Резистент - Милена Оливсон

– Да, конечно!

Быстро переодеваюсь и выбегаю во двор. Гарри успел собрать небольшую группу для тренировок: Ник, Олег и еще двое парней. Мы делаем два круга вокруг лагеря и возвращаемся, уставшие и запыхавшиеся, но довольные. В лагере как раз поджидает ужин.

– Где Кирилл?

– Пошел на холм, чтобы связаться с Пентесом, – отвечает женщина с короткой стрижкой, разливая по мискам суп. И добавляет: – Что-то он долго.

Не знаю, почему, но меня это настораживает. Может, Кирилл с дикарями встретился?

Я встречаюсь взглядом с Агатой и вижу ту же напряженность. Теперь мне ложка в рот не лезет. Но вот Кирилл появляется – злой, нервный. Что-то случилось.

– Что там? – взволнованно спрашивает Агата.

– Плохи дела, – ее брат садится на землю рядом и быстро ест свою порцию, как будто спешит. – Они объявили набор в службу охраны. Теперь любой мужчина сможет караулить Центр, а платят они хорошо.

– Бернев так рискует? Готов впустить посторонних?

– У него нет выбора. Прежняя охрана показала, что не способна даже удержать кучку Резистентов в лабораториях. Кай и Миша уже подали заявки.

Имена мне не о чем не говорят, но я продолжаю вслушиваться.

– Это же отлично! – восклицает Агата. – Будем знать обо всех планах охраны заранее.

– Как бы не так. У них целая система, в которой обычному охраннику никакой важной информации не доверят. Каждый знает только то, что необходимо.

– И как скоро закончится этот набор? – спрашивает Руслан.

– Не знаю. Но для того, чтобы набрать, снарядить и обучить людей, нужно хоть немного времени. Нужно выступать сейчас, пока они не готовы.

– Сейчас? – недоуменно переспрашивает Агата.

– Послезавтра. У нас с Русланом все уже давно распланировано. Одного дня должно хватить на сборы.

Агата сомневается, я вижу нерешительность в ее глазах. Но Кирилл прав: нужно ударить, пока они не готовы. Потом шанса может не быть.

– Послушай, еще не… – начинает Агата, но брат перебивает ее:

– Решение принято. Мы пойдем послезавтра вечером.

– Ты даже не посоветовался.

– Я не должен советоваться, Агата, я в состоянии решить сам.

Девушка замолкает: с Кириллом спорить бесполезно, он здесь все-таки главный.

– Агата, – мягко зовет ее Руслан, – пойдем, поговорим?

Они отходят от костра, Руслан обнимает невесту за талию. Не слышно, о чем они говорят, но лицо Агаты становится спокойным; они целуются. Они очень друг друга любят. Это заметно по взглядам, которые они бросают друг на друга, по жестам, обращениям. Когда парочка, держась за руки, возвращается к костру, Агата уже улыбается:

– Мы тоже приняли решение. Раз уж послезавтра мы пойдем в Центр – завтра будет наша свадьба.

Две девушки молниеносно вскакивают и бросаются на шею Агаты с криками и поздравлениями, как будто только и ждали этого момента. А я не отрываю взгляда от Кирилла: как он отреагирует? Вдруг запретит? Но парень не выглядит недовольным.

– Тогда мне стоит пойти поохотиться для свадебного стола, – говорит он, и губы трогает слабая улыбка.

Ночь проходит почти без сна: все заняты предсвадебной суетой. Девушки помогают Агате с нарядом и угощениями, парни расчищают площадку и мастерят свадебную арку. Одна из девушек отправляется за холмы, чтобы нарвать мелких желтых цветов. К утру лагерь преображается: все украшено желтым, стол заставлен едой, есть даже ящик вина, найденный в заброшенном городе, который специально для такого случая хранился несколько недель. Грубая деревянная арка, сбитая из необтесанных досок, увита зелеными веточками. К вечеру, перед самым праздником, соседка просит меня отнести невесте белый платок из нежной прозрачной ткани, и я отправляюсь на поиски Агатиной палатки. Найти ее оказывается несложно: оттуда слышен хор женских голосов и беспечный смех.

Агата стоит посреди палатки и смотрится в большое зеркало с отбитым куском и внушительной трещиной. На ней длинное платье, хоть и не белое, голубое, но очень нарядное, украшенное вышивкой на груди. Волосы собраны в высокую прическу, в которую вплетены цветы. Она крутится так и этак, критично осматривает себя, без конца что-то поправляет и одергивает.

– Ты такая красивая! – искренне восхищаюсь я.

– Спасибо, дорогая, – она улыбается, а в глазах – слезы. Как же она заслуживает счастья после всего!

Принесенный мной платок пристраивают на прическе Агаты, как фату. А за стенами уже слышны крики парней:

– Выводите невесту! Где невеста?

Агата бросает последний взгляд на меня и шагает из палатки.

Это первая свадебная церемония в моей жизни. Многие пары в Пентесе не тратят время и деньги на такие праздники. Они просто приходят в бюро гражданского учета, где им выдают справку о браке, а затем идут получать жилье. Да и что праздновать, если выходишь за первого встречного, чтобы получить комнату и паек? А здесь… здесь все по-другому. Пусть в коммуне нет никаких удобств, пусть питаться приходится тем, что повезет подстрелить или откопать, но здесь все по-настоящему. Настоящий выбор и настоящая жизнь. Впервые я чувствую себя на своем месте.

– Получите справочку, – смеется здоровенный парень, похожий на медведя. Он протягивает жениху и невесте лист бумаги, на котором что-то написано простым карандашом. Все смеются вместе с ним, и смех такой заразительный, что я тоже не могу удержаться.

После того, как Агата и Руслан дают друг другу клятвы любви и верности, начинается настоящее веселье. Проголодавшиеся «гости» быстро сметают половину угощений и отправляются танцевать. Музыка льется из потрепанного проигрывателя на батарейках.

Я танцевать не умею, но чьи-то руки сразу втягивают меня в хоровод. Улыбчивые лица мешаются, сливаются в одно, голова начинает кружиться – тут дело в вине. Все скорее дурачатся под музыку, чем танцуют, и я совсем расслабляюсь. Как было бы хорошо, если бы этот день не заканчивался! Трудно поверить, что завтра мы вернемся в ужасный Центр. Снова бежать, снова бороться, снова выживать. Но в любом случае это будет последний раз. Если мы победим, то станем свободными и пойдем на поиски лучшей жизни. Если проиграем – умрем или попадем в плен; шансов на спасение точно не будет.

Быстрая мелодия сменяется медленной, и толпа рассыпается на парочки. Рядом со мной тут же возникает Ник:

– Танцуешь?

Я ищу глазами Адама, но его нигде нет. Странно, я с самого утра его не видела.

– Извини, я устала немного. Скоро вернусь.

Я бреду через толпу, мимо жениха с невестой, мимо Маши с Гарри и мимо Кирилла с коротко стриженной девушкой. Музыка стихает за моей спиной, я уже далеко от лагеря, место кажется незнакомым. Но я почему-то знаю, куда идти. И правда, – скоро я различаю фигуру Адама. В сумерках я всегда плохо видела, поэтому не сразу замечаю, какой он грустный. Он сидит на том самом бревне, куда приводил меня.