Маги без времени - Сергей Лукьяненко

– Добрый вечер, – сказал я в темноту, заполнившую зал Совета. – Точнее – доброй ночи… госпожа Мирарек Ридор. Простите, что потревожил ваш отдых.

Темнота шевельнулась, и из-за древа вышла женщина. Медленно обогнула стол, подошла ко мне. Она была немолодой, но, пожалуй, выглядела младше меня – пожилая женщина с гладко уложенными седыми волосами, в простом белом платье, с амулетом на серебряной цепи. Я сразу впился взглядом в амулет; почему-то я думал, что он будет таким же, как у Акса Танри.

Но это была всего лишь стилизованная руна Перт – руна постижения новых знаний и руна женского божества.

– Как ты меня узнал, юный маг? – спросила она.

Голос у нее был нежный и звонкий, внешность – немолодой женщины, а назвать меня юным могла только древняя старуха.

– Я ещё мальчишкой размышлял, почему Тёмный Властелин не завоюет Север, – сказал я. – Всё-таки Север слаб, здесь живёт мало людей, но в Рунном Древе много знаний. Я бы обязательно завоевал. И я подумал, что Север ему чем-то дорог. Может, он родом отсюда. Или здесь живёт кто-то, кого он обещал не трогать. Например, свою любимую.

Мирарек с любопытством смотрела на меня.

– А потом я прочитал ту статью, в альманахе, – сказал я. – Понял, что вы не просто писали её вместе, не только обсуждали и размышляли вдвоём, а что вы были близки. Там будто слышно, как вы спорите, – я точно так же спорю со своей женой, с Мирой. Её ведь назвали в вашу честь, знаете? Танри был с запада, а вот вы – с севера. И когда вы с ним поссорились, после войны, вы вернулись на свою родину. А он пообещал вас не трогать. И целый век хранил своё слово.

– Ты умный мальчик, – сказала Мирарек.

Я засмеялся.

– Да какой там умный. Был бы умный, так сидел бы, не высовывался. А не стоял бы перед вами с седой бородой и трясущимися ногами. Зря я попросил этот альманах. И зря вы его сохранили.

– Даже не думала, что он уцелел, – призналась Мирарек. – Впрочем, там же нет ничего конкретного. Теоретические изыскания.

– Да, на тему того, как повернуть время вспять, – сказал я. – Но там есть о чём подумать. Вам повезло, что началась гражданская война и все отпечатанные книги погибли.

Мирарек засмеялась.

– Повезло? Какой же ты всё-таки наивный, Грисар! Мы с Аксом начали восстание, чтобы уничтожить эту книгу. Наша теория слишком быстро превратилась в реальность… мы поняли: ещё год-другой – и рунные маги поймут, как можно работать со временем. Что волшебники станут бессмертными, что единственное ограничение нашей силы исчезнет! Представляешь, что бы тогда началось?

Я покачал головой.

– Ты то ли всё-таки глуповат, то ли удивительно наивен, – сказала Мирарек. Отодвинула от стола один из стульев, села. Махнула рукой. – Садись, у тебя и впрямь колени дрожат. Полагаю, не из-за страха, от усталости… Если наш секрет стал бы общим достоянием, бессмертные маги шатались бы по всему миру, нападая друг на друга и высасывая чужое время. Сейчас люди уважают нас, ибо знают, что мы платим за волшебство жизнью. А так они бы нас ненавидели и уничтожали при первой возможности!

Подумав мгновение, я сказал:

– Тогда вы поступили правильно. Да и король был тираном…

– Король как король, – отмахнулась Мирарек. – Все они такие. Ещё лет пять – умер бы от пьянства и разврата. Но нам надо было захватить столицу, уничтожить библиотеки, получить полную власть и отследить каждый выпущенный альманах… и убить тех, кто его уже прочитал. Там, в Великой войне, мы забрали жизнь королевских магов и своих же товарищей. И обрушили волшебство на головы простых людей.

Мы молчали, сидя на краю маленького круга света, Мирарек внимательно смотрела на меня, а я пытался решить, что же такого сказать, чтобы выйти отсюда живым.

– Жаль, что Акс Танри придумал эту руну, – сказал я.

– Руну написала я, – холодно сказала Мирарек. – Акс разработал теорию, я всегда была практиком… впрочем, это неважно. Я уехала в Рунное Древо. Повелитель остался править Тёмной Империей. Но я знала, всегда знала, что это лишь передышка. У нас разные подходы, видишь ли. Я правлю этим городом уже сотню лет, я практически не скрываюсь, но никто не заподозрил, что глава Совета рунных мастеров не меняется. Меня считают собственной внучкой и знаешь почему?

Я помотал головой. Того, о чём она говорила, быть не могло. Кто-то обязательно догадался бы.

– Все думают, что бессмертный обязательно будет молодым, ты же сам это понимаешь! Старуха не вызывает подозрений. А никто из членов Совета рунных мастеров не задерживается здесь больше десяти лет, чтобы понять происходящее.

– Зачем вы мне это говорите? – спросил я.

– Чтобы ты знал – я не смогу отпустить тебя живым, – сказала Мирарек. Вздохнула: – Очень, очень жаль. Ты толковый волшебник. Смелый, удачливый, умеющий беречь время и тратить его. Но такие тайны не доверяют никому, а уж тем более магам. Где медальон Акса?

– У меня его забрали, – сказал я. – Изменённые, в Низинном Княжестве. Полагаю, он у повелителя.

– Но ты запомнил руну?

– Да, конечно.

– У Танри всегда была плохая память на сложные фразы, – сказала Мирарек и улыбнулась чему-то своему, давнему. – Я не советовала ему делать копию руны, но он боялся перепутать знаки в бою. Это стало его большой ошибкой… Долго ты собирался изображать из себя старика, Грисар?

– Я и есть старик!

– Почему не используешь руну? Почему не станешь молодым?

– Потому что не знаю, как она работает! – почти выкрикнул я.

Мирарек широко раскрыла глаза. А потом рассмеялась.

– Вот оно что! А я не могла понять, все эти годы… считала, что ты избрал мой путь, терпишь, чтобы в какой-то миг исчезнуть и вернуться молодым… Как смешно, рунный мастер Грисар!

– Ничего смешного, – сказал я зло. – Проживи я хоть лет пятьдесят, настоящих лет, я бы разобрался. Но, видимо, не получится.

– Нет, – покачала головой Мирарек. – Ты же сам понимаешь. Твоя жена, она знает руну?

– Не знает.

– Врёшь, – вздохнула Мирарек. – Жаль. Но у тебя есть маленькая дочь, и я обещаю, что оставлю её в живых.

– Спасибо, – сказал я. – За это спасибо.

– Но не надейся, что она отомстит за тебя, когда вырастет, – сказала волшебница. – Способ я использую сложный, но добрый.

Кажется, ей хотелось поделиться со мной этим «сложным, но добрым способом», и по всему выходило, что стоило ей это позволить и прожить ещё несколько лишних минут. Но мне стало невыразимо противно, что эта древняя волшебница, оказавшаяся ничуть не лучше Тёмного Властелина, использует меня как подушку, которой юные девушки доверяют свои мечты.

– Мне достаточно знать, что она будет жить, – сказал я. – Чего уж там. Не тяните, госпожа глава Совета рунных мастеров.