Золото - Олег Борисов

В дверь тихонько поскреблись. Судя по всему, это был охранник, совмещавший должность «сбегай-подай-принеси» днем с ночным приглядом за мастерской. Заодно и жил там же, существенно экономя на съеме угла в доходных домах. Давным-давно выучив привычки хозяина, вышибала вряд ли стал беспокоить по пустякам.

– Да?

В приоткрытую дверь заглянула бородатая рожа, с вечным выражением великой скорби в прикрытых припухшими веками глазах:

– Говорит, ваш старый друг, хозяин. Слово старое сказал. Я его пока на улице оставил обождать.

– Как выглядит?

– В плаще закутан, но на лицо – франт. Бритый чисто, одеколоном от него пахнет. Усики тоненькие и шрам на верхней губе.

Вздохнув, Мос подвел итог незаконченной работе:

– Веди, помню такого. И вина подай с сыром, что с обеда осталось.

– Так вы бутылку почти допили, хозяин.

– Вторую под прилавков возьми. А початую можешь себе на завтра оставить…

Аккуратно сложив все детали в мягкую тряпку, Йоннохан прибрал на столе и уложил незадачливую шкатулку на свободное место на верхней полке. Затем повернулся к ночному гостю, переступившему через порог, и распахнул объятия:

– Здравствуй, Карл! Давно тебя не видел!

Через полчаса на столе от угощения остались лишь мелкие сырные крошки и два пустых бокала рядом с узконосой бутылкой. Обсудив общие городские новости, капитан пиратской шхуны добыл из кармана кошель и начал выкладывать тяжелые золотые кругляши на середину стола:

– Помнится, когда я просил тебя бумаги найти, ты обещал все оформить по высшему разряду.

– Так и было, – насупился пузатый любитель механизмов.

– А вот Мориус Ар лишь посмеялся, когда меня хотел на дыбу отправить. Пообещал эти бумажки мне же в глотку забить, да еще раскаленным свинцом сверху залить. Чтобы не думал, что я самый умный.

Мос сердито ощерился в ответ:

– И что ты хотел тогда? Ввалился под утро с погоней на хвосте и мечтал любым способом воров с Вимстерра с загривка стряхнуть. Где мог, там тебе фермерский патент и достал!

– Я не в обиде, Йоннохан. Просто у меня есть к тебе деловое предложение. После которого двум старым приятелям можно будет уехать куда-нибудь южнее и больше не привлекать ненужного внимания. Или вообще – податься за перевалы в те земли, где вместо летающих островов сплошная твердь и не задают лишних вопросов, откуда у тебя столько золота. И при этом совершенно не хочется, чтобы какая-нибудь глупая запятая в подорожных документах вызвала лишние вопросы.

– Это будет стоить, – тут же отозвался толстяк. – И есть у меня на примете один человек из королевской канцелярии, который оформит не просто бумаги, а проведет их по всем нужным талмудам, создав надлежащую историю от рождения до наших дней.

– В тысячу за одну фальшивую душу уложится?

– Если месяц ему дать – то вполне. И все документы сделает как надо, и лишнего внимания не привлечет.

– Тогда половина с меня – в задаток, вторая половина после того, как все будет готово. За себя – платишь сам.

Задумавшись, хозяин мастерской прикинул в уме только ему известные тонкости тайных взаимоотношений и кивнул:

– Годится. Но я должен знать, ради чего мне шею под топор палача подставлять. Что ты задумал?

Тихо рассмеявшись, Карл наклонился вперед и прошептал:

– Скажи мне, как там продвигаются твои дела с подкопом под королевский банк? Успешно?

– Тьфу на тебя, – рассердился Мос и раздраженно попытался вытряхнуть последние капли вина в бокал. – Нашел, о чем вспоминать.

– Так я всегда знал, что ты изображаешь старую развалину с мечтой о настоящем деле. Значит, подкоп не удался.

– Почему? Просто из того подвала все ценное перенесли в другое место. А нам достались лишь бухгалтерские книги и выписки по налогам. Посмотрели, каждый ящик проверили и аккуратно все за собой закрыли. Думаю, охрана про наш визит до сих пор не в курсе… Так что там за дело, Карл?

Ткнув пальцем в десять золотых на столешнице, гость начал объяснять:

– Каждую вторую монету из налогов оставляют на местах. Иногда разворовывают, иногда в дело пускают. Значит – минус две.

Отодвинув два кругляша, продолжил:

– Еще три монеты забирает местный барон, граф или еще какая шишка на личные нужды. На ремонт дорог, городских стен, выплату охране и прочее. А пять оставшихся уходит в казну… Но!

Карл собрал все монеты в кучу и погрозил пальцем собеседнику:

– Раз в год перед весенним равнодействием в столицу приходят три галеона. С отличной охраной. В разное время, чтобы никто не подстерег заранее где-нибудь у скромного лесочка… В них вывозят разные собранные недоимки и пожертвования церковников. Плюс туда до кучи сгребают собранные штрафы. Остатки по разным выплатам. Сэкономленные премиальные служивым и прочее. Я когда мотался по разным закоулкам, двух чиновников показательно на ремни распустил, что посмели в эту казну лапу запустить. Так что Барб Собиратель эти деньги получает всегда и без потерь.

– Золотые галеоны? Слышал.

– А примерную сумму знаешь?

В комнате повисла тишина, которую нарушали лишь потрескивания фитилей в лампах. Подождав с полминуты для большего эффекта, Карл припечатал:

– В этом году повезут казну с северов, страхуясь от возможной войны. Ожидают, что на одном из трех галеонов будет мил-ли-он… Ты можешь представить себе такую прорву золота?

Уронив пустую бутылку, Йоннохан нашарил под столом кувшин с холодной водой, которой иногда промывал грязные детали, и отхлебнул прямо из широкого горлышка. Потом откашлялся и просипел:

– Так не бывает… Это сколько же надо сундуков загрузить под такую кучу денег?

– Много… Треть команде, треть мне и треть тебе… Возможно, будет даже чуть больше. Я думаю, хватит на обеспеченную старость. И мой человек в порту божится, что даст точную дату, когда каждый из трех галеонов ждут в столице. И на каком именно нас ждет обеспеченное будущее… Как тебе – хорошее дело я старому другу предлагаю? Это тебе не кротовьи норы к траченным крысами бумагам копать…