Диверсант. Дорога домой - Алексей Юрасов

– Чего встал?! – Тычок в спину возвестил о том, что за мной пристально следят.

Я сгорбился, сжал зубы: ничего, пока терплю. Посмотрел на свои руки. Непривычные, на них появились первые волдыри. Нужно их чем-то замотать, иначе к вечеру просто не смогу сжать нормально кулак.

Оторвав зубами часть рубашки, перемотал ладони и вновь взялся за лопату. Солнце немилосердно жгло спину, на небе ни облачка, в такую погоду лежать бы где-нибудь на море, а не пахать рабом на немцев. Но это всё мечты!

– …не могу! – Крик соседа оторвал меня от мыслей про солнце, и я повернулся в его сторону.

Худой, высокий как жердь мужчина отбросил лопату в сторону и побежал к забору.

– Куда? Стой! – Кто-то из своих попытался перехватить его, но не успел. Пальцы вместо ноги ухватили воздух, и собрат по несчастью растянулся на земле.

Рядом со мной лязгнул затвор.

Один из охранников вскинул автомат, навёл его на бежавшего. А я стоял и смотрел…

Казалось, ещё немного, и бедолага добежит до своей цели, но в этот момент сухо щёлкнул одиночный выстрел. Мужчина споткнулся, упал, но поднялся, сделал ещё пару шагов и… снова упал. Лицом вниз.

– Добегался! – Ольшак подошёл к мертвецу и носком сапога перевернул его, смотря ему прямо в лицо. – Свинья!

Я сжал кулаки. В этот момент хотелось порвать их всех, но я понимал: дёрнусь и повторю судьбу только что убитого мужчины.

– Ну чего застыли? Или вас тоже нужно стимулировать? – Сержант развернулся и дал короткую очередь в небо. – Живо копайте! – заорал он.

Заключённые вздрогнули, схватили лопаты и принялись рыть сухую землю дальше, боясь даже поднять головы.

– А ты что, ждёшь особого приглашения, французик? – Ольшак подошёл ко мне, пристально глядя в мои глаза. – О как смотришь! – Он усмехнулся, затем кивнул в сторону покойника. – Хочешь слегка пробежаться?

Я покачал головой.

– Ну, тогда заканчивай зыркать и копай дальше! Твоя норма увеличена на одну яму. Не справишься, останешься без ужина!

Я проводил его ненавистным взглядом. Вот сука! Ничего, наступит праздник и на моей улице. Я взял лопату и воткнул её в землю.

– Эй…

Я повернулся на голос.

Павел копал рядом, делая вид, что работает, на самом деле он обессилел настолько, что еле стоял.

– Тебе плохо? Помощь нужна?

– Нет, благодарю. – Он улыбнулся. – Мне всего лишь нужно отдохнуть.

– Тебе бы не мешало ещё и поесть.

– Да, ты прав. – Он опёрся на лопату. – Но дело не в этом! Мы здесь все долго не протянем! Сдохнем по одному, или нас всех вместе закопают в этих же ямах.

– И что ты предлагаешь? – заинтересовался я его словами.

– Нам нужно бежать! И чем раньше, тем лучше.

– Как ты предлагаешь это осуществить? – обвёл я руками лагерь. – Здесь кругом колючка, пулемёты, охрана. Мы не пройдём и пары метров. А закончить, как тот бедолага, я не хочу!

– И не надо! – Павел замахал руками. – У меня есть план!

Я скептически хмыкнул. Не то чтобы я хотел остаться здесь надолго, но и бездумно бросаться на пулемёты тоже не вариант! Послушаем его предложение, всё равно своего плана у меня пока не было.

– Раз в неделю нас вывозят на работу в лес. Мы рубим деревья, заготавливаем древесину для фабрик. Там охрана меньше. Можно рискнуть!

Я задумался.

Неплохой вариант!

Только вот наши тюремщики тоже не дураки. Они наверняка всё просчитали. И даже если там охраны меньше, то наверняка есть какие-нибудь ловушки. Иначе заключённые уже давно бы разбежались. Хотя, может, я всё усложняю? В любом случае рискнуть стоило. Подыхать здесь я точно не собирался. У меня ещё есть свои планы на будущее!

– Хорошо. – Я кивнул головой. – Интересное предложение. Но нужно всё обдумать! Вечером поговорим на эту тему. А пока сделай вид, что работаешь. Я помогу. Главное, не стой!

Павел усмехнулся и взялся за лопату. Комья земли полетели в разные стороны.

Так незаметно стало темнеть. Тюремщики ходили всё время рядом, злобно поглядывая в нашу сторону, о чём-то переговариваясь. Изредка кто-то подходил и подгонял заключённых ударом либо приклада, либо кнута.

Я видел всё это и не мог поверить своим глазам. Словно попал не в двадцать первый век, а в какое-нибудь средневековое государство, где царил рабовладельческий строй! В моём сердце зрела ненависть.

Нет!

С этим надо кончать!

Я со всей яростью вгрызся в землю, как будто бы это были мои враги. Я готов был рвать их голыми руками, зубами!

– Хватит!

Голос охранника вывел меня из этой горячки. Подняв голову, огляделся вокруг.

Заключённые кто сидел, кто лежал, не в силах подняться. Павел совсем был плох. Я подошёл к нему, подал руку.

– Вставай! Если они увидят, что ты слаб, прикончат, а нам с тобой надо ещё отсюда вырваться!

Он улыбнулся, опёрся на мою руку и медленно поднялся с прогретой за день земли.

– Как трогательно! – Ольшак подошёл к нам и, усмехнувшись, обозрел дело наших рук. – Прям как в кино! Вам ещё обняться, и счастливый конец будет обеспечен!

Он толкнул Павла.

– Встать в строй!

Мы зашевелились и построились в неровную шеренгу. За день сил было потрачено много, поэтому всем хотелось как можно поскорее закончить и разойтись по камерам. Но надсмотрщики так не считали!

– А теперь подведём итоги! – Ольшак стал проверять нашу работу. – Ты, ты… – Он проходил мимо строя, тыкал пальцами в выбранного заключённого, и их выводили из строя. – Ничего сегодня не сделали!

Глаза заключённых округлились.

– Поэтому никакой еды сегодня не получите!

– Но господин… – осмелился протестовать один из стоявших, но тут же получил удар ногой в пах. Согнувшись, он застонал и повалился на землю.

– Десять ударов плетью, – приказал Ольшак своему помощнику, стоявшему рядом. – За неподчинение. Остальные получают обычную пайку! Кроме тебя.

Он подошёл ко мне.

– Ты сегодня неплохо работал, но задачу не выполнил. Я же сказал, что тебе добавляется ещё одна яма.

Я буквально сверлил сержанта глазами. Но тот не обратил на это никакого внимания.

– За невыполнение нормы я лишаю тебя ужина. Если такое повторится, то в следующий раз отправишься в карцер. – Сержант усмехнулся, затем повернулся к остальным. – А теперь шагом марш по камерам!

Охранники забегали, тычками и ударами быстро навели порядок в строю, и мы зашагали обратно к зданию тюрьмы. Шли медленно, кто-то впереди споткнулся и упал на землю, его быстро подняли и, пару раз надавав по рёбрам, поставили обратно в строй. Остальные сразу же зашевелились быстрее.