Операция «Wolfsschanze» - Степан Кулик

– Офигеть!

– Конец мира… Чего вы хотели. Не Страшный суд, но тоже впечатляет… И не хочу торопить, но у вас осталось минут десять, не больше.

– Понятно… Тогда отдай нам немца. Лишняя пара рук не помешает. Или его надо здесь оставить?

Штейнглиц чуть промедлил с ответом, но потом согласился:

– Бери. Все равно он погибнет. Какая разница, где… До встречи по ту сторону портала. И не тяните… Осталось девять минут.

– Слушай меня! Все наверх! Петруха пошел! Бася – за ним! Руди! Вперед! Яша – теперь ты. Становись на ступеньки. Я подаю, ты принимаешь. Молодежь сносит к переходу. И все бегом! Бегом!

Николай огляделся. В первую очередь оружие. Не зря Петров возвращался. Пулемет. Один… Второй… Ленты к ним… Время тикает. Подсумки с магазинами и гранатами. Сколько в руку ухватил… Вода, пища? Вряд ли… Степаныч в пижаме и девушка в халате не из пустыни вывалились. Лучше еще пара подсумков… Все. Теперь можно и о себе позаботиться.

– Яков. Уходим!

Только подошвы мелькнули. О, как проняло летчика. Высунувшись из люка, Корнеев понял, что именно. Снаружи начиналось настоящее светопреставление… К визуальному и звуковому оформлению прибавилось и физическое. Град зарядил пополам с мокрым снегом. И не простой – не в виде горошин. Небо бомбило клочок суши колотыми льдинками величиной с сигаретную пачку. Хорошо, хоть не прицельно… Шарахнувший почти у носа о бетон осколок прыснул во все стороны такой тучей ледяных иголок, что мгновенно иссек половину лица, будто гребнем из бритвенных лезвий провели.

Зарычав от боли, Корнеев одним движением выметнул себя наружу и со всех ног кинулся к спасительному отверстию в скале. Он был последним… Получив команду, остальные уже вошли в портал. И в этот момент островок ожил.

Монолит скалы не выдержал напряжения и треснул… аккурат перед ногами подполковника. Секундой раньше – и Корнеев провалился бы в разверзшуюся пропасть. Секундой позже – и ему не хватило бы разбега и силы толчка, чтоб преодолеть ее. Повезло, в общем. Наподдав напоследок Николаю увесистой брылой в спину, погибающая реальность вышвырнула его прочь и захлопнула дверь.

Приземлившись на чью-то спину, Николай оглянулся, но увидел позади себя только глухую стену.

– Все целы?!

– Кажется, да… Хотя я не был бы столь категоричен, – пробормотал Яков. – В такой спешке совсем не мудрено оставить где-нибудь какую-то часть самого себя.

– Если разговариваешь, значит, голова на месте. Остальное пришьем… – отшутился Корнеев, усиленно моргая. На этот раз путешествие через портал обошлось без временного паралича, а вот перед глазами немного плыло. – Наших не видно?

– Тут мы, командир… – отозвался Малышев. – Не видишь, что ли?

– Ранен он… – женский голосок. – Или контужен. Помогли бы лучше…

Николая осторожно усадили на что-то не слишком мягкое и прислонили к стенке. Но как только та прикоснулась к спине, подполковник застонал и отстранился.

– В спину прилетело… – констатировал Гусман. – Ну-ка, командир, повернись к лесу передом… Чего там у тебя? Вроде ж не стреляли.

– Градом зацепило… на прощание.

– Чем? – переглянулись Малышев с Телегиным. – Бредит…

– Нет… – заступился Колокольчиков. – Не видели вы, что там творилось.

– Ну, так посмотрим…

Малышев шагнул к выходу и удивленно остановился.

– Не понял… А куда дверь делась? Как мы теперь обратно?

