Билет в один конец. Иллюзия свободы - Федор Вахненко

– Да, – слабо кивнул тот, все еще держа собеседника на прицеле. – Надо бы.

Наемники синхронно опустили оружие. Переведя дыхание, Бес схватил искореженный мультитул с выдвинутым лезвием ножа и избавился от скотча на руках. Остатки отличительного знака анархистов вместе с лежавшей на полу маской он спрятал в пустую банку из-под тушенки.

– Если «черные» сюда придут – нам просто прилетит лимонка, – как бы невзначай заметил Вратарь. – И все. Трында.

– Нечего этой херовине валяться на полу, – отрезал Олег. – Если не кинут – увидеть не должны.

– С чего ты так уверен, что они сюда придут?

– Не… Не уверен. Но… Ты ж их позвал, а?..

– Чё? Чё ты мелешь?! – Вратарь подался вперед, глядя на подставленного командира исподлобья.

– Не я же, – Драгунов громко сглотнул, помассировав висок. – Шмалял по ним.

– Да хер они сюда сунутся. У этого места говенная репутация – сам в курсе…

– Ага. Херовая. Только мы же сюда приперлись. И ты вернулся.

– Думаешь…

– Да нихрена я не думаю, – в голосе Беса едва заметно проскользнуло раздражение, какого он себе давненько не позволял. – Захлопни уже пасть, а. И без тебя херово… Лучше обезболивающего кинь…

– Не, мужик, – покачал головой Вратарь. – Пока хрен тебе, а не обезболивающее. Дам, если совсем хреново станет. А сейчас – терпи. У меня самого мало осталось. Пригодится еще.

На той ноте разговор и оборвался. Остаток дня наемники практически безвылазно просидели в подвале, выбираясь только чтобы последовать зову природы в вырытую Вратарем яму. Бес в качестве прикрытия оказался просто никакой – он с трудом концентрировал внимание, постоянно морщился из-за головной боли и все время торопил напарника, чтобы вернуться обратно в подвал да лечь на спасительный пол, который стал для Олега лучше самой мягкой кровати. А обезболивающее командир все-таки получил, когда оказалось, что на улице головная боль атаковала его с куда большим рвением. Пришлось Вратарю поделиться своими скудными запасами, чтоб от Драгунова был хоть какой-то прок.

Как только солнце начало заходить, «солдаты удачи» стали готовиться ко сну. Первым, договорились, дежурит Вратарь. Драгунову нужен хороший отдых. В идеале – так вообще на пару недель, но такого не обеспечить даже в баре. Денег не хватит. Вот и пускай поспит лишнее время в подвале.

Но Олег решил иначе. Вскочил среди ночи и посоветовал товарищу отправиться на боковую. Несколько часов командир наемников пытался усилием воли заставить себя заснуть, но все было бесполезно. Вот он и простоял на своеобразном дежурстве большую часть ночи, целясь в лестничный подъем и без конца ворочая головой по сторонам. Ему все казалось, будто кто-то пробрался в подвал, воспользовавшись ослабленным вниманием часового. И теперь этот кто-то прятался в тягучей темноте, ожидая удобного момента. Олег и Вратарь решили не пользоваться налобным фонарем, чтобы не привлекать лишнего внимания. И теперь они дорого поплатятся за это. Монстр, явившийся по их душу, быстр. Неуловим. Он играл со своей будущей жертвой, изматывая и медленно сводя с ума. Он мог с легкостью убить обоих наемников, но не торопился. Его извращенный разум был не так прост. Существо, кем бы оно ни было, хотело получить удовольствие. Напугать до смерти, а потом предстать перед забившимися в угол людьми в своем отвратительном великолепии. Безумное творение безумного гения.

– Хватит! – рявкнул Драгунов и дерганым движением спустил курок, прикрыв на мгновение глаза.

Пуля, разорвав ночную тишь, вгрызлась в кирпичную стенку. Во все стороны полетела крошка. Вратарь, мигом сдернувший с себя покров сна, одним махом вскочил на ноги, готовый открыть огонь на поражение.

– Что за херня?! – только и спросил он, практически ничего не различая в кромешной тьме.

– Здесь кто-то есть! – ответил Бес, пытаясь достучаться до слегка оглохшего напарника. Драгунов дернулся влево. Его рука отпустила цевье «калашникова» и схватилась за висок – очередной приступ боли, вызванный громким звуком, подкрался незаметно.

– Чё? – переспросил Вратарь. – Нихрена не слышно!

– Оно где-то тут! – воскликнул командир отряда. – Давай, мля! Сюда иди, ублюдок! Сюда, с-сволочина!

Бывший украинский военный задергал дулом автомата, стоило его взгляду хоть немного привыкнуть ко тьме.

– Видишь его?! – прокричал Драгунов, тыча «калашом» в каждый угол.

– Да я нихера не вижу! – еле слыша компаньона, зарычал Вратарь.

– Давай вылазь, сука! – снова выстрел. Пуля безрезультатно выбила кирпичное крошево.

По кому же так усердно пытался попасть Бес? Кто мог проникнуть в подвал и мотаться по нему как ошпаренный, не издавая никаких звуков и даже не делая попытки напасть?

– Ч-черт… – пробормотал былой боец ВСУ. – Бес! Бес, с-сука! Здесь никого нет! Слышишь! Мы одни! Перестань шмалять, ур-род!

– Я! Я знаю, оно здесь! – запинаясь, завопил Драгунов. – И я его прищучу! Прищучу, мля! Ну давай, ублюдок! Покажись!

Пуля устремилась к бетону пустовавшей ступени наверх. Вратарь, сорвавшись с места, врезался в своего командира и прижал его боком к стене. Он едва подавил желание ударить Олега – не хватало еще усугубить теперешнее состояние Беса.

– Слушай меня! – рявкнул былой вэсэушник. – Слушай меня, говнюк! Мы здесь одни! Одни, м-мать твою! Никаких мутантов, никаких уродов!

Олег сделал несколько попыток вырваться, но Вратарь всем своим весом припечатал ослабевшего соратника к кирпичам. Так продолжалось до тех пор, пока сопротивление командира отряда не сошло на нет.

– Ясно, – выдохнул Драгунов. – Я понял. Здесь никого нет…

– Давай, наверное, сюда ствол и катись спать, – сделав два шага назад, боец ВСУ в прошлом нетерпеливо протянул руку.

– Чего? – не расслышал тот.

– Ствол гони и чеши спать, на!

И Драгунов, как ни странно, повиновался, протянув товарищу трофейный автомат.

– Там семь патронов, – предупредил Бес и отправился спать на расстеленный мешок.

– Учту.

Когда Олег умостился на боковую, у Вратаря как гора с плеч свалилась. Теперь его безопасность зависела только от острого глаза, развитого внимания и скорости реакции.

Но, к счастью, эти навыки не пригодились. Если мутанты и забрели на «недострой», они наверняка довольствовались плотью мертвецов наверху, чей омерзительный запах был куда сильнее сталкерской вони из подвала. Вратарь вроде слышал какие-то шорохи на первом этаже. Может, «горбун», чудом сбежавший из-под ментальной воли «кукловода» вернулся проверить, нет ли чего съестного. Может, кто-то другой забрел. А может, просто воображение разыгралось. В любом случае ночь прошла относительно спокойно, если не считать случая с Драгуновым. И чего это он так взорвался? Неужели сотрясение вкупе с отсутствием надлежащего отдыха повлияло?