля концерн ISA, он оставался в тени. Теперь этот тёмный кардинал термоядерной энергетики стал одним из самых влиятельных людей планеты. Все эти годы, живя под именем Иса, он неустанно развивал технологические преимущества концерна.

Задвигая подальше свою боль и болезни, пожирающие изнутри, он воплощал в жизнь свой проект, разбив его на важные этапы – часы, сутки, месяцы и годы. Большая часть работы позади, остался один нерешённый вопрос, не дававший ему покоя. Камень, который так упорно искали синтеки; он так его и не нашёл.

Мысли Аббаса прервал звонок на коммуникатор. Взглянув на неизвестный номер ID, он ответил.

– Здравствуй, Турал, – послышался на другом конце знакомый голос.

– Здравствуй, Ол, всё в порядке?

– Всё нормально, нам нужно встретиться. Это касается камня, который ты искал.

– Ни слова больше, эта линия небезопасна. Скажи, где ты, и мои люди тебя найдут.

– Через четыре часа я буду в Шоуду в аэропорту Пекина. Там есть ресторан «Ин-лун».

– Хорошо, к тебе подойдёт человек, которого ты знаешь в лицо. До этого момента старайся держаться людных мест.

В полдень следующего дня Аббас держал в руках потрёпанный клочок бумаги, вложенный в прозрачный файл.

– И что это?

– Это фрагмент карты Калифорнии, – ответил Оливер, устроившись за столом в его кабинете. – Её начертил в своём дневнике русский офицер, служивший в форте Росс в начале девятнадцатого века. Похоже, они в тех местах охотились на дичь. Ты знал, что в Америке жили русские?

– Я знаю историю Калифорнии. Откуда это у тебя?

– Я сказал Изабелле, что ищу старое географическое название, связанное с тремя звёздами в поясе Ориона, и это место находится где-то в Центральной Америке. Изабелла была с геологами на практике на Камчатке. Там, – Оливер с трудом выговорил название города, – в Петропавловске есть музей истории. В музее она сфотографировала один экспонат, этот листок, и отправила мне. Я позавчера вылетел туда, там очень холодно и метёт снег. Музей нуждается в деньгах для ремонта, и я неофициально выкупил весь дневник.

Оливер придвинул к нему потёртую кожаную тетрадь, лежавшую на столе.

– Меня заверили, что она подлинная, даже переплёта не видела. Все листки выпадают и никогда не сканировались.

– А что в этой карте интересного?

– Посмотри на это, – он приподнялся и пальцем указал на географическое название, начертанное старорусским шрифтом. – Здесь написано: «Рытвина трёх оленей».

– Три оленя – я понял, а рытвина – это что? – нахмурился Аббас.

– Я думал, ты знаешь язык русских.

– Ну, так, «здрасьте», «до свидания».

– Изабелла пробила поисковики и объяснила мне. На старорусском языке «рытвина» означает «овраг» – это небольшой каньон.

– Вообще-то мы ищем долину, а не каньон.

– Я тоже так ей сказал. Но она порылась в словаре древнего языка ацтеков и объяснила, что на языке науатль слово atlauhtli имеет несколько значений – «каньон», «ущелье» и «долина».

– Но мы искали что-то связанное с поясом Ориона.

– Некоторые племена индейцев Калифорнии называли тремя оленями три звезды в созвездии Ориона. Вероятно, это географическое название из племён Калифорнии перекочевало в легенду ацтеков, как долина Мамалхуацтли.

– Давай найдём это место на спутниковой карте, – бросил Аббас и коснулся сенсора на столе. Кожаная подкладка для письма на его столе поднялась, как крышка ноутбука, перевернувшись, обнажила дисплей и осела обратно. Раскрыв на ней трёхмерную карту, Аббас стал искать это место по обозначенным на карте ориентирам. Увеличив изображение узкого ущелья, пробитого талой ледниковой водой, поднял голову.

– Не может быть, – опираясь лбом на ладонь, вздохнул он. – Это ведь рядом с горой Уитни.

Аббас с минуту раздумывал, затем поднял блестящие от слёз глаза:

– Оливер, ты и твоя дочь оказали мне огромную услугу, но окажи мне ещё одну.

– Конечно, окажу.

– Сам я не могу туда поехать. Тебе придётся съездить в Калифорнию. С тобой поедут мои люди. Я знаю это место. Там в ущелье есть небольшой тупик, в самом дальнем его конце нужно найти камень. Он очень важен для меня.

* * *

Три недели спустя на столе перед Аббасом лежала небольшая каменная плита чёрно-красного цвета, неправильной квадратной формы. Оливер отыскал этот древний артефакт там же, где и предполагалось. Затем он был перевезён Мехико, и по каналу дипломатической почты отправлен в страну, а прошлым вечером его доставили в дом Аббаса в Азнуре. Аббас судорожно листал отчёт лаборатории, всю ночь проводившей интерферометрические и спектроскопические анализы найденного артефакта. Основной состав материала выявить не удалось. Содержание в нём изотопов кремния, углерода и соединений полиароматических углеводородов было нехарактерным для астероидов Солнечной системы. Заключение подтвердило его подозрение: этот камень – «межзвёздный странник» сформированный за пределами Солнечной системы. Интерес вызывало выявленное в центре круглое углубление глубиной в 9 миллиметров. Созданное механическим воздействием, оно скрывалось под слоем застывшей древесной смолы, из деревьев, растущих в Центральной Америке.

Камень, за которым столетиями охотились синтеки, теперь лежал перед ним. Но как выявить и расшифровать послание, заложенное в нём, он пока не знал. Сейчас его мысли больше занимала судьба парней. Со дня смерти их бабушки прошло десять дней, а Эмин и Турал исчезли в Штатах. С тех пор о них не было вестей. Последним, кто их видел, был Оливер: это случилось вблизи Лос-Анджелеса, когда Оливер с найденным камнем возвращался в Мексику. Он случайно столкнулся с Туралом в магазине у заправки. Первой реакцией Оливера было оцепенение. Турала выглядел так же, как и при первой их встрече двадцать два года назад. Но затем, поняв, кто это, Оливер постарался взять себя в руки. Опасаясь поставить под угрозу, порученную ему миссию, он с Туралом даже не заговорил.

Раздумья Аббаса нарушил стук. Дверь открылась, и в кабинет вошёл один из его помощников: – Разрешите?

– Заходи, Орхан.