Женщина-Кошка. Похитительница душ - Сара Маас

Селина была в бегах уже полтора месяца.

Она украла деньги у Ниссы. Взломала сейф в ее кабинете и вытащила банковскую карту у нее из кошелька за несколько минут до того, как отправилась выполнять задание Лиги. Она вышла из здания через главный выход.

Она не знала, сколько времени у них ушло на то, чтобы догадаться, кто это сделал. Наверное, сама Талия свела все факты воедино. Но сейчас они уже точно знают, что Селина уехала на поезде не в Грецию, как они приказали, а в Швейцарию, где сняла со счета все деньги, завела себе новенький счет в швейцарском банке и превратилась в Холли Вандериз.

Волосы, ногти, одежда. Туфли, сумки, украшения. Машины, квартиры, частный самолет. Его она, разумеется, взяла в аренду. А все остальное – личность, которую она создала – купила на кровавые деньги Ниссы. Жаль только, что у нее не хватило времени прихватить и деньги Талии тоже.

А то, что Селина забрала с собой, награда, которая ее ждет… Это стоит того. Абсолютно точно стоит того.

– Значит, ты все это сегодня устроила, – спросила Харли, перекрикивая рев мотоцикла, на котором они мчались в ночи, – ради подделки?

Селина знала, что ее ждет ловушка. Но не знала, понимал ли Люк с его тупыми извинениями, что его семью использовали. Да ей было и наплевать.

Но любопытно, что Бэтвинг оберегал семью Фоксов. Она запомнила его слова и взяла их на заметку, чтобы потом к этому вернуться.

Бэтвинг вообще был проблемой. Во многом потому, что он ей нравился. Он, конечно, был под стать своему костюму, но… он все равно ей нравился. Его неумолимая тяга любой ценой защищать невиновных в этом городе. Продираясь сквозь своих собственных демонов, чтобы выполнить миссию. Хотя это означало, что он представлял смертельную опасность всем ее целям. Но она также знала, что он тоже ею заинтересовался, и она, разумеется, может этим воспользоваться.

– Он бросил нам вызов, – ответила Селина. – Мы не могли его проигнорировать.

Вот почему Харли и Плющ ждали в стороне. Ради фальшивого ожерелья так рисковать не стоит. Вот они и остались тут, на задворках, чтобы забрать ее.

Она никак не ожидала увидеть Тигрис.

Да, Талия и Нисса, должно быть, сильно разозлились. С ума от ярости сходят. И теперь, когда и Шрайк, и Тигрис мертвы…

– Давай вставай, жалкий червяк.

Горящие глаза Тигрис едва можно было разглядеть под капюшоном.

– Думаешь, наши враги станут ждать, пока мы успеем отдышаться?

В школе вечно прибегали к словам вроде наши и мы. Несмотря на жестокость, на постоянные соревнования, противопоставление нас и их чувствовалось даже в речи наставников. Все для того, чтобы втянуть в это учениц. Внушить им.

Мы. Нас. Наши.

Селина лежала на матах в тренировочном центре и едва могла вдохнуть из-за резкой боли в боку. Но она собралась. Попыталась унять взбесившееся сердце и встать.

– Слишком медленно, – прошипела Тигрис и бросилась на Селину.

Селина успела вытянуть руки, согнуть ноги в коленях. Успела перекатиться и увернуться от Тигрис, но не успела избежать броска ногой с разворота, который снова уложил ее на маты, удара по горлу, который буквально вырвал воздух у нее из легких, и еще одного – в живот, который снова уложил ее, на этот раз основательно. Селина лежала, скрючившись, а Тигрис засмеялась:

– Жалкая.

Потом развернулась и ушла.

С тех пор Селина ее возненавидела. И ее ненависть крепла, когда она увидела, как другие послушницы так и не смогли подняться. Или вздохнуть. Никогда больше не смогли.

Нисса и Талия никогда Тигрис за это не наказывали. За то, что она убивала послушниц на тренировках. Нисса называла это естественным отбором. А Талия только трепала ее по черным волосам.

Селина и сосчитать не могла, сколько раз она представляла, как схватит Тигрис и разорвет ей горло.

Она была уверена, что сегодня Тигрис наслаждалась бы, убивая ее. К счастью, эта уверенность ее не подвела. Тигрис была не готова, что Селина сможет продемонстрировать свои навыки, что Селина захочет выиграть, и пришла в ярость, когда поняла, что это она вынуждена защищаться. Когда поняла, что та у них за спиной устраивала себе дополнительные тренировки в Лиге, изучала Тигрис при каждой их встрече.

Но, тем не менее, когда Селина впечатала ее в ступеньки, случайно сломав ей позвоночник…

Темная, раздробленная часть Селины наслаждалась убийством. Ударом. Который отплатил за всех остальных.

Селина не оплакивала ее. Она произнесла молитву потому…

Она и сама не знала почему. Возможно, ее на это толкнула дурацкая мысль, что если бы она сама пала, ей бы хотелось, чтобы кто-то поступил с ней так же. Хоть как-то пометил, что она вообще существовала. Что Селина Кайл существовала.

Но углубляться в эти мысли Селина не хотела. Не хотела углубляться в те потаенные части сознания, где все было забрызгано кровью.

– Надо было прикончить его, раз у нас была такая возможность! – крикнула Харли. – Можно было все так подстроить, будто они сами друг друга поубивали.

Пауза.

– Кто это был?

– Сообщница одного главаря.

Селина соврала лишь наполовину. Тигрис действительно подчинялась Ниссе и Талии.

– Да, надо было, конечно, убить его! – гаркнула Плющ, перекрикивая мотор своего мотоцикла.

Селина не стала отвечать. Их и так было сложно держать на расстоянии, не дать воспользоваться возможностью уложить Бэтвинга. Они не понимали, что если Лига стягивает силы к Готэму, им нужен герой. Он нужен ей. Чтобы сдерживать Лигу как можно дольше.

Мало времени. У нее очень мало времени.

Она знала, как охотятся Нисса и Талия. Она им раньше помогала.

Сначала посылают передовые силы: Шрайк.

Потом проверяют ее способности: Тигрис.

И следующий шаг…

До следующего шага остается совсем мало времени.

Чтобы дать этот бой, ей нужна армия.

Она подняла голову и посмотрела на звезды, которые едва можно было разглядеть из-за светящихся вдалеке городских огней.

А для армии нужны деньги. И здоровая порция страха.

* * *

– Напомни мне, почему мы сидим на крыше в такой холод? – спросила Плющ. Пар, клубясь, выходил у нее изо рта. Она сидела рядом с Селиной и разглядывала переулок под ними. Лето наконец проявило сострадание и уступило место осенним заморозкам. Наконец можно попрощаться с изнуряющей жарой.

– Потому что я хочу, чтобы ты меня прикрыла, пока я быстренько поболтаю с кое-какими подонками.