Новая Зона. Воды Рубикона - Григорий Елисеев

Хирам усмехнулся столь лестной характеристике.

– Как скажете, командир Вагнер, – откликнулся боец, и наемники, перебросив автоматы за спины, разошлись по освещенной догорающим джипом площадке.

Двое закурили, еще один взобрался на невысокий пригорок и принялся изучать окрестности в бинокль.

– Послушные ребята, – кивнул Хирам. – Где ты их нашла?

– Это сейчас абсолютно не важно, Стас, – с легкой улыбкой ответила девушка.

– Не называй меня так, – поморщился Хирам. – Я оставил ту жизнь среди радиоактивных болот и гнилых деревень. Пустил ей пулю в лоб и закопал под энергоблоком. Я теперь скромный ходок по прозвищу Хирам. Станислав Луговой? Фанатик Зоны? Командир звена братьев, охраняющих подземелья Припяти? Не, никогда не слышал.

Мария Вагнер звонко рассмеялась. В ее глазах блестел все тот же задорный огонек, как шесть далеких лет назад. Хирам почувствовал, как у него от страха похолодела спина и по всему телу от возбуждения выступил пот.

Высоко в небе, помигивая огнями, беззвучно проплыл авиалайнер.

– Ты, вероятно, забыл, кто дал тебе это имя и твою новую личность? – осведомилась, все так же улыбаясь, Мария.

Хирам вспомнил скрип пружин в продавленной койке в армейском бараке наемников частной военной корпорации «Феникс», расквартированных в Зоне для охраны научной экспедиции. Вспомнил запах волос Вагнер, ее улыбку и бездонные карие глаза. А затем вспомнил, с какой легкостью два ножа входили в горла сталкеров, рискнувших атаковать базу, и как на темно-синий комбинезон наемницы летели брызги крови. Хирам именно тогда, защищая ученых, пытавшихся спасти остатки его разума от оков контроля громадного черного артефакта, стоящего на ЧАЭС, понял – скорее всего в случае провала убивать его пошлют именно ее. Ту, которая подарила ему второй шанс. Ту, которая поверила в него. Ту единственную, которую он действительно по-настоящему любил.

Мария продолжала улыбаться.

– Нет, я не забыл, – кивнул Хирам. – Я вообще никогда и ничего не забываю.

– Значит, ты помнишь, что мое руководство пообещало вызвать тебя, когда им понадобится твоя помощь.

– И что же, момент настал? – Хирам посмотрел на догоревший джип и, поняв, что ему никто не собирается препятствовать, потащил четвертый труп к яме.

– Именно… Хирам. Пришло время вернуть Фениксу должок.

– И что же вы от меня хотите? – Сталкер вытер пот со лба и посмотрел на Марию.

Девушка вытащила из поясной сумки планшет и, включив его, подошла к Тревису. На экран была выведена нечеткая фотография. На ней вполоборота стоял молодой сталкер в камуфляжной куртке и с АК-103 в руках. Темно-русые волосы, пара шрамов на лице, щетина на подбородке. На поясе детектор аномалий, за спиной рюкзак.

– Кто это? – поинтересовался Хирам, глядя на фото. – Я должен его знать?

– Вряд ли. – Мария сменила несколько изображений, демонстрирующих неизвестного сталкера. – Это один из людей твоего давнего друга Декарта.

– Рене? – Хирам приподнял бровь. – Он что же, вернулся в Зону?

– Нет, теперь у него своя небольшая контора, обслуживающая интересы военных и частные заказы в Москве. – Вагнер провела пальцем по сенсорному экрану, открывая все новые фотографии. – Это профессиональный сталкер Роман Нестеров, один из лучших людей «Декартовых координат».

– И что теперь? – осведомился Хирам, подтащив последний труп к краю могилы. – От меня-то вы что хотите?

– Роман Нестеров, – вздохнув, произнесла Вагнер, – представляет угрозу для всего человечества. Организация «Обсидиан» собирается использовать его для создания планетарной Зоны. Он уже сейчас является ходячей бомбой замедленного действия. И когда ее активируют, известно лишь Наставникам…

– Подожди-подожди! – Хирам помотал головой. – Кто… Что такое «Обсидиан»? И кто такие, мать их, Наставники?

– «Обсидиан» – это они. – Девушка поставила ногу в армейском шнурованном ботинке на грудь псевдоагента ФБР. – А Наставники – это те, кто прислал этих ребят к тебе.

Вагнер толкнула труп, и мертвое тело скатилось на дно ямы.

– Понятно, – соврал Хирам. – А на кого ты работаешь сейчас?

– Феникс сейчас сотрудничает с твоими бывшими хозяевами.

– Но… Но они же все уже девять лет как мертвы! Их убил тот сталкер с меткой на руке!

– Люди, может быть, и мертвы. А вот идеи и ноосфера остаются… – загадочно улыбнулась Вагнер.

– Ладно, – пробормотал Хирам, чувствуя, что он вот-вот будет втянут в какую-то гадкую игру, из которой навряд ли выберется живым. – А от меня-то вам что нужно?

– Все очень просто. – Вагнер положила руки на плечи Хираму и слегка наклонила голову набок. – Через три с половиной часа мы вылетим в Москву. И там нам придется приложить все возможные усилия, чтобы Роман Нестеров умер прежде, чем из-за него наступит конец света.

* * *

Роман открыл глаза и, сев на кровати, потер переносицу.

Охваченная огнем Москва. Аномалии на улицах. Военный кордон вокруг города. Вертолеты с выжившими и надписи SOS на крышах. Десятки тысяч пропавших без вести.

Нестеров крепко растер ладонями лицо и пару раз моргнул.

Ослепительная белизна карантинного бокса вновь напомнила, что эти видения – отнюдь не кошмарный сон.

На соседней койке заворочался в полубреду Павел. Брат звал кого-то по имени, но слов было не разобрать. Роман выругался и вновь повалился на жесткую подушку.

Всех, кто выбрался из города, военные поместили в строгий карантин. Комплекс располагался где-то в Зеленограде и, насколько понимал Роман, уходил на сотни метров под землю. Что наводило на неприятные мысли о том, что власти, скорее всего, догадывались о возможности прорыва Зоны в области столицы и постарались подготовиться загодя.

Роман откинул ослепительно-белое одеяло и соскочил с койки на пол, прошелся по небольшой комнате, куда их с братом поместили, и, отодвинув пластиковую ширму, оказался в ванной.

Наклонившись над раковиной, быстро сполоснул лицо и посмотрел на себя в зеркало.

– Н-да… Непрезентабельное зрелище…

Старший Нестеров заметно осунулся и похудел. Под глазами появились темные мешки, в зрачках виднелись красные линии лопнувших сосудов. Одет он был в легкое белье, похожее на пижаму, такого же тошнотворно-белого цвета, с номером на груди и спине.

Роман сплюнул в раковину и, вернувшись в комнату, посмотрел на висящую под потолком камеру видеонаблюдения. Помахал рукой кому-нибудь, кто, возможно, был на той стороне, и, сняв с прикроватной тумбочки пульт, включил телевизор.

Затем прошел на середину помещения и принялся делать зарядку. Конец света – концом света, а поддерживать себя в форме все-таки необходимо.

На забранном решеткой плоском экране шли новости. Бегущая строка сообщала о выборах в Египте. Изображение показывало горящий Стамбул. Стоящий спиной к охваченному огнем городу репортер в каске и бронежилете сообщал о формировании еще одной Зоны.