Воевода ертаула. Полк конной разведки - Юрий Корчевский

– Пищальники, огонь!

Громыхнул нестройный залп.

Не успел стихнуть грохот выстрелов и рассеяться пороховой дым, как я, привстав на стременах, прокричал:

– На конь! Сабли наголо! В атаку!

Мы ринулись вперед. Залп из пищалей и мушкетов произвел на противника ошеломляющий эффект. Падали кони, и люди, скачущие следом, натыкались на эти завалы и падали, в свою очередь, сами. Ни о какой организованной атаке уже не могло быть и речи.

Поляки это поняли и стали поворачивать коней, пытаясь уйти.

– Прапор, дай сигнал – обходить!

Василий качнул знаменем влево и вправо, но опытные сотники и сами сообразили – разбили строй посредине и стали обходить полуживой завал из раненых и убитых людей и лошадей.

А с поляками случился конфуз. Они попытались ворваться на лесную дорогу и образовали свалку. Мне это напомнило узкое бутылочное горлышко.

Мы напали с двух сторон. Полякам пришлось туго. У них не было скорости, и они были дезорганизованы. Мы окружили их, а вдобавок навстречу им на лесной дороге сотня из боярских детей выставила заслон. Издалека доносился шум боя, редкие пистолетные выстрелы.

Поляки попали в западню. Однако их еще было много, и стоило кому-то опытному взять командование в свои руки, как нам самим пришлось бы туго.

И такой начальник у них нашелся. Ляхи перестали пробиваться на лесную дорогу и все дружно развернулись к нам.

Но и нам повезло. Сзади накатывался грозный топот – через поле к нам развернутой лавой неумолимым тараном шла конница Передового полка воеводы Лятцкого. Надо срочно убирать своих, иначе сомнут по инерции.

Я скомандовал трубачу и прапорщику дать сигнал «Разойтись в стороны». Сотни и сами понимали, что оказались между молотом и наковальней, и приказ исполнили мгновенно.

Едва мы убрались, как в самый центр ляхов ударили свежие силы Передового полка. Сеча стояла страшная – мы наблюдали ее со стороны. В пятнадцать минут с ляхами было покончено.

Я рванул к воеводе Передового полка, найдя его место по полковому знамени.

– Останови своих! Дети боярские впереди, на лесной дороге ляхам заслон поставили. Сейчас выходить будут! Как бы в горячке боя твои их не порубили да из луков не посекли.

– Понял. Трубач, сигнал «Отставить!» – Противно завыла труба.

Шум боя стал стихать. Ратники добивали отдельных сопротивляющихся или брали их в плен.

Я рванул по лесной дороге в сопровождении десятка Федьки-занозы.

За небольшим поворотом мы увидели убитых лошадей, трупы ляхов. Из чащи раздались два выстрела, пули прошли совсем рядом – я слышал их жужжание.

– Свои! Не стреляйте!

Мы остановились на дороге. Из-за деревьев с двух сторон высыпала сотня боярских детей.

– Сотник, ко мне!

Подбежал запыхавшийся сотник.

– Прости, воевода, не сразу в горячке узнали.

– У вас потери большие?

– Убитыми два десятка.

– Ляхов разбили – выводи своих.

Сотник обернулся:

– На конь!

Мы развернулись в обратный путь.

На поле ратники Передового полка и ертаула собирали оружие убитых. Я же помчался к воеводе Передового полка. По старшинству он – главнее. Спрыгнув с коня, доложил воеводе Лятцкому о стычке и о том, что ляхи разбиты, в том числе – и на дороге, силами сотни боярских детей.

– Подожди, я не понял – а как сотня попала на дорогу, в тыл к ляхам?

– Я приказал, когда отходили, укрыться в лесу и ударить в тыл.

– Хитро придумал. Потери большие?

– Еще не все сосчитано.

– Вперед идти можешь?

– Могу.

– Тогда вперед!

Я подскакал к ертаулу, отдал команду трубачу. Взревела труба, ратники оседлали лошадей.

– Вперед!

На этот раз впереди шла сотня из Вяземского ополчения. Сотню детей боярских я поставил в арьергард – им и так сегодня досталось.

Ертаул резво шел по лесной дороге и вырвался на поле, где мы приняли первый бой. Обогнули павших – ляхов и наших – и дальше. От того, как быстро мы прибудем на место, зависит – продержится ли Опочка.

Через час меня догнал посыльный от воеводы Лятцкого с приказом остановиться.

Мы встали; лошади тяжело поводили боками. Ратники отряхивали пыль с одежды, чихали.

Оставив за себя товарища – сотника из боярской сотни, я поскакал назад, к Передовому полку. Надо же узнать, чего удумал Лятцкой.

– Вот что, Михайлов. Располагайся пока лагерем, дозоры не забудь поставить. Я лазутчиков вперед пошлю – где-то рядом стан ляшский должен быть. Не попасть бы нам под пушки. Как только известия будут – извещу.

– Понял, исполняю.

Вернувшись к своим, я распорядился встать на ночевку.

Приказ приняли с радостью. После перехода и боя надо было отдохнуть и людям – поесть, привести свое оружие в порядок – целый день в седле, – и лошадям.

Дежурные каждого десятка стали разводить костры – повезло, что ручей тек недалеко. Лошадей напоили да, стреножив, отпустили пастись.

Огибая наш лагерь, проскакал десяток лазутчиков – все оторвались от своих дел и проводили их взглядами. Какие новости они привезут?

…Вернулись лазутчики утром, когда лагерь уже проснулся. Костры не разводили, чтобы не выдать себя дымами. И почти сразу же после возвращения лазутчиков явился гонец:

– Воеводу к князю.

В шатре князя уже были прибывшие воеводы из разных полков. Подождали задержавшихся – некоторые полки стояли далековато, верстах в двух.

– Воеводы! Только что вернулись лазутчики с ценными сведениями. Стан гетмана Острожского впереди, в трех верстах. Насколько удалось выяснить у взятого пленного, в стане у гетмана сейчас не более двух тысяч ратников, из них только половина конных. Остальные – пищальники, обозные, обслуга. Пришло время ударить в самое гнездо! Диспозиция такая – ертаул и Передовой полк обходят стан слева, полки Правой и Левой руки – справа, Большой полк с фронта наносит удар. Сторожевой полк в сражении не участвует, будет как резерв и для защиты тыла. Воеводы, как обойдете стан врага, ждите сигнала – две стрелы с дымами. Тогда дружно нападаем, и чтобы ни один лях не ушел. Иначе подмогу приведут из-под Опочки, где основные силы осаду ведут, лучше разобьем их порознь, так сподручнее будет. Все ли понятно?

Бояре закивали:

– Все!

– Тогда с богом!

По возвращении воевод лагерь каждого полка пришел в движение. И вскоре мы, ведомые лазутчиками, которые знали дорогу, уже выступили. Идти старались тихо, на рысях, но все равно – выдавала движение пыль. Обошли стан врага, укрылись в рощице.