Холодные звезды (сборник) - Сергей Лукьяненко

В радужном коконе силовых полей, в аду термоядерных взрывов и протонных детонаций, истыканная лазерными рапирами – «Серебряная Роза» ждала приказа. Ждала, медленно удаляясь от гиперканала на той остаточной скорости, на которой входила в канал у Гедонии.

– «Серебряная Роза» – экипажу. По моим расчетам через три реальных секунды интенсивность атаки понизится, и мы обретем свободу маневра.

– Твои предложения? – опережая Демьяна, сказал Алекс.

– Разворот, всю энергию на кормовые щиты, уход в гиперпространство. Большая потеря энергии, генераторы поля перегреты. Бой нецелесообразен.

– Демьян? – спросил Алекс.

Если боец согласится с решением Розы… тогда… что он сделает тогда? Отдаст приказ на самоубийственную атаку? Согласится бежать?

– Даю вводную, – произнес Демьян. – После появления свободы маневра – курс в открытый космос. Двигайся так, чтобы станция Обслуживание-7 максимально долго прикрывала нас от одного дредноута…

В виртуальном пространстве яркая метка обозначила один из дредноутов.

– Залп протонными торпедами по дредноуту-2, – продолжал Демьян, помечая жертву. – Маневр сближения с дредноутом-3, встречный бой. Детализирую…

– Данный маневр имеет смысл лишь в том случае, если дредноут-2 будет выведен из строя, – холодно заметила Роза.

В голосе Демьяна прозвучал металл:

– Постарайся, чтобы он был уничтожен. Это – твоя работа!

– Да, клинч-коммандер, – мгновенно ответила Роза.

Напрягшийся было Алекс расслабился. Роза не пыталась взбунтоваться или оспорить решения Демьяна. Пока – не пыталась. Всего лишь уточняла ситуацию.

– Капитан одобряет решения клинч-коммандера, – произнес он.

– Стратег одобряет, – подтвердила Вероника.

– Первый-пятый торпедные агрегаты – залп! – скомандовал Демьян.

Алекс уже его не слушал. Он управлял кораблем, выводя его в ту точку, где злополучная станция Обслуживание-7 прикроет Розу от дредноута-1. Станция – это десятикилометрового диаметра диск толщиной более ста метров. Это серьезная цель. Молотить по ней лазерами придется долго. Ракетно-торпедному оружию станция не помешает, но на это есть защитные системы «Серебряной Розы».

– Четвертый-восьмой ракетный комплекс…

Это смешно, но старая военно-морская терминология до сих пор в ходу. Есть ракеты, а есть торпеды – хотя и те, и другие двигаются в вакууме с помощью ракетного двигателя. Просто торпедами принято называть ракетное оружие большой мощности и способное к более длительному преследованию цели.

Смешно. Людям всегда недостает названий для оружия.

– Залп с опережением… даю координаты…

На расстоянии в десять световых секунд бой превращается не только в энергетическое противостояние – но и в схватку предвидения, в поединок интуиций. На таком расстоянии бессмысленно целиться из лазера в движущийся корабль, он успеет уйти на тысячи километров. Но вот если удастся предвидеть вражеский маневр…

– Шестой-десятый торпедный комплекс…

Алекс вывел корабль не просто в ту точку, где он был прикрыт от первого дредноута. Диск станции закрывал Розу еще и от второго! Замечательная позиция… можно вести лучевую дуэль с третьим кораблем, отстреливаясь от приближающихся ракет…

«Мудрое решение, капитан».

«В чем дело, Роза?»

Он почувствовал в голосе корабля то, к чему не привык. То, чего всегда боятся пилоты.

Разочарование.

Презрение.

Человеческие эмоции.

«Им придется полностью сжечь станцию. Но я полагаю, что тактически это оправданное решение».

Алекс задал вопрос, уже зная ответ:

– На станции есть люди?

– Да. Дредноуты уничтожают только выходящие из канала корабли. Станцию они не трогали.

– Капитан!

Алекс начал движение раньше, чем услышал крик Демьяна. «Серебряная Роза» выплыла из-под диска станции. Навстречу трем дредноутам и приближающейся своре ракет.

«Я оцениваю ваши действия как великодушные, но очень опасные, капитан. Мы потеряли все шансы победить…»

Вокруг дредноута-1 расцвели огненные цветы протонного распада. Алекс видел, как рвется метрика пространства – там, где одна за другой детонируют торпеды, вонзаясь в защитные поля дредноута…

Дредноут прекратил огонь – но он был цел. Он снова вступит в сражение – это лишь вопрос времени.

«Мы не можем подвергать людей опасности».

«Ваши моральные принципы так высоки, капитан?»

Он не хотел врать. И не мог – сейчас, когда его сознание было слито с разумом машины.

«Нет, Роза. Я… не испытываю долга по отношению к этим людям».

«Мы погибнем, капитан».

Она не боялась смерти. Наверное, это самое большое преимущество разумных машин – ни одна из них не боялась небытия.

«Я знаю. Но Демьян…»

«Я тоже знаю, капитан. Во время конфликта в системе Тирамису его брат-близнец Димитрий, командующий эсминцем „Буки-23“, использовал в качестве прикрытия пассажирский лайнер. Эсминец выполнил поставленные перед ним задачи, но пассажирский корабль был уничтожен. По приговору трибунала Московии Димитрий приговорен к выплате компенсации и отсроченной смерти. Пока Демьян выплачивает компенсацию за погибших – его брат жив».

Да, Роза и впрямь знала… кое-что… о своем клинч-коммандере – и его брате, допустившем фатальную ошибку в системе со смешным кулинарным названием. Кое-что, но далеко не все…

«Мы не подвергнем опасности станцию».

«Наши действия делают ход сражения предсказуемым, капитан. Мы лишаемся главного козыря – человеческого фактора в управлении».

«Я знаю».

«Мы погибнем».

«Ты уже сообщила эту информацию. Да, мы погибнем».

«Ки-кеоп, капитан Алекс».

Роза прекратила личную связь. Она оставалась послушной – корабль уходил все дальше и дальше от станции, в самоубийственный бой. Она просто перестала говорить с капитаном.

Ки-кеоп.

Достойная смерть.

Что ж, для созданного халфлингами корабля естественно перенять их взгляд на мир. Это будет достойная смерть – погибнуть, но не подвергнуть опасности людей, уже полторы сотни лет существующих в изоляции.

«Спасибо, капитан». – Это Демьян.

На них накатил первый вал ракет. Лазерные турели ближней защиты открыли огонь. Защитные поля мерцали, давая отдых перегретым генераторам и позволяя произвести залп. Миллисекундное несовпадение – и защитное поле пропустит вражеские ракеты к кораблю. Или «запрёт» внутри защитного кокона собственный лучевой залп. Тоже ничего хорошего.