Случайный билет в детство - Владислав Стрелков

В одной из пауз к микрофону подошла завуч и объявила, что дискотека подошла к концу. В зале возмущенно загудели. Я и сам не заметил, как время пролетело. Хотелось играть и играть, а ещё с Мариной потанцевать. Ребята из группы подошли к завучу и принялись её уговаривать.

– Только две песни, – решительно отрезала завуч, – и все.

– Так, – собрав нас, сказал Виктор, – играем «Скучаю», завершаем «Облади-облада». На эти две песни больше всего заявок поступило.

Разошлись по местам. Витя задержался около меня, шепнув:

– Давай, Серег, жги. – И умчался в зал, где его ждала Елена Михайловна. Классно она его зацепила!

Я нашел глазами Марину и вновь весь остальной мир жил отдельно. Гитара как чувствовала – пела особенно и великолепно. Снова были аплодисменты, а я улыбался только ей.

Под «Облади-облада» вышли танцевать все до единого. У стен не осталось никого. И опять еле сдержался, чтобы не выкинуть что-нибудь подобное герою «Назад в будущее», ограничился маленьким наигрышем, от которого завопил весь зал.

Закончив играть, мы удалились в комнатушку за сценой, верней, меня почти утащил туда Витя.

– Серега, у тебя талант, – выпалил он. – Ты должен играть!

Знал бы он – откуда у сегодняшнего «таланта» ноги растут и какова этому причина. Я молча пожимал плечами. А что ему сказать? Что на самом деле я играю посредственно, просто сегодня у меня особенный день. И что такое может просто не повториться, и вообще, мне хотелось сейчас выйти и проводить Марину. Слушал уговоры Вити, а сам размышлял, принять ли его предложение, или нет. Лишь бы отвязаться…

В комнате вновь волшебным образом материализовался Савин с улыбкой а-ля Буратино.

– Там вас почитатели дожидаются, – выпалил он. Затем склонился ко мне и прошептал:

– Марина домой ушла, её отец у выхода встретил.

Настроение немного испортилось. Вяло попрощавшись с музыкантами, я направился к выходу, но Олег схватил за руку и потащил меня в глубь затемненных коридоров школы.

– Там тебя народ ждет, – пояснил он, – огородами уйдем.

Вот уж никогда бы не подумал, что у меня фанаты появятся. Вспомнились истории музыкантов, кадры хроники из будущей или прошлой жизни и что-то сразу расхотелось делать музыкальную карьеру. Не моё это.

Мы выскочили из здания школы тем же путем, как и в первый мой день здесь – из окна туалета, оставив окна открытыми. Прошли дорогой мимо скверика и остановились у моего подъезда. Я взглянул на окно второго этажа. Жаль, что за Мариной отец пришел. Захотелось сбегать домой, взять гитару и начать петь серенады под окном. В этот момент свет в нем погас.

– Спать легла, – тихо сказал Олег, почему-то вздохнув.

И мне вдруг показалось, что все мои приключения тут – это какая-то программа, начавшаяся в момент открытия загадочного окна с исполнением желания. Может, вовсе и не драка с Громиным является переломным моментом в моей судьбе? А пока ещё моя и Маринина дружба?

В темном окне отражались звезды. Уходить не хотелось, так бы и стоял под окном. Эх, ну почему у меня сейчас гитары нет? Точно бы серенаду запел.

«Марина, Мариночка, Марина…». – Не имя, а песня!

Не знаю почему, но в прошлой жизни мне везло на девушек с именем Марина, только не везло с длительными отношениями. Максимум полгода, и мы расставались. Причем оставляли, по причине, обидной для меня, – мол, мало денег зарабатываю. А когда вояки были богатыми? Это сейчас профессия военного в почете и зарплаты считаются приличными, а тогда…

Как-то не обращал на казус с именем внимания и, почему-то не удивлялся, узнав имя девушки. Сейчас, вспомнив задним числом, удивился. В моей жизни одни Марины. В той жизни. А в этой? Будет одна-единственная.

– Очнись, Ромео, – дернул меня за руку Савин, – Джульетта уж десятый сон видит. Ты мне вот что скажи, у тебя котелок есть?

– Какой котелок? – не понял я, все ещё глядя на темное окно второго этажа.

– Не которым варят, – усмехнулся Олег, – а в котором варят.

– Не знаю. Нет, наверно.

– И у меня нет, – вздохнул друг, – и в чем будем еду готовить?

Я повернулся к Олегу, все ещё не понимая.

– Какой котелок? Какую еду? Ты о чем вообще?

– Я про поход, – прищурился друг, – или забыл, что в горы идем?

– Забыл. – Действительно про поход в горы я забыл начисто. Послезавтра у школы в десять часов сбор желающих.

– Не мудрено, – хмыкнул Савин и покосился на окно второго этажа. – Вот что, давай в «Динамо» завтра съездим. Котелок купим и ещё что-нибудь нужное присмотрим.

– Что нужное?

– Для похода, – разозлился Олег, – спустись на землю, влюбленный.

Потом внимательно на меня посмотрел и сказал:

– Короче, до завтра. Я за тобой в девять зайду. Поедем в город, прогуляемся. Заодно и в «Динамо» заскочим.

На том и разошлись, пожав руки.

Медленно поднимался по лестнице, вспоминая, – как мы с Мариной танцевали. Тихо зашел в квартиру. Заглянул в зал – родители по телевизору смотрели «Вечный зов».

– Как прошел вечер? – поинтересовался отец.

– Нормально, – отвечаю, зевая.

– Есть хочешь? – спросила мама.

– Нет, я не голоден. – И пошел в свою комнату.

Разделся, сходил в ванную умылся, почистил зубы, вернулся в комнату и растянулся на кровати. Хороший вечер. Прекрасный вечер. И романтическое настроение. Если бы не дикая усталость, сел и написал стихи или песню. Уверен, у меня бы получилось, все музы пока рядом ощущаются. Но с кровати подняться трудно. Летите, музы, но далеко не улетайте, вы мне ещё поможете. Руку протянул к будильнику и завел, чтобы не проспать утреннее занятие в спортгородке.

Переворачиваясь на бок, задел гитару. Она, упав, треснула меня декой по голове. Просто отодвинул инструмент в сторону и провалился в сон.

Утром проснулся с чувством радости и хорошего настроения. И ничего не ломит, как обычно после трудного дня. Как будто не шесть часов спал, а сутки. Даже подушечки пальцев как новенькие, а вчера так зудело! Поднялся с кровати. Потянулся. Ух, хорошо-то как! Вчерашний вечер был сказкой какой-то.

Тело с утра маршрут знает. Пока ещё сонный плетусь по коридору, а сознание отмечает некоторые несуразности, но какие именно, пока не понимаю. Ладно, взбодрюсь и подумаю над этим. Захожу в туалет. Ой, а почему он совмещенный? Сплю ещё, что ли? Открываю только холодный кран. Руки принимают форму ковша и набирают воды. Всю её на лицо и растереть, хорошо растереть, чтобы поскорее проснуться. Б-р-р-р, ну очень холодная вода!

Не понял? Ладони замирают в районе подбородка. Медленно поднимаю голову и смотрю в зеркало.

– А-а-а!