Арвендейл. Нечистая кровь - Юлия Остапенко

Брайс подозревал, что в самое ближайшее время его персона станет главной темой в столичных салонах и кабаках, и криво улыбнулся этой мысли.

Однако уверенность едва не покинула его, когда он понял, что ведут его не в темницу и не в зал для аудиенций. После бесконечной череды коридоров и галерей Брайс оказался перед низкой дверью в стене, от которой исходило непонятное тепло – в Эл-Северин пришла весна, и вряд ли стоило сейчас топить камины так жарко. Но когда дверь открылась и Брайса втолкнули внутрь, он понял, куда его привели, и оторопел.

Это оказалась купальня. Довольно большая – Зал Совета в Митриле и то был меньше, – без окон, что спасало от вездесущего сквозняка, с десятками ярко пылающих свечей и четырьмя огромными каминами у каждой стены, в которых потрескивали сухие дрова. Сама купальня занимала почти все пространство комнаты, оставляя совсем немного места для резного стола и пары кресел. От горячей воды поднимался пар, слышался плеск и игривый женский смех.

Император Карлит II возлежал в горячей воде, облокотившись о мраморный бортик, в чем мать родила. Это оказался моложавый мужчина с заметными залысинами, щегольски завитыми усами и жилистым телосложением, насколько удавалось судить сквозь неверную рябь воды. С первого взгляда о нем было можно сказать немного – разве что то, что он беспредельно самоуверен, безудержно сладострастен и абсолютно незнаком с понятиями о стыде. К императору льнули две молодые женщины, блондинка и брюнетка, тоже совершенно голые и не явившие ни тени смущения, когда в купальню ворвались пятеро стражников, волокущие арестанта. Вместо того чтобы с визгом выскочить из бассейна или хотя бы стыдливо нырнуть под воду, обе женщины окинули вошедшего Брайса оценивающим взглядом, а одна из них, светловолосая, сладостно облизнула губы и небрежно заправила за ухо влажный светлый локон. Брайс увидел ее ухо: длинное, заостренное в верхней части. Блондинка была эльфийкой.

– Все вон, – сказал император Карлит. – Нет, дорогуши, вы пока останьтесь. А остальные вон.

Стражники, поклонившись, удалились, и так же молниеносно ретировался слуга, стоящий в углу наготове с ворохом меховых полотенец. Брайс остался один на один с императором Карлитом. Ну, почти один на один.

– Познакомьтесь, леди, – сказал Карлит, глядя на Брайса снизу вверх. – Это и есть тот самый митрильский полукровка, который отсек тупую башку моего дорогого племянника Доркаста.

– Какой хорошенький, – вздохнула светловолосая эльфийка, в то время как брюнетка лишь молча пожирала Брайса глазами. Он привык к вниманию женщин, но, сказать по правде, в этот момент почувствовал себя несколько неуютно. И не только из-за того, что у него по-прежнему были связаны руки.

– Ну, он определенно подурнеет, когда я насажу его голову на кол, как обещал, – сказал Карлит, однако в голосе его звучала вовсе не угроза и уж тем более не ненависть. Всего лишь задумчивость.

Все-таки не гневлив. Все-таки умен.

– Я бы преклонил колено и приветствовал ваше императорское величество согласно этикету, но мне немного несподручно, – сказал Брайс.

Карлит благодушно приподнял брови.

– Так за чем же дело стало? Помоги ему, дорогуша.

Светловолосая эльфийка, к которой он обратился, с готовностью выскользнула из объятий императора и ловко, как русалка, подплыла к противоположному краю купальни. Подтянулась на сильных длинных руках и оказалась рядом с Брайсом, который едва не зажмурился от ее ослепительной, вызывающей наготы. Мокрое девичье тело влажно сияло в пламене свечей и камина. Эльфийка скользнула Брайсу за спину и накрыла тонкими пальцами его стянутые запястья. Он ощутил ее жаркое дыхание на своем ухе и невольно повернул к ней голову. Эльфийка гортанно засмеялась и вдруг куснула его за шею. Боги ведают от чего, Брайс в этот миг невыносимо ярко представил Сабрину – тот же низкий смех, то же будоражащее бесстыдство, та же наглость и неуловимая тень опасности в каждом движении. Веревка упала, и Брайс едва удержался, чтобы не повернуться к блондинке и не сгрести ее освободившимися руками.

– А нам, похоже, нравится один тип женщин, – одобрительно заметил Карлит.

«Тут что-то в воздухе… Магия? Или какие-то масла? Он что-то делает со мной, пока я здесь», – подумал Брайс, но, как ни старался, так и не смог определить точной природы дурмана, который накатывал на него, словно лава извергнувшегося вулкана, медленно подползающая к ногам.

– Я жду, – негромко сказал Карлит.

О чем он… Ах, да. Что ж, Брайса никто за язык не тянул.

Он опустился на одно колено, уперся ладонью в пол и склонил голову.

– Оставьте нас, леди. Ненадолго, – в голосе императора звучала тень сожаления, но приказ прозвучал недвусмысленно. Брюнетка тотчас выбралась из бассейна и присоединилась к блондинке, которая уже успела выйти за дверь.

– Никогда не следует мешать развлечения с делами. Увы, я не всегда следую этому правилу, – доверительно сообщил император Карлит коленопреклоненному принцу Митрила. – Вы можете подняться, милорд. Давайте-ка выпьем.

Когда Брайс выпрямился, то, к своему облегчению, обнаружил императора уже одетым: тот натянул нижнюю сорочку и запахнул поверх нее тонкий шелковый кафтан. Карлит самолично наполнил вином два кубка и приглашающе кивнул Брайсу на одно из двух одинаковых кресел. Более неофициальной обстановки нельзя и вообразить. И уж точно совершенно не так себе представлял Брайс эту встречу, которой предстояло решить и его собственную судьбу, и судьбу всего, что ему было дорого.

– Итак, вы убили моего племянника, – проговорил Карлит. – Моего наследника. Затем сожгли все живое вдоль наших с вами границ. После чего ваш брат-король заключил вас в тюрьму и собирался казнить. Но вы сбежали и не придумали ничего умнее, чем явиться сюда и сдаться мне. Признаюсь, я крайне заинтригован всей этой увлекательной историей и жажду узнать, в чем же подвох.

– Подвоха нет, сир. И вам это известно. Заподозри вы подвох, меня бы здесь сейчас не было, а моя голова торчала бы там, куда вы столь любезно обещали ее поместить.

– И все еще намерен сдержать обещание, – улыбнулся император. – Вы ведь не ожидали, что я и впрямь вас прощу, тронутый вашим раскаянием?

– Я не раскаялся, сир. И ничуть не сожалею о том, что убил имперского генерала, вторгнувшегося в мою страну.

– Так за каким же демоном вы сюда приперлись? – почти с восхищением спросил Карлит.

Брайс откинулся на спинку кресла. Он все еще ощущал легкое головокружение и странный дурман, колеблющийся в стенах купальни (кстати, возможно, отчасти этим дурманом объяснялось развязное поведение императорских любовниц). Но теперь, кажется, мог противостоять наваждению. Карлит, безусловно, собирается казнить его, но прежде выведает все, что только сможет. И у него есть для этого лучшие способы, чем банальная пытка.

– Я явился сюда, сир, для того, чтобы задать вашему императорскому величеству один вопрос. Чего вам хочется больше: мести или Митрила?