Звёздные войны. Траун. Доминация. Высшее благо - Тимоти Зан

«Бывают времена, – размышлял Самакро, – когда биография незаметно скатывается к самоповторам. А бывают времена, когда это очень даже заметно».

Сегодня был явно второй случай.

Полет «Реющего ястреба» к родной планете паатаатусов Ниттихай. По тому же вектору, которым они подобрались сюда для карательной операции под предводительством адмирала Ар’алани. И точно так же без малейшего предположения, что ждет их на месте.

Только на этот раз с ними не было «Бдительного» и остальных кораблей сторожевого соединения Ар’алани. На этот раз они ввязались в это в одиночку.

– Приготовиться к выходу из гиперпространства, – бесстрастно произнес Траун, сидевший в командирском кресле.

Самакро осмотрел мостик. Обширный опыт позволял ему с первого взгляда угадывать настрой подчиненных. Вот и сейчас он заметил, что они напряжены из-за тех же самых переживаний, что и он сам. Впрочем, паники или серьезных колебаний ни у кого не наблюдалось. Они уже достаточно давно служили под началом Трауна и не сомневались, что командир вытащит их из передряги, в которую сам и втравил.

Самакро отстраненно задался вопросом, была ли у них такая же уверенность, когда «Реющим ястребом» командовал он.

– Три, два, один.

Яркие полосы за обзорным экраном схлопнулись в звезды, что обрамляли планету Ниттихай.

– Далву? – позвал Траун.

– Засекли истребители, – доложила офицер сенсорного контроля. – Примерно двадцать канонерок в зоне поражения или поблизости.

– Проверьте, что на орбите, – скомандовал капитан. – По-моему, я вижу там большие корабли.

– Проверяем… подтверждаю, сэр, – сказала Далву. – Я насчитала семь кораблей: шесть крейсеров усиленной мощности и тяжелый фрегат.

Самакро посмотрел на экран. Семерка кораблей двигалась охранным строем, принятым у паатаатусов: в центре фрегат, с каждой стороны по крейсеру, еще один впереди и последний – сзади.

– Максимальное увеличение и данные сканирования, – приказал Траун. – В первую очередь фрегат, затем крейсеры.

На экране датчиков возникло изображение корабля средних размеров, слегка размытое из-за расстояния и разреженной атмосферы планеты, которую он облетал по орбите.

Но и этого хватало, чтобы разглядеть стандартную для паатаатусов конструкцию тяжелого боевого корабля: широкий и плоский корпус, прочная броня с минимальным количеством орудий точечной обороны, основные лазерные батареи щетинятся на носу, под фюзеляжем чернеют ракетные шахты. По сравнению со всеми прочими инородцами, с кем Доминации довелось иметь дело, конструкция была уникальной, но при этом в полной мере отражала боевую тактику паатаатусов: налететь на врага со шквалом лазерного огня, а затем задрать нос и после выпуска ракет уйти в петлю, чтобы освободить место для следующего.

– Средний капитан? – приглашающим тоном позвал Траун.

– На мой взгляд, сэр, это паатаатусы, – сообщил Самакро. – Уж точно не похоже на конструкцию кораблей вагаари из наших архивов.

– Согласен, – сказал капитан. – Разумеется, это ничего стопроцентно не доказывает, учитывая склонность вагаари перенимать технологии завоеванных ими народов. Но это убедительный аргумент в пользу нашей теории, тем более я не вижу никаких следов модификации кораблей.

Самакро переключил внимание на сведения о планете, которые ползли по дополнительному экрану датчиков.

– Я также не вижу следов обширных разрушений на поверхности планеты, – добавил он.

– Отличное наблюдение, – похвалил капитан. – Мы проверяем слух о заключенном между ними союзе, но это вполне могли быть искаженные донесения о вторжении вагаари. Однако паатаатусы без боя не сдались бы, а это, скорее всего, привело бы к заметным разрушениям на планете.

Самакро кивнул. Он держал в уме, что их совместно выработанное мнение не опирается на слухи как на истину в последней инстанции. Но Траун предпочитал отделять зерна от плевел еще до начала операции, отбрасывая маловероятные версии, чтобы сосредоточиться на главной. В нынешней ситуации они рассчитывали обнаружить, что паатаатусы либо спелись с пиратами, либо рассекают по своей системе в гордом одиночестве.

Оба варианта таили свои риски, но зато гарантировали, что в случае нападения «Реющий ястреб» мог отстреливаться без опасения нанести урон жертвам вторжения или – что еще более невероятно в случае с паатаатусами – нейтральной стороне.

– Капитан, мы получили запрос на сеанс связи, – выкрикнул из-за коммуникатора Брисч. Он нажал на кнопку…

– Говорит воительный принц, – разнесся из динамика голос паатаатуса.

Самакро нахмурился. «Воительный принц»? Он ни разу не слышал о таком звании.

Если это вообще можно считать званием. С таким же успехом это может быть титулом, самоназванием или еще чем-то, присущим только этим инородцам. Чисские дипломаты несколько раз затевали переговоры с паатаатусами, но внутренняя структура их правительства и по сей день оставалась загадкой. А уж у Флота экспансии и обороны ни одно взаимодействие с этим народом не обходилось без взаимного обстрела.

– Вы вторглись на священную территорию паатаатусов, – заявил принц.

– Что-то они сегодня больно разговорчивы, – заметил Афпрайу, сидевший за пультом управления орудиями. – Сэр, вражеские корабли заняли позицию.