Август Хромер - Сергей Жилин

– Через окно не видно мой рабочий стол.

Истериан, сделав хитрое лицо, которое ни один человек даже близко состроить не сможет, потрогал висок, намекая на Блуждающий Взор:

– Я очень старался, – иронично покрасовался мой друг, – Что читал?

– Географию, – хмуро соврал я.

– Судя по толщине, в книге полно карт, – Истериан сделал вид, что принял мою ложь, но по тону понятно, что он мне не верит.

Тут я заметил в руках у полукровки какую-то книгу, значит, он в самом деле был в библиотеке. Наведываться в хранилище знаний рано утром – это в его репертуаре.

– А что у тебя? – я кивнул на тонкий томик.

Мой товарищ обрадовано продемонстрировал книгу, держа её на вытянутой руке прямо у моего носа. На чёрной обложке красуется раскрытая ладонь и готические алые буквы «Хиромантия». Пособие для гадалок?

– Объяснишь, на кой чёрт тебе сдалась эта макулатура? – потеряв интерес, спросил я.

– Хочу кое-что понять, – полукровка налил себе чашку чаю, – Связанное с сектантами.

– Удиви меня… – я подстегнул товарища поскорее всё разъяснить.

– Хочу понять, почему именно мизинцы. Сектанты не отрезают других пальцев.

– Думаешь, это имеет большое значение?

– Не знаю, но не стоит отрицать.

Что ж, не уверен, что Истер найдёт хоть что-то интересное, но не стоит ему мешать. Возможно, он откопает какую-нибудь маленькую зацепочку, такую же маленькую, как и слух о связи Бликов с исследованиями профессоров университета… Как-нибудь следует рассказать Салли и двинуться в этом направлении, благо других у нас пока просто нет.

Истериан моментально погрузился в свою книжонку, сверяясь с оглавлением. А затем начал с силой листать страницы, чтобы поскорее добраться до нужной главы. На лице – знакомая маска учённого, корпящего над мудрыми письменами.

Я же, совсем позабыв неинтересную газету, посмаковал чай с песочным печеньем, наготовленным Арикой. Выпечка у служанки ничуть не хуже прочих блюд.

– Кажется, я нашёл то, что нужно, – пробубнил скрюченный над книжкой Истериан спустя десять минут вождения пальцем по строчкам.

Я промолчал, что мой друг расценил, как просьбу прочесть вслух:

– В хиромантии каждому элементу ладони даётся своя функция, своё значение. Немаловажным является и значение пальцев на руке. Если смотреть по длине, то сразу бросится в глаза, что средний палец гораздо длиннее, что определяет его главенство, а остальные, меньшие, группируются справа и слева от него. Поэтому нередко руку сравнивают с четырёхчашечными весами, где большой и указательный пальцы представляют чашки с одной стороны, а безымянный и мизинец – с другой.

Истериан украдкой посмотрел на свою ладонь, подвигал пальцами и продолжил:

– Здесь хиромантия соединяется с астрологией, подчиняя пальцы планетам: средний палец подчинён Кроносу (означающему неизменимое предопределение, судьбу), безымянный – Солнцу (роль человека в искусстве), указательный – Зувсу (отношение человека к разного рода почестям), большой – Фрутис (связан с чувствами) и мизинец – Гирмирию (расположение человека к наукам).[20]

Полукровка остановился и задумчиво подпёр голову кулаком. Я не мог дождаться от него ни слова в течение десяти минут, чего не сильно-то и хотел, но молчание затянулось:

– Ты узнал, что хотел? – ровным голосом спросил я.

– Нет, – не стал врать Истериан.

– Это всё, что там сказано?

– Конечно же, нет, – обижено принялся защищать книгу мой друг, – Тут ещё много всего, но дальше идёт, по большей части, про линии на пальцах, сгибы, длины фаланг… Думаю, если всё прочесть, найти что-нибудь занятное можно.

Отрадно, что Истер нашёл, чем заняться, хоть и довольно, на мой взгляд, бесполезным делом. Так он хотя бы будет меньше мешать.

– Не думаю, что сектанты руководствуются учениями гадалок, – вырвалось у меня.

– В то же время неясно, чем они вообще руководствуются, – Истериан расслабился в кресле, – Читал газету?

– Да.

– Порезали ещё троих, что для большой группировки ещё не так много. Вот только чего они этим добиваются? Для чего им нужны мизинцы?

– Для глупых ритуалов, – в моей голове давно поселилось именно такое объяснение происходящим убийствам.

Истериан категорически не согласен, что активно выразил всеми своими движениями головы, рук, плеч и прочего:

– Для ритуалов они могли бы и свои отрезать, я так думаю. Может, бусы или чётки делают?… Ну, на бутафории сдвинулись…

– Иными словами, без особого смысла?

Полукровка сильно задумался над этими словами, после чего выдал лишь:

– Возможно.

Мы прекратили обсуждение садистических проявлений сектантов и занялись добиванием чая и печенья. На улице становится всё пасмурнее, словно в и без того тёмные тучи подлили дёгтя. День обещает нам много воды и холода.

Лучше не думать о злосчастной погоде, что у меня отлично выходит за роялем. На ум ничего не идёт, кроме странноватых композиций с вертлявыми созвучиями и вечно меняющимися тональностями, похожими на хаос, заключённый-таки в кандалы порядка и чёткости. Мелодия не задерживается в ушах, действуя на слух, она продолжает движение в голову, вкручиваясь в самый мозг, чего ни одно другое сочетание звуков сделать не может. По крайней мере, ни одно другое не способно делать это так беспринципно.

Самое сложное произведение мне далось довольно легко, я даже не сфальшивил в том месте, где до этого делал это регулярно. Истериан сидит неподвижно с таким видом, будто готов прыгать и хлопать в ладоши, как маленький мальчик.

Меня остановили. Резко и неожиданно. Мощный стук в дверь сбил меня с ритма, и я вынужден был прерваться. На пороге уже околачивается гость, и я практически уверен, что знаю, кто это пришёл спозаранку.

Спустя всего полминуты я убедился, что был прав. В гости пожаловал детектив Салли Фер. Сегодня она надела клетчатый тёмный пиджачок и юбку-карандаш. По виду девушки можно предположить, что она с самого утра безостановочно бегает по городу.

– Доброе утро, мальчики! – поприветствовала нас Салли и присела на диван.

Я предпочёл остаться на стуле перед роялем.

– Ты, Салли, выглядишь вымотано, – заметил Истериан, – Что с тобой?

– Облетела полгорода! – стараясь выражением глаз выразить всю полноту своей усталости, ответила девушка, – Занималась допросами.

– Что это дало? – включился и я.

Салли сконфужено опрокинулась на спинку дивана, и тут подоспела Арика со стаканом холодной воды для неё. Отпив немного, детектив недовольно ответила: