Mass Effect. Андромеда: Восстание на "Нексусе" - К. К. Александер

Слоан снова перевела взгляд на Танна:

– Вы сказали, что нормированию есть альтернатива.

– Да, есть. Я думал, она очевидна. – Ни одна из женщин не поймалась на его уловку, и он продолжил: – Настало время вернуть большинство членов нашей команды в криостазис.

Эддисон уставилась на него.

Слоан смеялась добрых десять секунд.

Джарун Танн вынес это как профессионал с холодной головой, каковым он себя и считал. Когда смех Слоан смолк, он продолжил:

– Их вывели из стазиса, чтобы они помогли нам справиться с насущными угрозами. Они справились с этой задачей. С этим согласны все. Вполне разумно будет вернуть их в состояние стазиса, пока мы не получим первый урожай из гидропоники. – Он стрельнул глазами в Слоан. – Я не понимаю, что такого смешного в этой идее.

– В последний раз, когда мы вводили людей в стазис, мы это делали в наказание за тяжкое преступление.

– Я не вижу, как это связано с нынешней ситуацией.

– Танн, несмотря на относительное спокойствие, в нашем обществе достаточно дерьма. Поверьте мне, люди меньше всего хотят возвращаться в капсулы. Они уже пробудились. И хотят оставаться в этом состоянии. Если мы захотим вернуть их в стазис, то это придется делать силой.

– Тогда мы спросим, есть ли добровольцы.

– Если из той тысячи, что работает сейчас, наберется десяток, то я удивлюсь.

Ее реплика заставила его встать и начать расхаживать по импровизированному конференц-залу.

– Может быть, тут уместно будет предложение Эддисон. Речь Гарсон может напомнить им о жертве, на которую они пошли. К тому же, могу добавить я, они один раз уже побывали в состоянии стазиса, и ничего с ними не случилось.

– Ну конечно, – саркастически сказала Слоан. – Выживаемость в стазисе стопроцентная.

– Вы понимаете, что я имею в виду.

Короткое молчание нарушила Эддисон:

– Ну, спросить-то можно, не так ли?

Слоан встала:

– Нет. Нет, черт побери! Поверьте мне, этот номер просто так не пройдет. А с угрозой нормирования продуктов, стоящей за таким вопросом, включится инстинкт самосохранения.

Некоторое время все молчали. Танн даже перестал ходить и прислонился к стене.

– Я думаю, – сказала Слоан с явной неохотой, – альтернатива состоит в немедленном введении нормирования, но из этого тоже ничего хорошего не выйдет. – Она потерла виски. – По крайней мере, если мы спросим про добровольцев, это облегчит нам задачу.

Танн кивнул:

– Договорились. Я принял решение. Сегодня вечером мы дадим возможность Джиен Гарсон напомнить всем, почему мы здесь и о тех жертвах, которые мы принесли. После этого я призову персонал добровольно откликнуться на наш призыв.

– Вы словно пытаетесь убедить себя.

Танн моргнул.

– Наверное, нам всем не помешает небольшое напоминание о том, почему мы здесь, как вы думаете?

Слоан пришла в один из жилотсеков и села за обеденный стол со случайной группой людей, а не со своей командой. Поначалу ее соседи довольно оживленно беседовали меж собой: двое рабочих-кроганов, ассенизаторы и вкрадчивая азари, которая молча тыкала вилкой в еду.

Когда Слоан разговорила на последнюю, доктор Аридана сообщила, что пыталась отремонтировать ведущие сенсоры и выяснила, что проблему не удастся решить до прибытия одного из ковчегов с запасными частями.

– Если, конечно, они не в таком же, если не худшем, чем мы, состоянии.

Слоан закончила есть и направилась к двери, чтобы при первом признаке беспорядков вызвать свою команду. Пока она шла, ожило несколько экранов, развешенных в разных частях жилотсека, и на них появилось лицо Гарсон.

По залу пробежал шепоток, и в воцарившейся затем тишине громко зазвучал голос их лидера. Слоан подумала, что это одна из величайших речей в истории. Вдохновенная, умная и в то же время «надувающая тебя разом, словно через клизму, газом счастья», как говаривал ее старый шеф на одной из станций. Как бы то ни было, каждое слово Гарсон звучало искренне.

Потом появился Танн.

– Мудрые слова нашего бесстрашного лидера, – нескладно начал он. – Может быть, поаплодируем? – Он захлопал. Никто его не поддержал, но саларианец не мог этого знать. Бедняга хлопал целую минуту, потом продолжил: – Я бы попросил Джиен Гарсон обратиться к вам всем сейчас, но она, увы, мертва.

О черт!..

– Если мы не будем осторожны, то умрут и многие из нас.

«Черт побери, Танн, что ты несешь?» – пробормотала себе под нос Слоан.

– Многие из нас умрут, если иссякнут съестные припасы. – Танн несколько секунд смотрел в камеру. – Мы добились громадного прогресса за последние несколько недель, и я с радостью сообщаю вам, что статус чрезвычайной ситуации отменяется. В признание этого факта и по причине быстро иссякающих съестных припасов ваше временное руководство просит волонтеров вернуться в криостазис. – Он помолчал немного, потом добавил: – Вы заслужили небольшой отдых, верно?

Даже если обращение было бы составлено правильно, Слоан сомневалась, что на него кто-нибудь откликнулся бы. А в таком варианте его либо проигнорируют, либо высмеют. Директор службы безопасности уже слышала смешки из разных мест в зале. Она взяла какую-то бутылку из их «быстро иссякающих съестных припасов» и кратчайшим путем направилась в свою комнату.

Слоан приняла душ, почувствовала, что лекарство от похмелья начало действовать, надела чистую одежду, нацепила на руку омни-инструмент. Вчера вечером она напилась (и напилась до беспамятства) в попытках утопить в алкоголе тот ужасающе неловкий момент, которому была свидетелем.

Понятно, что алкоголь не особо помог. Теперь, увидев шестнадцать сообщений на своем экране, Слоан могла только гадать, что пропустила.

Она проигнорировала их все и попыталась вызвать Танна. «Может, что и получится». Она спрашивала себя, заметил ли кто-нибудь островок логики в этом океане плохо подобранных слов.

– Доброе утро, – сказал Танн, и по его голосу ей все стало ясно.

Но тем не менее она спросила:

– Что, все настолько плохо?

– Настолько.

– Сколько добровольцев?

Секунда молчания.

– Ни одного.

– Ни одного?

– Как вы и предсказывали, добровольцев вернуться в стазис не нашлось. Ни одного вообще.

– Черт!

– Нет, один все же был.

– Да?

– Но затем сказал, что ошибочно выбрал этот вариант, и отказался.

Слоан не нашла, что сказать.

– Вы должны быть довольны, – продолжил Танн.

– Нет-нет, – ответила Слоан. – Чему тут радоваться? Я предполагала такой исход, но не собираюсь еще больше портить вам настроение. Однако в следующий раз я бы вам советовала при составлении речи обращаться к кому-нибудь за помощью. Эта была… не самой удачной.