Багровый рассвет - Виталий Винтер

Анатолий, оставшись один, крался вдоль пустынного коридора. Он проверил – островники вроде бы дышали, значит, были живы, но полностью отключились под воздействием неизвестного газа, и как капитан ни пробовал поднять кого-либо – успехом это не увенчалось.

Впереди в тоннеле снова появились какие-то тени, и он поспешил отступить к помещению склада, откуда они начали движение. Вернувшись туда, он задумался. Пока его никто не преследовал, но что делать дальше? Возвращаться на корабль не имело смысла – шатл не пригоден к обратному полёту, и Анатолий решил пройти в другую сторону коридора. Вскоре он оказался перед перекрёстком, таким же безмолвным, как и все вокруг, и двинулся влево, просто исходя из того, что так ему удобнее будет стрелять в изогнутом тоннеле, не выставляясь полностью.

Ещё через несколько шагов тоннель неожиданно изогнулся под девяносто градусов, и капитан нос к носу столкнулся с четырьмя одетыми в странного вида серую униформу. Они стояли возле полуоткрытой створки очередных шлюзовых ворот, доставая и складывая штабелями какие-то длинные, обёрнутые материей предметы. На секунду Анатолий опешил – встретить тут хоть и странно одетых, но явно людей он совсем не ожидал. Один из них, быстро отойдя от неожиданности, вскинул ствол короткого оружия, висевшего на плечевом ремне, но капитан оказался проворнее, и первым открыл огонь. Пули продырявили стоявших перед ним людей – старый добрый АК действовал, как всегда и везде, безотказно. Противники повалились на пол у обильно забрызгавшихся кровью ворот и стены. Эхо от гулких, словно удары молотка по железу, выстрелов прокатилось по тоннелю.

Один из упавших пошевелился и застонал. Анатолий подошёл поближе и, не отводя ствол, откинул подальше его оружие. Незнакомец был ранен в плечо и грудь – пули пробили его куртку, кровавая пена выступила на губах.

Внезапно в глубине извивающегося коридора возникло какое-то движение, и Толя, схватив за ворот раненого, потащил его в открытое помещение, из которого чужак со своими теперь уже мёртвыми товарищами выносил какие-то предметы, слишком уж напоминающие самые обыкновенные носилки.

В скафандре давно уже мигал индикатор подачи кислорода – запас воздуха заканчивался, и, Анатолий открыл забрало шлема, Всё равно деваться было некуда. Собственно, его пленник был без каких-то дыхательных приборов, значит, газа в этом помещении пока не было.

Помещение оказалось небольшим, с четырьмя круглыми люками на противоположной стороне и стеллажами с явно медицинским оборудованием внутри. Об этом говорил и очень знакомый красный крест, нанесённый на двери рядом с ещё каким-то символом. Затащив раненого внутрь, капитан выглянул в тоннель, сразу заметил осторожно крадущиеся у стен тени и открыл огонь. Кто-то упал, вскрикнув, в ответ по Анатолию стали тоже стрелять, и в приоткрытые ворота ударило несколько взвизгнувших при рикошете пуль.

В туннеле послышались громкие команды на незнакомом певучем языке, и стрельба прекратилась. Оглянувшись на пленника, он увидел, что тот, привалившись к стене, разговаривает по некому подобию планшетника, закреплённого на предплечье. Капитан кинулся к раненому и разбил прибор прикладом, а чужак зашипел от боли и повалился на пол. Не теряя ни секунды, Анатолий вновь бросился ко входу и, выглянув, остолбенел – к нему шёл, показывая пустые руки, его вроде бы погибший напарник Тимоха в такой же, как и раненый пленный, серой форме. Он улыбался Толе и что-то говорил, но капитан уже захлопывал люки и с ожесточением завинчивал аварийные вентили на нём. Всё внутри чужого корабля выглядело до боли знакомым: техника, оборудование, да и люди, как оказалось, тоже.

Анатолий без сил привалился к стене и выдохнул:

– Как же так, пробормотал он. – Тимофей – предатель? Не может быть…

– Скорее патриот, – неожиданно на чистом русском подал голос раненый серый чужак. – И ты к нему тоже можешь присоединиться.

Пилот яростно замотал головой, что, впрочем, нисколечко не удивило серого:

– Я так и думал. Твой бывший напарник помог нам пройти ваш с бывшими англоамериканцами рубеж обороны и выполнить то, что планировалось. С минимумом потерь с обеих сторон. Он был внедрён давно, вот только договориться с вами было тогда, невозможно. Да и сейчас, как вижу, не просто – у вас свои приоритеты, от которых вы не отступитесь. Да и мы, как бы странно это ни звучало, являемся бывшим вашим проектом, только, к счастью, вышедшим из-под контроля.

– Кто вы такие и что вам тут вообще надо?! – зло выкрикнул капитан.

– Нашу форму правления, наверное, правильнее будет назвать социализмом с уклоном в сторону технократии, но имеющей строгую и, возможно, недостижимую цель – сохранение человечества как вида и достижение им новых, высших ступеней социально-технического уровня. Анархический трансгуманизм как таковой и создание постчеловечества, как цель развития нашего социума, если вы вообще можете понять, о чём я говорю. Пока есть государство, власть – не может быть свободы в полной мере. Вот когда все индивидуумы в социуме будут свободны и равноправны согласно вкладу в общество, тогда и не станет государств, в том плане, в котором вы подразумеваете их сейчас. Но это долгий путь и, к сожалению, видимо, бесконечный. Совершенство недостижимо, но зачем тогда жить, если в него не верить?!