– А некуда возвращаться, – Петруха не отказывал себе в удовольствии поговорить. Пережитая опасность требовала выхода. – Нет больше того мира, куда нас забросило от маяка. Ликвидирован как ошибочный. Спасибо Максимилиану – предупредил вовремя. А то б и нас так же… Привет, Митькой звали…

– Что значит ликвидировали? Кто? Зачем? Ого… – присвистнул уважительно, глядя на оголенную спину Корнеева. – Не слабо тебя приложило, командир.

– Повезло… – Бася закончила осмотр. – Чуть ниже – могло бы хребет перебить. Ему хорошо бы полежать хоть с полчаса неподвижно. И лед к спине…

– Полежать – это запросто… – Игорь Степанович подошел к Корнееву, нагнулся и легко, словно тот был грудным ребенком, поднял подполковника на руки. – Сейчас организуем. Здесь кушеток на роту хватит. Да и лед, я думаю, если поискать, тоже обнаружится. У фрицев тут лаборатория была, с медицинским уклоном. Эксперименты над людьми проводили.

– Это здесь тебе столько здоровья прибавили? – причмокнул языком Телегин.

– Да… Спасибо Боженке, вовремя успела. А то был бы я, как те зеленоглазые упыри. А может, и похуже. Фрицы хотели из меня какого-то Сигизмунда сделать, или как-то так. Забыл уже… Да и неважно. Хрен редьки не слаще.

– Ну, это как сказать… – унтер-фельдфебель Глюкман снова заговорил голосом Максимилиана Штейнглица. – Вижу, вся группа здесь. Обошлось без потерь?

– Командир контужен, – ответил Колокольчиков. – Но оклемается.

– Это хорошо. Рад, что все уцелели. Честно говоря, не ожидал, что обойдется без потерь.

Малышев хмыкнул и обвел взглядом остальных.

– Я один такой непонятливый, или остальные тоже не все понимают?

– Не удивляйся. Андрей. Это не фриц, а наш друг из будущего через него с нами общается. Примерно так же он говорил со мной через особиста.

– Прежде чем на безлюдный остров забросить?

– Остров не был целью… Я сейчас все объясню. Обстановка, я так понимаю, позволяет?

– Да, – Малышев отвечал на вопрос Макса, но смотрел при этом на Корнеева. – Вход сюда теперь ведет только один. Он заблокирован. И взят под прицел. Напротив двери устроен завал и оборудована временная пулеметная точка. В охранении майор Петров и лейтенант Гусев.

– Хорошо… Так вот. Эта лаборатория всего лишь прикрытие. Самое важное находится на подземных уровнях. До сих пор три группы наших агентов не смогли проникнуть даже сюда. Вы первые… Собственно, для этого я и разбросал вас по мирам касательным, в расчете на то, что вы сумеете объединиться именно здесь.

– Разбросал, значит… – проворчал Малышев. – Не соизволив нас даже в известность поставить. Это ты правильно за чужой мордой прячешься. А то мы бы твою вмиг до блеска начистили. Дорогой товарищ…

– Капитан Малышев, отставить… – Корнеев повысил голос. – Что за детские истерики?

– Ничего. Я объясню. Подполковник Корнеев подтвердит мои полномочия, полученные непосредственно от комиссара государственной безопасности второго ранга Абакумова. А также то, что разведывательно-диверсионная группа «Призрак» передана под мое командование до конца операции. И как старший по званию, и как руководитель операции только я решаю, кого как использовать, а также – что и кому объяснять. Надеюсь, это понятно? Но молчал я не потому, что такой самый умный или кому-то из вас не доверял. А потому, что ваши знания могли повредить внедрению. Сейчас вы оказались на этой линии спонтанно, и пространственно-временной континуум не может вас игнорировать или выбросить. Что произошло бы, примени мы попытку прорыва целенаправленно? Результат такого вмешательства из будущего видели те, кто уходил с острова последним. Зато теперь вы внутри Цитадели, и у нас с вами появился шанс добиться успеха.